Следствие ведет Мальвина - Татьяна Миненкова

А у него неплохо получается переводить каждое из моих обвинений в шутку. Это настораживает настолько, что я осмеливаюсь рассекретить факт спонтанного обыска в его квартире:

— Зачем тебе миорелаксант в аптечке? — громыхнув дверцей сейфа, строго спрашиваю я. — И куда делась ампула из него?

Семенов закатывает глаза. Первой пропускает меня к выходу из кабинета и выключает свет. Интересуется, пока я закрываю дверь:

— Я могу не отвечать на этот вопрос? Воспользоваться пятьдесят первой статьёй Конституции? Вызвать адвоката?

— Нет, конечно!

На лестнице темно. Свет должен загораться автоматически, но датчики работают через раз и лампы зажигаются лишь тогда, когда мы минуем нужные этажи. Семенов нехотя признаётся:

— Никто не застрахован от возможности сорвать мышцы в спортзале, Мальвина. Перенапряжение, защемление, недостаточная разминка — не важно. После тридцати такое случается. — Он улыбается в полумраке и добавляет с наигранным трагизмом: — Черт, плакала всё-таки моя самооценка. Не знаю даже, каким ужином ты сможешь загладить свою вину.

Кажется, Костя не врет и, несмотря на явную самоиронию, немного смущен. Направляясь следом за ним к машине, миролюбиво предлагаю:

— Макароны с томатно-мясным соусом? И тесто для печенья еще осталось.

Нельзя сейчас ссориться с Семеновым. У меня на него еще масса далекоидущих коварных планов.

— Звучит заманчиво. — Усевшись в кресло водителя Костя заводит мотор.

Загораются яркие лампочки приборной панели и блестит снег под фарами. Я пристегиваю ремень безопасности, чтобы не пищал датчик, и поудобней устраиваюсь на пассажирском сиденье. Нельзя не признать, что присутствие Семенова в моей жизни обеспечивает неожиданный и даже немного незаслуженный комфорт. Стоит поблагодарить его за то, что заехал за мной по пути домой, но я признаюсь:

— Мартыненко — парень погибшей Саши, что-то скрывает. Но его защищает Князева и я понятия не имею, как выудить нужную информацию.

Жду, что Костя предложит какой-нибудь выход из ситуации, посоветует что-нибудь или пожалеет на худой конец, но он вместо этого достаёт из кармана куртки телефон и наощупь набирает чей-то номер телефона.

— Подожди! — пытаюсь я его остановить. — Твой разговор с ним повлечет за собой массу дополнительных проблем! Или Князева исполнит свои угрозы и нажалуется куда-нибудь. Я не хочу неприятностей…

Приходится прервать монолог, потому что, во-первых, Семенов всё равно никак на него не реагирует, а во-вторых, потому что та, кому он звонит, уже взяла трубку.

— Привет, Колобок, занята? — Удерживая телефон у уха плечом, Костя невозмутимо ведет машину по заснеженным вечерним улицам. — Скажи мне, а что скрывает твой Мартыненко? Брось, милая, ну какая еще адвокатская тайна, мы же почти родственники!

Внимательно прислушиваюсь, но слов собеседницы разобрать не могу. Слышу только, что Аниса отвечает нечто явно возмущенное. Вообще сам факт подобного звонка удивляет. Мне казалось, что Семенов и Князева —враги, а тут надо же — полудружеские подначки и шуточки.

— Если ты не скажешь, я всё равно узнаю, но методы, которыми я воспользуюсь, не понравятся ни тебе, ни Мартыненко. — Костя мягко усмехается, а слово «чудовище» в ответе собеседницы слишком хорошо различимо.

После этого она говорит что-то ещё почти минуту, прерываемая лишь несколькими Костиными «угу». Мы как раз подъезжаем к дому, когда он, добродушно смеясь, заканчивает разговор просьбой передавать привет Елисею и Савке.

— Мартыненко переспал с Сашиной подругой, — невозмутимо сообщает Семенов, убирая телефон в карман. — Её фамилия — Разумовская. Власова исчезла через день после драматического расставания и последними её словами Алексею было «ты пожалеешь». Он теперь действительно жалеет и боится идти на допрос, считая, что ты прицепишься к нему за неимением других подозреваемых.

Дурак. Но не он такой первый и не он последний. Таких как Мартыненко правоохранительная система пугает одним своим существованием. Трусливые хлюпики никогда не оставят адвокатов без работы. Но в случае с убийством Алексей лишь зря привлек к себе моё внимание и чуть было не отправил искать убийцу по ложному следу. Кто знает, до чего бы я додумалась, если бы Семенов так запросто не раскрыл его тайну. Слишком запросто. Я бы даже сказала, чересчур.

Глава 18

Ночной кошмар

Shape of My Heart — 2WEI, Schepetkov

— И Князева просто так тебе обо всём рассказала? — не скрывая скепсиса уточняю я.

Он смеётся в ответ:

— Как-то странно звучит твоё «спасибо, Костя, я бы без тебя не справилась». Попробуй еще раз, Мальвина.

Обнаружив свободное парковочное место, он аккуратно втискивает на него Камри. Глушит мотор. Приходится нехотя признать его правоту:

— Спасибо. Но ты уверен, что Аниса не солгала, чтобы защитить интересы своего доверителя?

— Уверен, — кивает Семенов и серьезно добавляет: — У нас не те отношения, чтобы лгать друг другу.

Неужели он настолько наивен, что считает совместного ребенка основанием для честности? В большинстве случаев, совместный ребенок у двух не сошедшихся характерами людей, наоборот — повод для войны. Поэтому я уточняю:

— «Не те», это какие? Она называет тебя «чудовищем» и угрожает жалобами, но при этом бросается помогать по первой просьбе?

Ветер швыряет в лицо снежинки, словно только и ждал, пока мы с Костей выйдем из машины. Я натягиваю пушистый шарф до самого носа и обнаруживаю, что за широкой грудью Семенова очень удобно прятаться от резких порывов.

— Когда Анисе что-то от меня нужно, я перестаю быть «чудовищем» и сразу становлюсь «Костей». — У подъезда он пропускает меня вперед. — Иногда даже «Костенькой», в зависимости от сложности вопроса. Я тоже помогаю ей по первой просьбе. Ладно, может, иногда, из вредности, по второй, но помогаю. Всегда. Поэтому отношения у нас хорошие и вполне доверительные.

Поднимаясь по ступенькам я, не оборачиваясь, тихо спрашиваю:

— Тогда почему она сбежала с вашей свадьбы?

Семенов может не отвечать на вопрос — он достаточно личный. Я даже жду, что Костя, как обычно, переведет всё в шутку, но вместо этого он произносит:

— Для совместной жизни нужно нечто большее, чем хорошие и доверительные отношения, тебе не кажется?

Считаю вопрос риторическим, потому что я разбираюсь в отношениях не больше, чем в квантовой физике или особенностях ухода за редкими орхидеями, а совместную жизнь с кем бы то ни было представляю смутно. Костя обходит меня и, открывая дверь, с усмешкой добавляет:

— И велика вероятность, что если бы Аниса не