Неизлечимая меланхолия Эмилии Лестер - Ли Льеж

— Как! А разве вы, прелестная мисс Рэтч, не хотите принять участие в этом благом и таком важном начинании? — вдруг воскликнул Генри Саммерфорд, до этого момента слушавший с интересом, но молча.

У Джессики сделался вид человека, который случайно вышел в закрытую дверь.

— Я? — недоверчиво переспросила она.

— Ну конечно, вы, ангел этого собрания! — вскричал джентльмен. — Кто, если не вы, может помочь этим растерянным, запутавшимся дамам? Кто протянет им руку помощи⁈

В эту секунду Эмилия могла бы поклясться, что мистер Саммерфорд просто издевается. Уж слишком восторженное у него было лицо, слишком ярко блестели глаза, слишком высоко взметнулись руки, чтобы счесть это всё в совокупности реакцией здорового человека.

Или Генри Саммерфорд на самом деле такой… эксцентричный?

Судя по выражению лица Джессики, она в упор не понимала, чего от неё хотят, но безуспешно силилась догадаться.

— Вы хотите, чтобы я приняла участие в… ремонте школы? — медленно, почти по слогам проговорила она.

— Нет! Не в ремонте! Но в сборе средств на ремонт — да, конечно! Кто, как не вы, может привлечь людей добрых и бескорыстных, искренне радеющих о судьбе своей малой родины? Кто, как не вы, наделён талантом заставлять даже самые окаменелые сердца расцветать пылающими бутонами добродетели? Я верю, что вы, именно вы, найдёте выход из этого непростого положения. Итак — бал или ярмарка?..

Джессика захлопала глазами. Эмилия и Джин синхронно посмотрели друг на друга, чтобы убедиться: они обе слышали одно и то же. Генри Саммерфорд в лучшем случае чудаковат, в худшем случае он не в своём уме.

Но глаза лондонского гастролёра смеялись, хотя лицо оставалось благоговейно-восторженным.

Загнанная в угол, Джессика боязливо обвела взглядом всех собравшихся дам, будто ища поддержки. Но взгляды, обращённые на неё, не выражали симпатии.

— Я… не думаю, что я… — в кои-то веки голос Джессики Рэтч прозвучал почти жалобно, и Эмилия уже готовилась наблюдать за низвержением соперницы, как вдруг Джессику осенило: — Клубничная вечеринка!

От радости она захлопала в ладоши и широко улыбнулась.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурившись, спросила Джин.

— Я имею в виду Клубничную вечеринку, которую устраивает моя мать, миссис Рэтч. Имение, которое мы сняли недалеко от города, славится своими клубничными угодьями, так что будет настоящий пир! Приглашены все лучшие люди города и много кто ещё.

— И как это нам поможет? — Эмилия скрестила руки на груди, хоть этот жест и считался крайне неприличным для леди. Но невыносимо было видеть Джессику Рэтч вновь такой уверенной в себе и счастливой.

— Ну как же! Организуем сбор средств на вайтберрийскую школу. Я возьму это на себя. Закажем в типографии карточки с трогательно изложенной просьбой пожертвовать толику на будущее детей Вайтберри, я попрошу в мастерской изготовить корзину для сбора пожертвований в форме гигантской клубничины… Будет оригинально и остроумно, гостям понравится. О! Ещё было бы неплохо, Джин, если на праздник придут несколько учеников школы, из тех, что выглядят поприличнее, и споют какую-нибудь жалостливую песенку, исполнят номер перед гостями… Ты должна всё это продумать, Джин, и хорошо отрепетировать с ними выступление, потому что я не собираюсь терпеть насмешки. И если всё получится, то деньги на ремонт школы мы соберём.

Эмилия незаметно поморщилась. Ей было трудно признать, что идея Джессики не так уж плоха — и даже хороша, учитывая, что ничего равноценного они предложить не могли. Но так не хотелось отдавать этой нахальной девице все лавры главной благодетельницы! Да минуту назад чихать она хотела на школу Вайтберри и всех её детей, а теперь вдруг преисполнилась добрых намерений! Потрясающее лицемерие, а всё из-за красивого мужчины, который не сводил с ней глаз.

— Что ж, это может быть выходом из положения, — вслух проговорила Эмилия, сохраняя каменное выражение лица, — но тебе не стоит брать всё на себя, Джессика. Мы, участницы клуба, можем лично обратиться к гостям вашего, гм, торжества, чтобы…

— Мы? Кто это мы? — Джессика ядовито прищурилась. — Разве ты получила приглашение на Клубничную вечеринку в дом Рэтчей, Эми?

Эмилию бросило в краску, да так резко и так явно, что она никак не могла это скрыть.

— Я не собиралась… напрашиваться… — пробормотала она, уже жалея, что вообще открыла рот.

— Мисс Рэтч имеет в виду, что просто не успела разослать приглашения, — вмешался Генри Саммерфорд, которого вообще-то никто не спрашивал. — Поскольку эта гениальная, нет, блистательная идея посетила её прелестную головку только что перед вами, юной леди нужно будет заручиться разрешением своей матушки, ведь именно миссис Рэтч будет хозяйкой вечеринки. Но когда таковое разрешение будет получено, вас пригласят по всей форме. Не следует обижаться!

И опять Джессика Рэтч вынуждена была молча хлопать глазами, в дамы переглядывались в недоумении, гадая, что за игру ведёт этот неприятный, но хитрый молодой человек.

— Да-да… конечно. Спасибо, мистер Саммерфорд, — наконец, выдавила из себя Джессика. — Я разошлю вам приглашения, как только они будут готовы. В любом случае, вечеринка не состоится раньше июля. Ведь клубнике нужно время, чтобы созреть.

— Как прекрасно, что благие порывы зреют в наших душах куда быстрее, чем краснеют ягоды клубники! — ввернул очередной завиральный пассаж Генри Саммерфорд, белозубо улыбнувшись. — Что ж, решение найдено?

Эмилия устало посмотрела на Джин. Та едва заметно пожала плечами. Анна Незер сидела в своём углу в той же самой скрюченной позе, не проявляя никаких эмоций, больше похожая на предмет интерьера, чем на живую женщину. А вот вдова Гарибальди всерьёз над чем-то задумалась.

— Что ж… предложение принято, — сказала она спустя несколько секунд раздумий. — Простите, Эмилия, что говорю это вместо вас. Но вы ведь не возражаете?

— Не возражаю, — буркнула Эмилия.

— Значит, решено. Клубничная вечеринка! Нам нужно хорошо подготовиться, ведь другого шанса, возможно, не будет, — синьора удовлетворённо поджала губы. — Спасибо за предложение, мисс Рэтч. Не думала, что скажу это, но вы молодец.

Джессика самодовольно улыбнулась, а Эмилия мысленно скривилась от досады. И снова подумала, что зря они всё это затеяли — вообще всё.

Глава 17

В Вайтберри пришло лето. Жаркое, как везде на юге острова, в меру влажное и не в меру душное.