Неизлечимая меланхолия Эмилии Лестер - Ли Льеж

Что касается Генри Саммерфорда, то он выглядел так же, как и всегда — слишком прекрасным для бедной Эмилии.

И бедная Эмилия тут же почувствовала себя расфранченной куклой, нелепой и блёклой одновременно.

— О, Эмилия, — сладким голосом проговорила Джессика Рэтч, — как ты сегодня хорошо нарядилась. Скажите, мистер Саммерфорд, не правда ли Эмилия сегодня красиво нарядилась?

— Очень красиво! — с улыбкой подтвердил Генри. И глаза его блеснули.

Несчастная Эмилия растеряла всё своё присутствие духа и мечтала только об одном: провалиться сквозь землю. Но ей не позволили! Мистер Рэтч ловко просунул свою руку под её локоть, так что и шелохнуться было нельзя, и поволок бедную мисс Лестер вверх по лестнице, то и дело останавливаясь и представляя её разным гостям. Эмилия успела только бросить панический взгляд назад, на Джин и вдову Гарибальди, но тех уже куда-то уводил лакей.

— Наша особая гостья — мисс Лестер, племянница леди Саммерфорд, — меж тем говорил мистер Рэтч, вежливо, но настойчиво заставляя Эмилию раскланиваться с людьми, которых она знать не знала и с которыми не слишком желала знакомиться. Люди эти выглядели так, будто тоже не горят желанием заводить с ней знакомство, и с лёгким удивлением разглядывали её туалет. Эмилия догадывалась, что в её облике имеется какой-то изъян, заметный по-настоящему модным и состоятельным людям, и от этого знания ей было ещё более не о себе.

— Мистер Гризли, вот вы где! Мисс Лестер, позвольте представить вам ещё одного нашего особого гостя, мистера Томаса Гризли. Сэр, это мисс Лестер, близкая родственница лорда и леди Саммерфорд. — Произнося эти слова, мистер Рэтч так раздулся от гордости, будто к нему на вечеринку заглянула тётя Миллисента собственной персоной. Эмилия сжалась от того, каким взглядом одарил её джентльмен по фамилии Гризли.

Это был крупный краснолицый мужчина лет сорока, очень похожий на самого мистера Рэтча, только ещё более грузный, высокий и больше смахивающий на медведя, чем на человека. С подступающей к горлу дурнотой Эмилия отметила, что его шея над белым воротничком и руки до самых кончиков пальцев покрыты густой шерстью. «Нет, волосами!» — поправила она себя, попытавшись приязненно улыбнуться.

— Мисс Лестер? — прорычал Гризли, оскалившись. — Очень приятно. Не ожидал.

Чего именно он не ожидал, Эмилия так и не поняла, так как новый медведеобразный знакомый повернулся к ней спиной. Крякнув, мистер Рэтч потащил её дальше, к парадным дверям.

— Мистер Гризли — самый богатый человек в Лондоне! — с придыханием сообщил он, обращаясь не столько к Эмилии, сколько к самому себе — и к своему новому статусу светского льва.

— Неужели? — пискнула Эмилия.

— О да! Он разбогател на торговле курительным табаком в Китае. Большая удача заполучить его на заурядную домашнюю вечеринку.

Эмилия неловко хихикнула, не поняв, шутка это или нет. Заурядная домашняя вечеринка?

Наверху лестницы растерянную Эмилию и её спутника поджидал лакей с подносом, на котором стояли бокалы, наполненные жидкостью непривычного красноватого оттенка. Мистер Рэтч взял два и один протянул Эмилии.

— Оцените изобретение моей дочери, мисс Лестер, — сказал он, приятнейше улыбаясь, — это шампанское с клубничным соком. Умоляю вас, проходите в гостиную и располагайтесь. И прошу меня извинить, я должен встретить других гостей… И позаботиться о том, чтобы мистеру Гризли было удобно.

— О, не беспокойтесь обо мне, — пролепетала Эмилия, машинально сжав хрупкую хрустальную ножку, — я… конечно.

Мистер Рэтч снова порывисто поцеловал ей руку и исчез, пока она хлопала ресницами. Чувствуя себя совершенно опустошённой, Эмилия сделала большой глоток из бокала. Напиток был похож на газированный клубничный лимонад.

Не зная, куда податься, Эмилия нервно оглянулась по сторонам. Просторная (с шестью окнами!) и богато обставленная гостиная была уже наполовину полна. Нарядные дамы и джентльмены стояли группками возле стола или у стен, разглядывая картины, весело переговаривались и распивали клубничное шампанское. На Эмилию в отсутствие мистера Рэтча никто внимания не обращал.

Хуже всего было то, что Эмилия нигде не видела ни свою верную подругу Джин, ни надёжную, ироничную вдову Гарибальди, за спинами которых она могла бы спрятаться. Даже нахальная Джессика, с которой Эмилия всё же сумела бы перемолвиться парой слов, всё ещё встречала гостей снаружи, а здесь, в гостиной, Эмилия была совершенно одна. И она не знала, что делать.

Эмилия в панике посмотрела по сторонам, выглядывая себе свободное кресло, но все кресла уже были заняты, а присаживаться на диван, где уже кто-то сидел, казалось вопиющим нарушением приличий. Стоять столбом у всех на виду тоже было невыносимо. Чувствуя, как щёки алеют от стыда, Эмилия со злостью подумала, что ей здесь не место — совершенно не место! И о чём она думала, когда согласилась на эту авантюру? Неужели она действительно рассчитывала веселиться и танцевать — здесь, среди этих напыщенных снобов?

Деревянной походкой Эмилия подошла к ближайшей стене и сделала вид, что разглядывает небольшое жанровое полотно, которым никто больше не заинтересовался. На картине легко одетый молодой человек с негодованием отталкивал от себя ещё более легко одетую молодую даму, которая заламывала руки и обращала к небесам искажённое страданием лицо. Внизу, на золочёной раме, была прикреплена латунная табличка с названием: «Отвержение недостойной».

— Мисс Лестер!

Эмилия обернулась, едва не расплескав шампанское. Женский голос показался ей слишком громким и совершенно незнакомым — но лишь потому, что Эмилия чрезвычайно редко его слышала. Позади неё стояла бледная как тень Анна Незер, лицо которой скрывала низко надвинутая шляпа.

— Я на одну минуту, мисс Лестер, — сказала Анна глухим, но неожиданно твёрдым голосом, — мне нужно уйти. Прямо сейчас. Я нехорошо себя чувствую.

— Вот как? — только и смогла выдавить из себя Эмилия.

— Да. Мне очень жаль, что так получилось. Я не смогу вам помочь. Мне действительно нужно уйти.

— Но, — Эмилия усердно зашевелила мозгами, — кто отвезёт вас домой?

На длинном, будто высушенном лице девушки мелькнула кривоватая улыбка.

— Не думайте об этом. Со мной всё будет хорошо, — с этими словами Анна Незер вдруг сжала вялую руку Эмилии своей узкой рукой, удивительно горячей даже сквозь перчатку. — Спасибо вам за всё.

Эмилия даже ничего не успела ответить. Анна Незер выскользнула за дверь подобно тени. Она была столь невзрачна, что если бы не шляпка, её можно было принять за