Заклятые в любви - Анастасия Райнер

– Нет, забери ее! – Растерянная, она попыталась вернуть статуэтку, но Эван сделал два шага назад, выражая свою непоколебимую твердость. Если хочешь перемен, придется чем-то пожертвовать. Безоговорочная победа контрады кошки – меньшее, что он мог для нее сделать.

«Я сожалею!» – эта фраза сейчас набатом стучала в его голове, в его висках, в его сердечном ритме. Он так хотел, чтобы она прочла это в его глазах. Уловила чувства, рвущиеся из груди непрерывным горячим потоком.

Поджав губы, Эйприл с трудом сдерживала дрожь. Она продолжала вглядываться в его лицо, выискивая в его выражении хоть какое-то объяснение или подвох. Обмани он ее – это было бы куда логичнее, ведь именно такого она от него и ожидала. Но никак не благородства и точно не отданную победу. Что-то здесь было нечисто… А Эван молчал, не в силах сознаться. Образ ее сломанной глиняной чашки прочно засел у него в голове. Вот только девушка об этом еще не знала и поэтому никак не могла связать случившееся.

– Слушай, Грейсен, – устало сказала она, качая головой и сжимая в руке приз, – не знаю, что на тебя вдруг нашло, но ты первый нашел эту мышь, так что…

– Приз твой, – повторил Эван и выдавил нечто вроде улыбки.

В этот момент лицо Эйприл переменилось. Она вспомнила все его дурацкие слова и поступки, выпрямилась и, задрав подбородок, сухо сказала:

– Окей. Спасибо. Но не думай, что мы теперь в расчете. Лучше держись от меня подальше.

Эван склонил голову набок и тихо произнес:

– Беги уже. Внизу заждались победительницу.

Когда Эйприл исчезла из зоны видимости, он достал смартфон, написал друзьям, что не нашел статуэтку, и медленно двинулся вниз по лестнице. На сердце вдруг стало легче. Может быть, постепенно, шаг за шагом, день за днем он все-таки сумеет исправить свои ошибки и однажды растопит ее сердце. Может, однажды она все-таки сможет его простить за ту боль, что он успел причинить ей всего за три месяца.

Глава 22

Тапочка

Выйдя во внутренний парк, Эван пробрался сквозь толпу студентов из контрады кошки, уже празднующих победу. Над головами взрывались хлопушки. Все смеялись, и то тут, то там слышались кричалки.

Эван искал Уилла и Тэхена, но в парк высыпало так много народу, что, будь они даже в нескольких метрах от него, он все равно бы не нашел их. К счастью, друзья нашли его сами и, посокрушавшись над поражением, потащили его на праздничный ужин. Разнообразие вкусной еды заметно приподняло всем настроение, а когда Тэхен ушел поздравлять Эйприл, к ним присоединился Генри, и они еще полчаса смаковали всевозможные десерты.

– Теперь у кошаков почти полторы тысячи баллов. – Доев лимонный чизкейк, Уилл полез на учебный портал. – Черт, ну как мы могли так сплоховать?

– Не говори… – безучастно отозвался Питерс. – А мы вообще решили, что мышь где-то в кампусе. Оказалось, нужно было чаще ходить в библиотеку.

– Эвану это не помогло, – покачал головой Уилл. – Он все равно опоздал. Вуд опередила его.

– Да ладно?! – Питерс вскинул густые черные брови, переводя взгляд на Эвана. – Небось сейчас ты дико ненавидишь ее!

– Вот и я ему говорю: нужно было напасть на девчонку, – то ли в шутку, то ли всерьез сказал Уилл. – По крайней мере, отбирать трофеи правилами не запрещено. Пока что.

– Эван, ну-ка сознайся: ты швырнул в нее книгой? – веселился Питерс.

– Я, по-твоему, совсем чокнутый?

– Ну хотя бы брошюрой?

Эван промолчал. Конечно, он ни за что бы не признался ни одной живой душе в том, что случилось между ними в библиотеке.

Вечером в кампусе гремела большая вечеринка. Студенты отмечали завершение первого триместра и, главное, начало целой недели каникул. Делились друг с другом планами. Многие собирались поехать домой повидать родных. Эвана же ждала работа.

К десяти часам вечера вечеринка была в самом разгаре. Уилл и Генри зажигали на танцполе вместе с двумя веселыми второкурсницами, а все мысли Эвана были заняты догадками о том, как сейчас проводят время Тэхен и Эйприл. Вскоре, сославшись на усталость, Эван пошел спать. Меньше всего он ожидал увидеть в спальне своего соседа. Тот развалился в кресле-мешке перед телевизором в обнимку с мурчащим Альфредом. Рядом с креслом стояло несколько грязных кружек из-под кофе. Сбитый с толку Эван прошел в комнату. Подойдя к Тэхену, он спросил, кивая на экран:

– Это что, «Сумерки»?

Кот открыл желтые глаза и с недоверием покосился на Эвана.

– Она меня бросила, – бесцветным голосом сказал тот, вместо ответа. Сосед безотрывно смотрел в экран и, кажется, даже не моргал.

В груди Эвана зажглась надежда, но он попытался изобразить в голосе грусть:

– Почему?

– Я так и не понял. У нас вроде бы все налаживалось. Гуляли, узнавали друг друга. Вчера она даже снова разрешила себя поцеловать. А сегодня, после победы в марафоне, ни с того ни с сего сказала, что у нас вряд ли что-то выйдет, – все также не отрываясь от фильма, проговорил Тэхен.

– Больше ничего не сказала?

– Нет. – Некоторое время Тэхен молчал, а потом сдавленно отозвался: – Возможно, это из-за тебя.

– Ч-что? – Эван запнулся от неожиданности.

– Она не признается, в чем дело, но только слепой не увидит вашу взаимную неприязнь. Ты вызываешь в ней много эмоций. Слишком много. Надо думать, ее напрягает наше соседство и наше общение. Когда я приглашаю ее сюда посмотреть вместе фильм или хотя бы выпить кофе, она панически ищет отговорки, чтобы не приближаться к спальне. – Тэхен наконец посмотрел на Эвана. В его взгляде отражалось страдание. – А может… ее пугает сама мысль о том, чтобы остаться с парнем наедине? – Вопрос, адресованный не столько Эвану, сколько в пространство. – Думаю, что у нее еще никогда не было… ну, близости. А ведь я и не планировал приставать. То есть желание-то у меня есть, но мне ведь важен ее комфорт.

– М-м, – промычал Эван, думая, как сменить тему. – Ты молодец.

– Я идеал! – заявил Тэхен, и кот на его руках вздрогнул, поджав уши. – А толку?

Не зная, что сказать, Эван просто сел рядом, сочувственно глядя на друга.

– Мне было с ней так классно, – грустно протянул Тэхен и наконец-то моргнул.

– Вы встречались всего ничего…

– Вот такая уж она незабываемая. Девушка-мечта.

– Даже так?

– Знаешь, один из моих любимых фильмов – «Вечное сияние чистого разума». И вот там была героиня, в которую я сразу влюбился. Мечтал встретить такую же, но не находил, пока не поступил в Беллстрид. Эйприл так на нее похожа… Веселая, живая, непосредственная,