Притворяясь придурками - Мугуа Хуан

— ...Выглядит совсем как настоящая.

Физорг Ло Вэньцян тоже подошёл поглазеть. Он постоянно гонял спорт и всякие травмы знал как свои пять пальцев — определил с первого взгляда:

— Это по-настоящему, староста. Реально подвернул.

На физкультуре они сейчас проходили баскетбол. Ло Вэньцян хотел собрать команду — пусть соревнований никаких не было, но его любящее спорт сердце зудело и не давало покоя.

Первым, кого он собирался завербовать, был как раз Хэ Чао.

Теперь с подвернутой ногой — досадно.

Лю Цуньхао:

— А, так по-настоящему? Как это случилось?

Сюй Цинцин подошла собирать вчерашние тесты по английскому. Хэ Чао, роясь в поисках своего, бросил:

— Это спроси у моего соседа.

Се Юй, не меняясь в лице, сказал:

— Я пнул. Извините.

Сюй Цинцин, увидев тест, удивилась:

— Сегодня, оказывается, не пустой лист?

— Ага, старательно делал, — сказал Хэ Чао. — Когда я стараюсь, сам себя боюсь. Наверняка супер-сильно.

Сюй Цинцин пробежала глазами первую страницу, перевернула и посмотрела на задания по чтению: «...» Насколько она помнила эти вопросы — ни одного правильного ответа она не увидела.

Но она побоялась слишком уж бить по самооценке Хэ Чао и уже собиралась из вежливости немного похвалить, как Се Юй подал голос — ни холодно, ни горячо:

— Нахрен такую силу. Лучше бы пустой сдал.

Да.

В точку.

Сюй Цинцин мысленно зааплодировала.

Утром была физкультура. Доктор Лу дал Хэ Чао освобождение, и Ло Вэньцян велел ему отдыхать в классе.

«Отдыхать» означало спать.

Хэ Чао уткнулся лицом в парту. Со всех сторон виден был только затылок. Форму он носил как положено, но всё его тело кричало: «Пофигизм». В коридоре было слишком шумно, и он спал неспокойно — повернул голову, переменил позу, рука скользнула на край стола.

— Эта парочка соседей — Хэ Чао и Се Юй — у меня слов нет, — прозвенел звонок, и учительница английского вернулась в учительскую. Наливая воду из кулера, она говорила: — Сегодня сдали одинаковые тесты — точь-в-точь, аккуратненькие. Неизвестно, кто у кого списывал... Какой смысл в таком списывании? Ни одного угаданного ответа, всё неправильно.

Учитель математики как раз проверял домашку. Тетрадь в его руках — на обложке два иероглифа «Се Юй», написанные красиво, мощно и остро, а внутри... содержимое удручающее. Он нахмурился и покачал головой:

— С такими оценками как он вообще в старшую школу поступил? Даже в темах средней школы ошибается.

Другой учитель, постарше, урезонивал:

— Хорошо уже, что не хулиганят. По-моему, в этом семестре у них двоих всё-таки есть прогресс. Характер действительно стал поспокойнее. Похоже, школьная рассадка даёт какой-то эффект. А оценки... успеваемость за один миг не поднимешь.

Договорив, добавил:

— Посмотрите на Лао Тана — вот кто невозмутим. Он же не переживает.

Тан Сэнь перевёлся из элитной школы. Хотя стаж у него уже под двадцать лет, коллеги знали о нём немного, только то, что они с завучем Цзяном — давние друзья, больше десяти лет.

Человек «бешеный» по характеру, а друг у него — ангельского терпения.

Тан Сэнь уткнулся в телефон и, кажется, ничего не слышал. Только когда его окликнули во второй раз, поднял голову:

— Что? Простите-простите, я не слушал.

— Ты чем занят? — Учительница английского, налив воду, проходила мимо, остановилась и наклонилась посмотреть. — ...Игрушка?

На экране красовалась мультяшная девочка с длинными развевающимися волосами в платье, а рядом — список с кучей разнообразной одежды.

Тан Сэнь тут же вышел из игры на главный экран, не зная, как объяснить:

— А... это...

К счастью, учительница английского лишь мельком глянула и не особо всматривалась. Тут же в дверь постучалась староста-предметница за проверенными рабочими тетрадями — учительница обернулась и тут же забыла об этом эпизоде.

— Восьмой класс, да? Тетрадки со словами проверены, на столе. Три класса в одной стопке, поищи.

Физкультура шла своим чередом — баскетбол.

У девчонок уходило больше времени: в основном они раньше вообще не касались этого вида спорта. Когда мяч летел прямо в лицо, их первой реакцией было не поймать, а закрыть лицо руками и присесть. Физрук в итоге увёл их отдельно отрабатывать приём, а парни, получив мяч, разбрелись кто куда.

Сюй Цинцин вообще не боялась мяча, позанималась немного, заскучала и прибежала играть к парням.

— Цян-цян, я слышала, у вас в баскетбольной команде недобор, — Сюй Цинцин подошла, отбивая мяч. — Как насчёт меня? Можно присоединиться?

Ло Вэньцян тренировал бросок. Его мускулы, загоревшие до бронзы, делали его похожим на культуриста. Он подпрыгнул, швырнул мяч, вытер пот и сказал:

— Сестрица Цин, ты серьёзно?

Се Юй стоял, прислонившись спиной к железным воротам баскетбольной площадки, в тени деревьев. В одном ухе у него был наушник.

Мелодия вилась и вилась вокруг.

Он слушал, а потом вдруг нажал на кнопку громкости — музыка становилась всё тише, пока не превратилась в тишину.

Сюй Цинцин:

— Вполне серьёзно. Представь: идёт наша команда на...

Она не договорила: сзади подкрался Вань Да и выхватил у неё мяч. Смеясь, он побежал в сторону:

— Если бы такое и случилось, наш класс точно был бы на последнем месте.

Вань Да бежал и бежал, пока не врезался в Лю Цуньхао. Мяч, который тот держал, вылетел у него из рук.

Лю Цуньхао тут же взорвался:

— А ну иди сюда! Я этот трёхочковый пол-урока вынашивал, понял?!

Се Юй смотрел на них, как вдруг к его щеке прижалось что-то ледяное. Он повернул голову — рядом стоял хромающий Хэ Чао, неизвестно когда подошедший, с двумя бутылками ледяной газировки в руках.

— Малыш, — Хэ Чао сунул бутылку в руку Се Юя, — все остальные дети пошли играть в баскетбол, а ты почему тут один сидишь?

Газировка была персиковая. Бутылка запотела, и капли воды стекали Се Юю прямо в ладонь.

Вань Да заметил его, но его самого преследовали Сюй Цинцин и Лю Цуньхао, так что пришлось кричать издалека:

— Братан Чао! Ты чего спустился?

Хэ Чао сказал:

— Спустился посмотреть на своего красавчика-соседа.

Вань Да споткнулся на ровном месте и чуть не рухнул.

Хэ Чао скрутил крышку, запах персика смешался с ледяным холодком:

— В классе скука смертная. Снаружи девчонки щебечут — не уснуть.

— Они ж все на тебя смотреть приходят, — сказал Се Юй.

— С чего вдруг