Когда дует правильный ветер - Александра Айрес

Решив сменить тему, я рассказываю ему о Джульетта — как мы познакомились, как проводим время вместе.

— Мне она правда нравится, Финн, — говорю я тише. — Но я не знаю, правильно ли втягивать её во всё это дерьмо. У неё самой за плечами достаточно. — Я чешу затылок. — Думаешь, я не прав, что пока ничего не сказал ей?

— Честно? — Финн не раздумывает ни секунды. — Понятия не имею. Я не притворяюсь, будто понимаю, как работает женский мозг. Давай спросим Элси.

— Э-э, не думаю, что это хорошая ид...

— Элси! — перебивает он, громко, чтобы она услышала. — У Нокса вопрос про девушек!

Через пару секунд в дверях появляется светлая голова Элси. Она прищуривается, заходя в комнату: — Ага?

— У Нокса тут подружка, которая не знает, что он женат, — весело объявляет Финн.

Элси смотрит на меня так, будто сейчас метнётся за чем-то тяжёлым, чтобы запулить мне в голову. — Нокс Кэмерон Маккензи, да что с тобой, чёрт возьми?!

— Полагаю, это ответ на мой вопрос, — стону я, откидываясь в кресле. — Мы знакомы всего пару недель. Она из Штатов, приехала на лето. Мы пару раз сходили на свидание. Я не видел смысла грузить её всем этим, если из этого ничего не выйдет. Но теперь, когда между нами… ну, что-то началось, я не знаю, как быть.

Элси распахивает глаза, не веря услышанному.

— Эм, ты ей рассказываешь правду, идиот.

— Всё не так просто, Элс. Я не хочу тянуть её в это, пока не пойму, когда всё закончится с Хэлли. Это может быть пара недель… а может, полгода. Разве так плохо — подождать, пока всё уляжется?

Она скрещивает руки на груди: — Это твоё решение. Но сказать ей лучше сейчас, чем потом. И всё же, думаю, она имеет право знать — независимо от исхода. Я бы не хотела, чтобы меня держали в неведении из-за такого.

Я провожу рукой по волосам, пытаясь стряхнуть нарастающее беспокойство. — Ага. Ладно. Спасибо, Элс.

Она тихо хмыкает и выходит из комнаты.

Я бросаю на Финна злобный взгляд, а он лишь виновато улыбается.

— Прости, приятель, — пожимает плечами, нисколько не раскаиваясь. — Если уж кто и скажет тебе правду, то только моя чудесная жена.

Кажется, я попал в ситуацию, где что ни сделай — всё равно виноват.

Глава двадцать пятая

Джульетта

Не верится, что прошло уже полтора месяца с тех пор, как я сошла с того самолёта. Если бы не знала лучше, сказала бы, что это было всего вчера.

Время здесь как будто искажается. Дни сливаются в один — лёгкий смех, бесконечные ночные разговоры, пока я не начинаю засыпать на ходу. Я провожу всё больше времени с Ноксом. Сначала это были короткие обеды на винокурне, а потом — спонтанные поездки в соседние деревушки, его пальцы отбивают ритм по рулю под какую-нибудь народную песню из радио.

Вчера вечером мы сидели на его веранде, наблюдая, как солнце опускается за холмы, деля между собой бутылку виски — самого хорошего, как он сказал. Мы не говорили ни о чём важном, а может, наоборот, говорили — просто обходными путями.

Воздух был прохладным, но не холодным, и когда он накинул свою куртку мне на плечи, я почувствовала, как между нами что-то изменилось. Будто последняя деталь встала на место.

Я запомнила, как у него морщатся глаза, когда он смеётся, как он проводит рукой по волосам, когда о чём-то думает. Я не могу отпустить звук его певучего акцента или ту мягкую улыбку, что будто приглашает к чему-то большему.

Больше всего меня преследует то, как он целуется. Сначала его поцелуи всегда мягкие, осторожные, но потом будто что-то в нём ломается — и поцелуй становится единственным, что он уже не в силах сдержать. Как он притягивает меня к себе, тепло его тела, вкус виски на его губах, и его руки — всегда такие бережные, но никогда не остающиеся на месте.

Но всё ограничивается только поцелуями. Мы не заходим дальше, хотя оба понимаем, что это самообман.

Я скоро уезжаю.

Я повторяю это себе каждый раз, когда его рука задерживается у меня на пояснице, или когда ловлю его взгляд — тот самый, от которого всё внутри превращается в расплавленный огонь. Напоминаю себе об этом, когда наши пальцы случайно соприкасаются, когда он наклоняется ближе, и когда его голос становится ниже, заставляя мурашки бежать по коже.

Я уезжаю — и поэтому держу дистанцию. Но не знаю, делает ли он то же самое, потому что чувствует приближение конца, или потому что сдерживает себя по какой-то другой причине. Мы не говорим об этом. Даже не касаемся темы. И часть меня думает, что, может, так даже лучше.

Сегодня я стараюсь отогнать все эти мысли. Подпрыгиваю на месте у ленты выдачи багажа, глаза бегают по усталым путешественникам, пока я наконец не вижу Бри — и всё моё самообладание в тот же миг летит к чёрту.

Из меня вырывается визг — громкий, безудержный и до ужаса неловкий. Несколько человек оборачиваются, но мне всё равно. Она здесь — и это всё, что важно.

Мы сталкиваемся, как в сцене из драматичного фильма о воссоединении: полный разбег, ноль сомнений, руки обвивают друг друга прежде, чем хоть одно слово успевает сорваться с губ. Ни расстояние, ни недели переписки не передавали, как же я скучала.

— Джульетта, любовь моя! — Бри сжимает меня так, что я едва могу дышать. — Боже, ты выглядишь потрясающе. Шотландия тебе к лицу.

— Да, — улыбаюсь я так широко, что болят щёки. — Я прекрасно провожу время. Но ужасно по тебе скучала.

Она отстраняется, оглядывает меня с головы до ног долгим, понимающим взглядом, глаза сияют от гордости. — Ты выглядишь счастливой, Джулс. Будто снова стала собой.

Её слова попадают прямо в сердце, оседают где-то глубоко, в том незащищённом месте, где живут самые важные вещи. Никто не знает меня так, как Бри. Она видела все мои стороны — разбитую и целую, потерянную и найденную. И то, что она заметила перемену, значит больше, чем я могу выразить словами.

— Спасибо, — шепчу я, голос чуть дрожит. — Мне правда нужно было это услышать.

Пока я не успела раскиснуть посреди зоны выдачи багажа, я хватаю её под руку и веду к карусели. — Пошли, заберём твои вещи. Тётя Роуз сгорает от нетерпения увидеть тебя.

Когда мы подъезжаем к коттеджу, тётя