Наше темное лето - Ханга Э. Павел

— Пойдем дальше, — сказал он, вытягивая меня из комнаты.

Я бросила последний грустный взгляд на Боба Марли, но почувствовала облегчение, когда он исчез из поля зрения.

— Где кабинет твоего отца? — спросил Томас, скрестив руки на груди, как только мальчики тоже вышли из комнаты.

Коннор закрыл за собой дверь, а затем обнял меня за шею.

— Идите за мной, — махнул рукой Кевин.

— Почему ты не говорила мне, что страдаешь орнитиофобией? — прошептал Коннор, когда мы шли по узкому коридору.

— Это называется орнитофобия, и я никому об этом не говорила. — Единственные люди, которые об этом знают, — это те, кто видел, как я сходила с ума. Этого было более чем достаточно.

Мы подошли к единственной видимой двери в этой части дома. Кевин вытащил из кармана старый ключ и вставил его в замок.

— Я одолжил его у отца, прежде чем он ушел на работу. — Он улыбнулся, открывая дверь, но прежде чем Томас успел войти, он положил руку на дверной косяк. — Мы должны быть осторожны, — предупредил он. — Если мой отец заметит, что мы были там, — он указал на кабинет, — я уверен, что мне конец. — Он посмотрел на нас по очереди и опустил руку только тогда, когда мы все согласились.

33

Томас

Кабинет отца Кевина был аккуратной комнатой, в которой было много книг и бумаг. В ней стояли ровно два картотечных шкафа, большой деревянный стол и книжный шкаф. Кинсли решила обыскать более крупный шкаф с десятью ящиками, который стоял в правой части комнаты рядом с книжным шкафом, а Кевин уже обыскивал его. Коннор взялся за меньший шкаф на другой стороне комнаты, а я обыскал стол. Пять ящиков и запертый сейф, который я планировал взломать, как только доберусь до него.

— Кто-нибудь что-нибудь нашел? — Коннор вытащил следующий ящик.

— Нет, — вздохнул Кевин, просматривая одну за другой все книги.

Я поднял глаза на Кинсли, но она была слишком увлечена чтением документов, чтобы услышать вопрос моего брата. Это не имело значения, я знал, что она скажет нам, как только что-нибудь найдет. Я тоже не ответил. Вместо этого я с раздраженным стоном вытащил последний из пяти ящиков. Это должно было быть здесь.

— Кхм. — Кто-то прочистил горло, но я не отрывал взгляда от бумаг.

— Могу я спросить вас четверых, что вы делаете в моем кабинете? — прозвучал тихий вопрос, и я услышал, как что-то с грохотом упало на пол.

Я повернулся к Кевину, откуда донесся шум, и увидел, что он застыл на месте с книгой у ног, прежде чем поднять глаза на шефа. Он выглядел так же, как я помнил из детства. Короткие волосы, серьезный взгляд и вызывающая уважение осанка.

— Пап, я... — начал Кевин, как только пришел в себя, но Кинсли перебила его.

— Мы здесь за материалами дела. — Я бросил на нее взгляд. — Сэр, — быстро добавила она, и шеф поднял бровь.

— Я мог бы отвезти вас всех в участок за кражу со взломом. Даже моего сына. — Он строго посмотрел на Кевина.

— Процесс займет годы. — Я прочистил горло. — Кража со взломом не входит в список приоритетов. Давайте я просто объясню, зачем мы здесь, и...

— Мы можем заплатить, — встрял Коннор, и я бросил на него угрожающий взгляд.

— По одному. — Начальник выпрямился. — Ты. — Он повернулся к Кинсли, и она удивленно приоткрыла губы, прежде чем прочистить горло.

— Мы здесь из-за старого дела, — повторила она. — 129 00009 0429 400, — уточнила она, и я поднял бровь. Она действительно запомнила все это? Мое сердце забилось чаще.

— Вижу, вы хорошо подготовились, — согласился шеф. — Я все еще не понимаю, зачем вам врываться в мой кабинет, а не просто спросить меня. — Его взгляд перемещался между нами четверыми.

— Я... — снова начал Кевин, но его отец остановил его, подняв руку.

— С тобой я разберусь позже. — Он обошел стол и подошел ко мне. — Итак, вы здесь за досье Элизабет Роудс. — Он посмотрел на меня. — Томас? — Я кивнул. — Это значит, что ты, — продолжил он, обращаясь к моему брату, который все еще стоял застывшим перед картотекой, — маленький Коннор. — Мой брат тоже кивнул.

— Да, сэр, — нервно добавил он, и начальник в ответ промычал что-то.

— Видите ли, мой отец, да упокоится он с миром, был одержим делом вашей матери. — Я нахмурился. — В таком маленьком городке ничего особенного не происходит, поэтому это было его «большое дело», как он всегда говорил. Даже после того, как появились очевидцы, он не остановился. Поэтому, когда он умер, он оставил его мне. — Он вытащил ключ из кармана и присел на корточки перед сейфом. Он повернул ключ в замке и вытащил коричневую папку. — Я никогда не думал, что вы двое появитесь за ним. — Он наклонил голову.

— Почему бы нет? — спросил Коннор, не дав мне возможности высказаться, и шеф повернулся к нему.

— Я надеялся, что вы пойдете дальше. В отличие от моего отца. Мне жаль, что все обстоит иначе.

Я вздрогнул.

— Так предыдущий шеф не верил очевидцам? — спросил я.

— Я бы не сказал так. Он просто видел возможность другого исхода. Ничто не указывало на то, что Элизабет осталась в городе.

— Все ее вещи остались, кроме телефона и документов, а ее машина была припаркована у дома...

— Для людей, которые хотят начать жизнь с нуля, нередко оставляют все позади. Но если вы хотите расследовать... — Он положил папку на стол. — Надеюсь, вы найдете ответы, которые ищете. — Он отвернулся от меня к Коннору, а затем направился к двери, оставив папку на столе.

— Вы действительно помогаете нам сейчас? — спросила Кинсли, глядя на папку, и я бросил на нее предупреждающий взгляд, но она даже не обратила на меня внимания. — После того, как мы вломились в ваш офис?

Начальник вздохнул и помассировал переносицу.

— Скажем так, я пришел домой, зашел в свой кабинет, достал старую папку, прочитал ее, а когда пошел за кофе, — он строго посмотрел на нас, — возможно, забыл ее убрать. Она могла пропасть на несколько дней, но не больше. — Он подошел к двери.

— Спасибо, мистер Миллер, — сказал Коннор, когда шеф прошел мимо него.

— Можешь звать меня Айзек. — Глаза моего брата расширились. — Мой сын очень высоко отзывается о тебе, — добавил он, и я поднял бровь. — Это мне напомнило. — Он повернулся. — Кевин, пойдем, я думаю, нам нужно поговорить о конфиденциальности. — Кевин