Академия Высших: выпускники - Марта Трапная

снова вернулся к информации на экране. Итак, декан. Его присутствие совсем не обязательно, потому что они с Сигмой точно справились без декана. Хотя они реконструировали печать, а он присутствовал там, где ее запечатывали. Или пытались.

Несколько часов Мурасаки просидел над схемами, пытаясь понять логику действий с печатью, структуру и направление сил. Да, сами по себе печати были непростыми объектами. Уникальными. Ни на что не похожими. И в то же время похожими на тщательно выстроенный портал с вектором, который частично уходил в себя. Именно поэтому их должно быть две, – понял вдруг Мурасаки. Это не два входа в одно место. Это непрерывное кольцо, внутри которого находится движущееся пространство. Именно поэтому они с Сигмой увидели друг друга, когда печати были реконструированы. И, возможно, если бы они знали, как ими пользоваться, то они могли бы встретиться еще тогда. И именно поэтому нельзя было попасть из одного филиала в другой. Этот краткий путь был изъят и заключен в печати. Он существовал только там. Получается, что запечатанные печати останавливали этот поток. А восстановленные – снова давали ему свободно течь. Мурасаки кивнул. Все-таки тот, кто это придумал, был очень умным человеком. Высшим, поправил себя Мурасаки. И не был, а есть. Вряд ли он позволил бы себя уничтожить.

Но если Мурасаки хочет попасть к Сигме и при этом не вызвать выброс энергии в мир Могильников, то надо использовать печать Первого филиала – ту, через которую ушла Сигма. Главное, не забыть предупредить Эвелину, что толпа Высших заявится в их филиал и проведет какое-то время у печати. Нет, главное не это. Главное – придумать убедительный предлог, зачем Мурасаки собрал у печати своих однокурсников.

Мурасаки попробовал работать, но мысли о декане все время метались на заднем плане. Факт его присутствия сразу в двух местах, по сути невозможный факт, ставил под сомнение всю полученную информацию. А что, если на самом деле Мурасаки неверно записал данные? Ошибка копирования? Но дважды? Ладно, раз двойственность декана вызывает столько вопросов и мешает работать, решил Мурасаки, надо бы с ним разобраться. Даже если он и не настолько принципиален для его задачи.

Понятно, что на прямые вопросы ему не ответят ни Кошмариция, ни Эвелина. Но что там говорила Марина? Раст работает в Академии? Отлично, значит, настало время поговорить с Растом. Конечно же, без Марины. Пока без Марины.

Глава 22. Большой человек

Мурасаки нашел контакты Раста. Посмотрел на время. В филиале сейчас вечер. Не слишком поздний, но достаточно далеко отстоящий от дня, чтобы закончились все занятия. Конечно, Раст говорил Марине, что согласен встретиться. Но захочет ли он разговаривать без предупреждения и без подготовки? Ну, не захочет и не захочет, никто не умрет. Все равно Мурасаки надо переключиться.

Конечно, лучше всего было бы поговорить с Сигмой. Но пока канал был закрыт. На самом-то деле Мурасаки не сильно кривил душой, когда говорил Кошмариции, что хотел бы более стабильную связь. Он хотел бы постоянную связь, если уж на то пошло. Но тогда он не смог бы заниматься ничем другим, кроме разговоров с Сигмой. Он не был уверен в своей силе воли. Так что нет худа без добра.

Раст ответил почти сразу. Но в первое мгновенье Мурасаки его не узнал. Раст изменился. Обычно никто из них не менял кардинально свою внешность после выпуска. Через стадию экспериментов со внешностью они все прошли на третьем-четвертом курсах. Впрочем, возможно, у Раста просто запоздал этот период. Сейчас он выглядел старше Мурасаки. Он выглядел бы даже старше Мурасаки и Марины, вместе взятых, если бы Марина оказалась здесь. И старость Расту не шла. Наверное, он выглядел эффектно для студентов и особенно студенток (или наоборот?), но Мурасаки хотелось его умыть, снять с него этот уныло-коричневый плащ с бледной, как будто выцветшей каймой молочно-желтого цвета, и то, что виднелось из-под плаща, тоже хотелось постирать.

– Мурасаки, – лениво сказал Раст. – Слышал, слышал, ты интересуешься мной. Чем обязан? Надеюсь, у тебя нет малолетних родственников, которых надо пристроить в Академию по знакомству?

– А ты теперь настолько большой человек? – улыбнулся Мурасаки. – Что можешь брать в Академию, кого захочешь?

– Я теперь в приемной комиссии, – кивнул Раст. – А большим я был всегда, хотя человеком – никогда.

– О, ну да, прости, ты же бог-разрушитель, – Мурасаки попытался изобразить уважение, но не слишком старательно.

– Ты же знаешь, ма… Мурасаки, я никогда не хотел быть Высшим. Всегда хотел быть обычным человеком. Думал, выполню контракт – и все. Заведу себе ресторанчик, буду готовить блюда разных миров. Но не получилось. Пришлось работать.

– Неужели тебя заставили силой?

– Нельзя просто так взять и уйти жить своей жизнью. Так что я принял предложение Академии.

– Но ресторан у тебя уже есть? – со смехом уточнил Мурасаки.

Раст невнятно покачал головой – то ли да, то ли нет.

– В любом случае, у меня есть время, чтобы заняться чем-то другим. Чем-то, что мне нравится по-настоящему. А ты?

– У меня полно времени, если ты об этом спрашивал. Но мне кажется, что не об этом.

– Я спрашивал, есть ли у тебя время заниматься тем, что тебе нравится?

– Я только этим и занимаюсь всю жизнь, – вздохнул Мурасаки. – Или занимаюсь тем, что мне нравится, или ищу возможности заняться тем, что мне нравится.

– То есть никакой личной жизни? – то ли спросил, то ли констатировал Раст. – Ох, Мурасаки, я думал, ты такой… независимый. Первым попытаешься уйти из Высших на вольные хлеба. Неужели тебе нравятся все эти контракты и обязательства?

– Мне нравится моя работа, – ответил Мурасаки.

– А девушки? – с надеждой спросил Раст. – Тебе же всегда нравились девушки, неужели ты один?

– Я нашел Сигму, – неожиданно сказал Мурасаки. – Она не умерла.

– Вы вместе?

– Нет. Чтобы быть вместе, мне нужна твоя помощь.

– Моя? – удивился Раст. – Ты заинтересовал меня, малыш. И что я должен буду сделать?

– То же, что мы уже делали однажды ночью – ты, Чоки и я.

Раст замолчал и снова отвел взгляд.

–