Охота на принцессу - Елизавета Владимировна Соболянская

нашим мужчинам приходилось нелегко. Поэтому когда сквозь плотную пелену дождя впереди показался частокол деревеньки, воины радостно закричали. И я была с ними солидарна. Хотелось уже выйти наконец из опостылевшей кареты и размять ноги.

Пусть во дворе пахло животными и мокрой кожей, я с удовольствием прошагала по лужам до деревянного крыльца. И наконец-то оказалась под самой настоящей крышей.

Постоялый двор был не слишком большим. Первый этаж занимала харчевня, а на втором расположились номера.

Я окинула взглядом длинные, грубо сколоченные столы. Почти все были заняты. Гул здесь стоял такой, что не понимала, как капитан и графиня умудряются объясняться с хозяином.

– Свободна только одна комната, – сообщила со вздохом тётушка, отходя от стойки, за которой стоял маленький толстый мужичок с прикрытым глазом. Застарелый шрам проходил по веку, создавая впечатление хитрого прищура.

– Переночуем и в одной, – отмахнулась я. После долгого пути в карете компания Лианы меня вовсе не напрягала.

Ужин нам предложили в общем зале, пока готовили комнату. Нае я велела тоже поесть и хорошенько отдохнуть. Переодеться в ночную рубашку я сумею и сама, поэтому пусть выспится перед завтрашней дорогой.

Несмотря на мои сомнения, путь мы пока продолжали в прежнем направлении – к столице Лигурии. До неё ещё оставалась примерно неделя дороги – как раз достаточно, чтобы решить: просить ли помощи у короля, искать пристанище в монастыре или же возвращаться домой и выходить замуж за Кастора.

Последнее мне претило, но я бы уже не стала ни от чего зарекаться…

Ужин был горячим и сытным. Тушёный картофель с овощами и кусками мяса, пышные румяные лепёшки и горячее вино со специями. Я так проголодалась, что эта простая еда показалась мне самым вкусным и изысканным кушаньем. Графиня тоже уплетала за обе щёки. За ужином мы не перемолвились и словом – слишком устали.

В комнатах нас ожидали две постели с чистым бельём. От усталости и сытного ужина меня клонило в сон. Судя по всему, Лиана тоже едва держала глаза открытыми.

– Предлагаю отложить ванну на утро, – зевнула я.

– Совершенно с вами согласна, ваше высочество, – графиня горячо меня поддержала и тоже зевнула.

Мы разделись, легли в свои постели. Я уснула, едва голова коснулась подушки. И проспала до самого утра, когда солнце уже взошло над крышей сарая, на которую выходили наши окна.

– Доброе утро, Ида, – улыбнулась мне тётушка, потягиваясь в постели.

– Доброе, – я потянулась.

Теперь, когда удалось выспаться и отдохнуть, мир уже не виделся таким серым. Время на принятие окончательного решения у меня ещё было. И я собиралась принять его попозже. Сначала оденусь и позавтракаю.

Словно услышав мои мысли, в дверь постучали. Графиня протопала босыми ногами по дощатому полу и отодвинула засов. Ная тоже выглядела отдохнувшей и сразу начала готовить для нас дорожные костюмы.

Я сделала себе отметку, расспросить камеристку об условиях, которые здесь предоставляли слугам, и дать хозяину лишнюю монетку. К счастью, недостатка в деньгах у нас не было.

Ная суетилась, гоняла местную прислугу. Нам натаскали воды в две большие бадьи. И мы с графиней наконец смогли нормально вымыться впервые за несколько дней.

Определённо, жизнь налаживалась. У меня даже мелькнула мысль – остаться на этом постоялом дворе. Ненадолго, ещё на пару дней. Здесь тихо, спокойно и можно привести мысли в порядок.

И решить, что делать дальше.

Подносы с завтраком стояли на широком подоконнике, распространяя по комнате чудные ароматы блинов и парного молока. В животе заурчало, и я поспешила завершить банные процедуры. Уверена, что завтрак здесь будет не хуже ужина.

Ная помогла мне одеться. Расчесала волосы.

– Неси гребень с жёлтыми топазами, – решила я.

Мы подъезжаем всё ближе к столице. Мало ли кого уже можно встретить в этих местах. Если я и правда решусь заехать в гости к королю Лигурии, не хочу выглядеть как деревенская оборванка.

– Хорошо, ваше высочество, – Ная закончила с волосами и склонилась над одним из саквояжей.

В нём под платьями был спрятан сундучок с запасом денег и драгоценностями. Горничная возилась слишком долго. Я устала держать зеркальце в вытянутой руке, пытаясь рассмотреть себя со всех сторон.

– Ная? – я направила зеркальце себе за спину и увидела, что она судорожно перерывает саквояж. – Что случилось?

В груди кольнуло нехорошим предчувствием.

– Ваше высочество, – всхлипнула служанка.

Мы с графиней одновременно поднялись и направились к ней. Ная стояла над пустым сундуком, из которого она вынула все платья.

– Ваше высочество, саквояж с деньгами и драгоценностями… Он пропал.

Я впервые ощутила позорное желание упасть в обморок! Удобно – лежишь себе, вокруг все хлопочут, и не надо ничего делать. Например, искать деньги и украшения, думать, чем заплатить за постой и… как быть дальше!

Мы перетряхнули весь мой гардероб. Заглянули под кровать. Сбегали к карете и осмотрели все ящики для багажа. Нашли царапины на замке и признали – у злоумышленника было время открыть багажное отделение, забраться в сундук и отыскать наш запас.

В итоге, набегавшись и устав, мы сели за стол в общем зале, и тут к нам подошел хозяин, как всегда угодливо кланяясь и пряча руки под фартуком. После всей этой беготни мне хотелось выпить мятного чаю, графине требовался грог, а капитану Арену – вино с пряностями.

Мы сделали заказ и собрались еще раз обсудить, где можно поискать саквояж, когда хозяин гостиницы вдруг откашлялся и сказал:

– Уважаемые, пора заплатить. Вы живете второй день, деньги, внесенные авансом кончились.

Я передернула плечами, капитан нахмурился, графиня величественным жестом сунула хозяину золотой. Тот отошел, и тетушка призналась:

– Детка, прости, но это была последняя монета. Надо что-то делать. Может, напишешь отцу?

Я упрямо сжала губы:

– Если Кастор узнает, за мной пришлют официальную делегацию, и все. Меня вернут ему, да еще с клеймом сбежавшей дурочки.

Графиня и капитан мудро промолчали.

Мы молча сделали по глотку принесенных напитков, и тут возле стола снова нарисовался хозяин:

– Синьора, – обратился он к графине, – нехорошо так делать! Вы дали мне монету другого государства, а они у нас дешевы. Заплатите мне еще, или принесите нормальные деньги!

Я вспыхнула от злости. В саквояже у нас были монеты Лигурии, купленные на границе, но теперь…

Пока я полыхала как маков цвет, капитан и хозяин громко ругались. Трактирщик обвинял нас в обмане, капитан его – в жульничестве. Позвать