У(лю)бить дракона - Александра Гусарова

И вот тут я зависла. Что сказать? Что мне все равно, а вдруг его обижу, что я равнодушно отношусь к будущему семейному гнездышку? А если не все равно? Разовьет кипучую деятельность, будет красить и ремонтировать забор, вместо того чтобы готовиться к свадьбе?

Все же хотелось, чтобы он эти две недели потратил на нас. У меня еще много вопросов оставалось к Бомбардиллу. Да и не хотелось неизвестно сколько засыпать одной. И почему-то появились сомнения, что у нас будет полноценная первая брачная ночь. Хотя девственницей после двадцати лет брака я точно не была, но на душе все же было тревожно.

В итоге я просто честно ответила:

— Ты загнал меня в тупик. Я не знаю правильного ответа на твой вопрос!

А он взял мои руки в свои большие ладони, покачал головой и сказал:

— Рига, я не жду от тебя правильный ответ. Я спрашиваю, что хочешь ты, моя будущая жена Рига Ровегейл?

— Не знаю, — пожала я плечами. — Однако мне кажется, что я соглашусь с любым твоим решением.

— Раз так, — ехидно усмехнулся он, — сломанный забор мне нисколько не мешает. Он, скорее, напоминание о моих первых неудачных экспериментах.

— Ты учился делать философскую плазму здесь? — ахнула я.

— Не в королевском же дворце мне ее было делать! — уже веселее ответил Лекс. — Я бы половину резиденции королей разнес. А здесь живых людей не было. Да и плакать о старом замке никто бы не стал.

А затем без перехода он вдруг спросил:

— А можно я тебя обниму?

Я чуть не брякнула, что давно жду приглашения в объятия. Но вспомнив о его тонкой душевной организации, предпочла промолчать. А лишь подошла ближе и обхватила его руками за талию. Выше просто не достала. Да и рук у меня не хватило бы. Это я еще по Азардину поняла. Лекс же за последние дни словно немного поправился. Нет, не живот отрастил. А раздался в плечах. Да и руки и ноги начали обрастать мышечной массой, теряя карикатурные очертания.

Он в ответ обнял меня одной рукой за талию, а второй осторожно прижал мою голову к груди. Так мы и стояли. Я, уткнувшись носом в мерно вздымающуюся грудь, от которой умопомрачительно пахло силой и мужчиной. Даже не знаю, как описать подобный аромат. При этом его сердце билось совсем не спокойно, выдавая волнение дракона.

 И млела от того, как он нежно поглаживал меня по волосам. Словно ничего лучшего в моей жизни не происходило и произойти не могло. А потом я подняла лицо к Александру, а он, наоборот, наклонился и очень осторожно приник губами к моим. Сначала целомудренно. Но через мгновение словно вошел в азарт и поцеловал уже глубоко.

А когда перестало хватать воздуха, оторвался, обхватил мое лицо ладонями, а сам прижался к моему лбу лбом.

— Лекс! — позвала я его шепотом.

— М-м?

— Хочу напомнить, что я вообще-то не девственница, а женщина, которая двадцать лет была в браке. Может, придешь ко мне?

Он сразу нахмурился, словно не понимая, что я ему предлагаю. Сколько я читала, сколько слышала, ни один мужчина вот так настойчиво не отказывался от близости с любимой женщиной.

— Получается, ты меня не любишь? — я все свои сомнения вывалила на него, будто из ведра облила. А он вмиг погрустнел и лишь вымолвил:

— А ты не думаешь, что я просто боюсь?

— Боишься? Но чего?

— Того, что ты двадцать лет была замужем. Спала с моим братом, который всегда кичился своими успехами с женским полом. А я был с женщиной один раз в жизни. А потом резко стал вот таким. И ни одна представительница прекрасного пола не желала вступать со мной в интимную связь.

— А ты предлагал? — я слега оттолкнулась от него. В голосе вдруг прорезались ревнивые нотки.

— Ты, наверное, шутишь! — поморщился он в ответ. — Дракон должен чахнуть над своими сокровищами, а не разбазаривать их на девиц легкого поведения.

— А ты вообще со мной спать собираешься? — возмутилась я.

— Естественно, — расхохотался он. — Ты же должна родить наследника для Арини.

— Грах, — ткнула кулаком его в грудь. — Если и рожу, то, в первую очередь, для себя. Всегда мечтала стать матерью, чтобы слышать топот маленьких ножек, вдыхать полной грудью молочный запах младенца, с замиранием сердца слушать признание: «Мамочка. Я тебя так люблю!». Во-вторую, для тебя. А Арини в этот список никаким боком не входит.

— Я и не возражаю, — улыбнулся он одним уголком рта. — Но сделаю это только после свадьбы, когда ты от меня точно никуда не денешься.

Он проводил меня до дверей моей комнаты. Поцеловал, пожелал спокойной ночи и ушел к себе. А я еще долго стояла за дверью, прижав руки к пылающим щекам. Странная у нас любовь, однако.

Глава 16

 Утром мы поехали в Лимончеллу к модистке. Раз на свадьбу приедут монархи, то и внимания прессы не избежать. И толп придворной знати тоже. Поэтому мне требовалось достойное платье для венчания.

Наряды у меня, конечно, были. Остались от прошлого брака. Среди них и парочка очень даже подходящих. Да только наши предполагаемые гости их уже видели. Одно я шила на юбилей королевы, второе — на обретение мощей святого Элмака. Особой религиозностью я никогда не отличалась, но хотя бы раз в жизни подобный праздник полагалось посетить.

Все же мне предстояло стать в необозримом будущем королевой. А у жен монархов существовало много почетных обязанностей. И одной их них являлось покровительство святой церкви и их главных праздников.

И, конечно, хранилось платье от прошлого венчания. Я его никуда больше не надевала. И, наверное, вряд ли бы влезла.

После завтрака мы вместе запрягли Плошку. Я стала получать определенное удовольствие, что владела этим необычным для женщины навыком. Только в душе что-то вдруг поднимало голову и гордилось собой. Все же реальные действия предпочтительнее теоретических