Эдельвейс для орка - Лана Воронецкая

— У меня тоже была сестра, — шепчет подавальщица. — Маленькая. Они сказали, что у неё Хворь. И забрали. Больше я не видела её. Так, что если стража ищет вас, то вам надо уходить. Бегите. Через заднюю дверь, за кухней. Быстро. Я вас провожу.

Сердце колотится где-то в горле. Ладони становятся влажными.

Лина испуганно оглядывается на кухонную дверь и делает едва заметный жест — следуйте за мной. Мы с РейТаном провожаем девушку взглядами, пока она исчезает в полумраке кухни, оставляя дверь приоткрытой.

Можно ли ей доверять? Я думаю, что да. Но не успеваю озвучить мысли вслух, как в распахнутое окно таверны влетает голубь.

Замираю.

Это не обычная птица. Его оперение переливается чистым серебром, словно каждое перо выковано из лунного света. На лапке привязан небольшой серебряный цилиндр, покрытый тонкими, светящимися рунами.

Не только я одна замерла. Словно по команде, все в таверне застывают на своих местах, кто-то даже рот приоткрывает.

Трактирщик кланяется, снимая шапку. Бородач Игнат делает то же самое, даже кружку ставит на стол с почтением.

Гул разговоров стихает. Это Королевский вестник — магический почтовый голубь. Я слышала о них, но никогда не видела. Такие птицы стоят целое состояние, их используют только знать и... инквизиция.

Голубь, проигнорировав всех почтительно застывших посетителей, делает круг под закопчённым потолком и приземляется прямо на наш стол. Он склоняет голову набок и смотрит на меня умными, слишком умными для птицы, чёрными глазками.

Я выдыхаю, пытаясь успокоить дрожь в голосе:

— Почтовый голубь? У него... послание для меня? От кого?

РейТан под капюшоном напрягается. Чувствую волну холодного подозрения от него.

— Гракх... — шепчет он так тихо, что я едва слышу. — Это не просто голубь, Китти. Он магически настроен. Тот, кто его послал, имел слепок твоей ауры. Птица ищет не по запаху, а по магическому следу. Она — ищейка.

Паника ударяет в грудь ледяным кулаком. Значит, меня могут выследить где угодно? В любом месте. В любое время.

— Неужели... сам инквизитор? — шепчу я.

С улицы доносится приближающийся топот тяжёлых сапог, лязг доспехов. Стражники. Так быстро?

— Похоже, их сюда привёл не только донос, — бормочет РейТан, не отрывая взгляда от голубя. — Эта птица дала им знать гораздо раньше.

Я тянусь к цилиндру на лапке птицы.

— Что там? Послание для меня?

— Не трогай птицу, Китти, — резко обрывает меня РейТан, хватая за руку. — Что бы там ни было за послание, если это от инквизитора, ничего хорошего там точно нет.

Он смотрит на голубя, и его глаза под капюшоном вспыхивают зелёным, хищным огнём.

— Я разберусь с птицей. Как только дам знак, беги на кухню, не оглядываясь. Понятно?

Киваю, не в силах вымолвить ни слова. Моё сердце колотится так громко, что, кажется, весь зал его слышит.

РейТан тут же начинает действовать.

— Я беру сознание птицы под контроль, Китти, — шепчет он, и мужской голос вибрирует от напряжения. — Нужно отвлечь стражу. Пусть она поведёт их по ложному следу. Если они отслеживают перемещения голубя и знают, что он тебя нашёл, пусть следуют за ним… Но сначала… устроим небольшой переполох!

Голубь на нашем столе вдруг громко и яростно клекочет, распушает серебряные перья, разворачивается и камнем бросается на бородача Игната. Птица вцепляется когтями в его густую бороду, хлопает крыльями по лицу.

Игнат вопит от неожиданности и боли, пытается отмахнуться, но голубь держится крепко. Посетители вскакивают с мест, кто-то хохочет, кто-то в ужасе крестится. Начинается невообразимый шум и суета.

— Сейчас! — командует РейТан.

Его рука мгновенно смыкается на моём запястье, дёргает, вынуждая встать.

Это не просто прикосновение. Это стальной обруч, который лишает меня воли. Я чувствую жар от его ладони даже сквозь тонкую ткань рукава. Он проникает под кожу, заставляя кровь в жилах бежать быстрее, будит мою Хворь. Ну, или магию, которой я только учусь управлять.

— Живо, на кухню!

Я не хочу оставлять мага одного. Но РейТан ловит мой взгляд. Глаза под капюшоном продолжают гореть зелёным огнём, диким и первобытным. В них сталь и приказ, не терпящий неповиновения. В них обещание защиты и абсолютная уверенность в своей силе.

— Делай, как я сказал.

От его низкого, властного рыка по спине бегут мурашки, а внутри всё сжимается в сладком, пугающем предвкушении. И магия разгорается сильнее.

Боги, что он делает со мной?

В таверне, полной врагов, за нами вот-вот придут стражники, а я думаю только о том, как горит моя кожа под его пальцами. Это безумие. Я должна бояться, должна думать о побеге, но вместо этого всё моё существо сосредоточено на этом прикосновении, на этом взгляде.

Я боюсь его. Боюсь этой дикой, первобытной силы, этого властного взгляда, который проникает, кажется, прямо в душу. Но в то же время… я никогда не чувствовала себя в большей безопасности. Страх смешивается с чем-то другим, тёмным, пьянящим. С желанием подчиниться. С желанием, чтобы он никогда не отпускал мою руку.

Но он отпускает. Ждёт, что я послушаюсь его.

И я срываюсь с места, бросаюсь в сторону кухни, где в проёме маячит бледное лицо Лины.

— А теперь… — вдогонку мне несётся шёпот РейТана. — Пусть ищут ветра в поле…

Голубь, вырвавшись наконец из бороды Игната, делает круг под потолком и резкой стелой вылетает в окно. Я уже у самой двери кухни.

Закусываю губы. Ну, же, РейТан! Я не хочу убегать без тебя.

И вдруг мужская рука оказывается на моей талии. Собственнический, горячий, уверенный жест. Как он так быстро нагнал меня?

— Ты думала, я оставлю тебя одну? — шепчет РейТан мне на ухо, и его голос звучит так, словно это не вопрос, а обещание. — Никогда, Китти. Где бы ты ни была, я буду рядом.

Облегчение разливается по телу горячей магией. Прямо от талии, на которой его рука, и по всему телу, жар скапливается в груди.

Эмоции переполняют: гремучая взрывоопасная смесь из страха, опасности погони желания, радости, что маг со мной. Мне трудно сдерживать свою Хворь.

РейТан легко подталкивает вперёд, и мы врываемся на кухню. В тот же момент в главный зал таверны вваливаются стражники в доспехах Инквизиции.

— Где королевский вестник?! — кричит один из них, оглядывая перепуганных посетителей.

Вся таверна, как по команде, указывает на окно.

— Туда! Птица полетела туда!

— Сработало! — радостно шепчу я, но РейТан прижимает палец к моим губам, показывая молчать.

Нам слышен топот удаляющихся шагов, хлопанье входной двери. Несколько стражников, не раздумывая, выбегают на улицу, бросаясь