Эдельвейс для орка - Лана Воронецкая

— Что с тобой, РейТан?! — в ужасе кричу я.

— Идём, Китти… не отвлекайся. Со мной всё хорошо, — хрипит он, пытаясь оттолкнуть мою руку.

Но я не слушаю. Страх за него пересиливает всё. Я дёргаю за край плаща, распахивая его.

Под плащом на его голом торсе растекается кровавое пятно! На груди, ближе к плечу, совсем недалеко от того места, где бьётся сердце.

Глава 23

Рана кровоточит, но не в привычном смысле. Из неё сочится не кровь, а тёмные, почти чёрные сгустки магической энергии, которые тут же испаряются, шипя, как капли воды на раскалённой сковороде.

Его астральное тело... оно разорвано. И он истекает не кровью, а самой жизнью.

— РейТан… Нет... — шепчу я и закрываю рот рукой, чтобы не закричать.

Маг же скидывает плащ и зажимает рану ладонью, но тёмные сгустки энергии просачиваются сквозь пальцы.

— Китти, открывай Завесу! — командует он, и его голос, хоть и хриплый, полон стали.

— Я без тебя не пойду! — кричу я, и слёзы застилают глаза. — Я не оставлю тебя здесь!

— Я иду с тобой, — упрямо повторяет он.

— Как?! Ты не только мерцаешь, ты теперь кровью истекаешь! Да что с тобой происходит?!

РейТан на мгновение прикрывает глаза, собираясь с силами.

— Проблемы с физическим телом... С ним что-то произошло. Неважно. Открывай Завесу, Китти. Немедленно.

— Нет! — я упираюсь, мотая головой. — Тебе надо срочно вернуться! Вернуться в своё тело и проверить, что там!

— Я сказал — нет! — он делает шаг ко мне, и глаза под капюшоном вспыхивают яростным зелёным огнём. — Сначала ты будешь в безопасности. Это не обсуждается.

РейТан подходит вплотную, возвышаясь надо мной, как скала, кивает на мерцающее марево Завесы.

— Я сказал, я пойду с тобой. Не смей мне возражать, Китти.

Он разворачивает меня к Завесе, кладёт руки сзади мне на плечи, и его хватка становится железной. А от его ладоней исходит сухой жар, который проникает сквозь тонкую ткань платья, обжигая кожу. Я чувствую, как дрожат его руки — от боли, от слабости, но хватку он не ослабляет.

Его властность, его упрямство, его отчаянная забота обо мне, когда он сам на грани исчезновения — всё это ломает моё сопротивление.

Глотая слёзы, я закрываю глаза, пытаюсь сосредоточиться, вытолкнуть из себя магию.

Я представляю её как огненный шар в груди, который растёт, становится горячее, а потом я с криком выбрасываю его вперёд, в сторону мерцающего барьера.

Я чувствую, как сила покидает меня, как по телу проходит волна пустоты. Но ничего не происходит. Завеса лишь слегка колышется, словно занавеска на ветру, и остаётся невредимой.

— Я не могу! — слёзы текут по щекам. — У меня не хватает магии! Её слишком мало!

— Ты напряжена, потому что ты переживаешь за меня, — тихо говорит маг, его руки бессильно соскальзывают с моих плеч. — Успокойся...

Я резко разворачиваюсь к нему.

— Как я могу успокоиться?!

— Ты должна, Китти!

РейТан делает шаг назад. Сейчас черты его лица чётко видны. И они… искажены. Болью... Он смотрит на меня, а в его глазах столько тоски, что у меня разрывается сердце.

— Я... я больше не чувствую связи с телом, Китти, — тихо, почти неслышно признаётся он. — Я слишком долго не отпускал свою душу. А теперь еще и кто-то ранил моё настоящее тело. И... нить оборвалась. Мне больше некуда возвращаться. И нечего терять. Прости меня.

Он смотрит на меня так, словно прощается.

— Я останусь рядом, сколько смогу, Китти... пока не исчезну. Прости, что не выполню обещание. Я не вернусь за тобой.

— Нет... — шепчу я, качая головой.

Смотрю на его рану, на мерцающее тело, на его глаза, полные отчаяния и любви ко мне. И думаю о его словах: «А на что же мне твои по-це-лу-и?».

А, ведь, РейТан не только о поцелуях говорил… Если даже наши простые поцелуи ему помогали, то…

Я принимаю решение.

Я плачу, но это слёзы не отчаяния, а решимости.

— Это... это поможет? — спрашиваю я, и мой голос дрожит. — Если я… если мы… Это поможет тебе вернуться в тело? РейТан?!

Он смотрит на меня, не понимая, а потом в его глазах вспыхивает догадка и тут же сменяется отрицанием.

— Китти, нет! Иди за Завесу! Мне будет спокойнее, если я буду знать, что ты там, в безопасности! Для меня это важнее всего! Не стоит терять время на сомнительные эксперименты…

— А что я там буду делать?! — кричу я, и мой голос срывается от ярости и слёз. — Без тебя?! Я боюсь орков до икоты, до дрожи! Почему ты вообще думаешь, что там для меня безопаснее?! Тем более, если тебя не будет со мной!

— Потому что я наблюдал за их миром, Китти! — РейТан делает шаг ко мне, мужской голос становится тише, убедительнее. — Ты же видела в таверне, что я могу контролировать животных. Так вот, я смотрел чужими глазами, слушал чужими ушами. У орков даже солнце светит ярче, а в реках течёт чистая вода. Там тебя примут.

Он лжёт. Я чувствую это. Красивая ложь, чтобы я ушла и спаслась от стражи.

И оставила его умирать здесь, в этой заброшенной часовне, в полном одиночестве. Моё сердце разрывается от боли и гнева. Гнева на него, на инквизитора, на весь этот жестокий мир.

Я закрываю глаза. На один короткий миг я позволяю себе представить, что будет, если я послушаюсь.

Я одна, за Завесой, в чужом, диком мире.

А он... он просто исчезнет. Растает, как утренний туман. И от него не останется ничего, кроме воспоминаний.

Боль от этой мысли оказывается острее лезвия. Я не позволю этому случиться.

— Нет, — шепчу я. — Думаешь я оставлю тебя одного? — возвращаю ему его слова, которые он мне шептал, когда мы бежали из таверны. — Никогда, РейТан. Где бы ты ни был, я буду рядом.

Я делаю глубокий, дрожащий вдох, вбирая в лёгкие сырой, пахнущий пылью воздух. И открываю глаза.

Мой страх, моё смущение, вся моя неуверенность — всё это сгорает в огне новой, холодной решимости. Я смотрю прямо в его удивлённые, полные боли глаза.

Подрагивающими пальцами я расшнуровываю корсет. Медленно, с осознанным, почти вызывающим спокойствием.

Ткань соскальзывает с моих плеч, обнажая их, и опадает к ногам, оставляя меня стоять перед ним в одной тонкой нижней сорочке.

Каждый удар моего сердца гулко отдаётся в ушах. Я чувствую, как мужской взгляд обжигает мою кожу, но