Ставь на единорога - Наталья Сергеевна Филимонова

Пожалуй… как бы хорошо ни относился ко мне декан Вуйчик и какой бы перспективной ни считал, факультет для него куда важнее. А если исходить из блага факультета, то… увы. Повесить все на меня – лучший выход.

А еще у декана есть, пожалуй, и собственный интерес. Как мой научный руководитель он лично согласовывал план исследования и отчасти несет за него ответственность. Если “что-то пошло не так”, пусть и по недосмотру или халатности, в ходе утвержденных им экспериментов, к его компетентности тоже появятся вопросы. Это я – как и он! – знаю, что даже при неверной дозировке, нарушенной технологии или перепутанных реактивах ничего подобного произойти не могло. В конце концов, перепутать что-то можно только с другими ингредиентами, которые есть в лаборатории в открытом доступе.

А значит… значит, в интересах кэра Вуйчика – чтобы все считали, что я сознательно проводила не согласованные ни с кем и не внесенные в план исследования опыты, да еще привлекла к этому студента.

Может быть, некрасиво с моей стороны настолько плохо думать о том, кто всегда меня поддерживал. Но своя карьера для него наверняка значит куда больше, чем моя. А угрызения совести не так уж сложно успокоить.

Но если будет проведено серьезное расследование, вряд ли меня удастся в чем-то обвинить. Пожалуй, единственный способ это сделать – это убедить меня саму, что так будет лучше, что именно я виновата или что свою невиновность мне все равно не доказать, что мне самой проще со всем согласиться и замять дело, не слишком в нем копаясь.

Вот за этим декан и приходил, поспешив успеть до прибытия моих представителей. Правда, не особенно успешно справился с задачей – но тут уж вряд ли стоит его винить, все же едва ли у него в таких делах большой опыт. Бедолаге, надо думать, самому не по себе.

Убеждать человека в том, что ему стоит самостоятельно закопаться за свой же счет, вообще непросто. Да и для меня речь идет далеко не только о моей карьере. Шансов у него не было.

Поэтому, когда дверь снова без стука распахнулась, я успела составить мысленный план действий – нужно только выйти из целительского корпуса и…

– Доченька! – мама буквально ворвалась в палату первой и едва не задушила меня в объятиях, окутав заодно родным ароматом своих духов с нотками пряностей и свежей выпечки.

– Мам! Мам, все хорошо, я в порядке! – родительницу я, конечно, расцеловала с удовольствием и даже позволила себя ощупать и осмотреть, насколько это возможно, не выковыривая “больную” из-под одеяла.

Но поговорить больше всего хотелось не с мамой.

Папа ободряюще улыбнулся из-за ее плеча.

А вошедший последним кэр Любек Потапчик аккуратно прикрыл за собой дверь, нежно прижимая к груди папку с какими-то бумагами.

Кажется, без этой папки я нашего семейного адвоката не видела никогда. Невысокого роста, светловолосый и сравнительно молодой – а на вид казался еще моложе из-за вечной застенчивой улыбки – пожалуй, с первого взгляда он и сам мог бы сойти за студента. Этакого отличника в очках и всегда безупречном костюме. Правда, присмотревшись, можно было заметить морщинки в уголках глаз и даже намечающуюся на макушке лысину. И очень немногие догадывались, что за этой застенчивой улыбкой прячутся по-настоящему акульи зубы блистательного юриста. Другого папа не нанял бы.

– Ясного дня, кэри Петра, – негромко поздоровался он. – Я тут набросал кое-какие варианты… у меня только один главный вопрос: мы намерены замять дело или драться?

– Ясного дня, кэр Потапчик, – светски кивнула я. – Разумеется, драться!

Папа снова чуть приподнял уголки губ и обернулся к адвокату.

– Я же говорил. Можно было и не спрашивать!

14.3

– Превосходно! – вот теперь наш адвокат улыбнулся мне широко и открыто и уверенно прошел к одному из двух стульев, чтобы усесться, закинув ногу на ногу.

Мама пристроилась прямо на моей кровати, а отец – на втором стуле.

– Итак, что мы имеем на текущий момент…

– Погодите, кэр Потапчик, – я подняла ладонь, – для начала расскажите, что с корпусом теормага. Он сильно пострадал? И… больше точно никого не задело?

Из бессвязного бормотания декана я уже знала, что с момента взрыва прошло не так уж мало времени. В лаборатории мы с Ратко работали вечером после завершения всех занятий. Взрыв произошел уже в сумерках, а завалы разбирали и вовсе в темноте. После этого нас обоих погрузили в целительский сон и подлатали. Сейчас – утро уже следующего дня. И судя по тому, что родители только приехали, а не примчались еще ночью, весточку им отправлять не спешили.

Зато кэру Потапчику папа явно почтой отдал распоряжения еще до того, как выехал сам – раз тот уже успел не только выяснить все самое необходимое, но даже набросать какие-то планы.

– Помимо вас и кэра Милича, несколько студентов и преподавателей обратились в целительский корпус с мелкими травмами – ушибы, ссадины, не более того. К счастью, корпус был почти пуст. Что касается здания… у меня есть первичная оценка стоимости восстановления, – юрист покопался в папке и протянул мне одну из бумаг.

Длинные столбцы с описью имущества я пробежала глазами и остановила взгляд на подчеркнутой цифре внизу. Несколько раз моргнула, пытаясь сфокусировать зрение. Сколько?!

– Там что, разнесло все здание? – неверяще уточнила я. Как мы вообще тогда остались живы?

– Ну что вы. Обрушилась только крыша, и то частично, и несколько внутренних стен. Полностью уничтожена лаборатория, в которой вы находились, и помещения, расположенные в непосредственной близости от нее. Есть трещины на стенах, экспертная оценка состояния перекрытий ниже еще не проводилась. Как я и сказал, это весьма приблизительная цифра. И это, разумеется, всего лишь копия с черновика документа, который ваш секретариат начал готовить по распоряжению ректора. Большая часть корпуса уцелела. Но проводить в нем занятия до полного восстановления невозможно, и это тоже приплюсовали к ущербу. И, конечно, стоимость оборудования, реактивов и иных материалов, находившихся в лаборатории.

– Понятно, – я вздохнула. Ничего сверхценного ни в лаборатории, ни в пустых аудиториях по соседству не было, но кто теперь это докажет?

– Следователь из городского управления порядка прибыл