Друг моего детства - Катерина Пелевина

— С каким, нахер, Егором…

— Ой, всё! Начинаешь, блин… Мы же в итоге не поцеловались… Отец напугал его. Чуть машиной не переехал… И он убежал сразу…

Он начинает ржать на всю спальню, а я бью его по грудной клетке. Она у него стальная, конечно. Он, наверное, даже не чувствует…

— Ну, заткнись, Хорольский!

— Получается, твой батя реально мне подфартил… Офигенно…

— Ага, ещё бы твои тебя за каждую прошмандовку били палкой по жопе, я была бы вообще рада…

— Ну, я никого с ними не знакомил как бы… Они и не видели со мной никого… Чисто так… В отношениях и тд нет…

— Хотя бы так… А твоя мама… Что-нибудь обо мне говорила? — спрашиваю, и он вздыхает, обхватив меня за плечо…

— Говорила…

— А что?

— Она сказала тогда… Если настоящее, оно не пройдёт… Я не совсем понял, потом дошло… Я жалею, София…

— Ладно, не будем о грустном, — вытираю заслезившиеся уголки глаз. — Давай лучше… Я покушать приготовлю…

— А?

— Что?

— Ну… Ты готовишь? Что?

— Вообще-то да. Я готовлю, Хорольский. Я выросла, блин! Во мне многое изменилось!

— Нет, ну тут не поспоришь… — касается моей груди ладонью. Сжимает.

— Ты издеваешься?!

— Не-а… Я просто трогаю самые красивые сиськи на свете… Которые ты показывала всем пацанам нашего универа… И мне хочется тебя наказать за это… — хрипит он, раздувая ноздри.

— Ну, накажи… — льну ближе, а он ржёт.

— Тебе нравится это?

— Что?

— Это… — произносит на ухо шёпотом и шлёпает меня по заднице.

— Ай… Да… Нравится…

— Какая же ты…

— Что…

— Сучка… Я тебя повторно сейчас трахну, если не угомонишься, — придавливает меня собой, а я смеюсь.

— М… Надо будет ещё обязательно Дмитрию Александровичу показать, а-то он, кажется, не видел… — издеваюсь и тут он начинает жёстко дубасить меня по заднице, заставив визжать, орать, отбиваться и убегать от него в сторону кухни… Мы точно ненормальные… Лучшие друзья, блин…

Глава 31

Сергей Хорольский

Сижу на кухне, завороженно глядя на то, как София в моей футболке готовит нам ужин. Стройные шикарные ножки бродят от стола до холодильника и обратно, пританцовывают и завлекают всё моё внимание…

Я, наверное, за всю жизнь зрелища прекраснее этого не наблюдал. Просто потому что это самый топ всех моих влажных желаний о своей любимой лучшей подруге детства… Чтобы готовила мне, и мы трахались… Без остановки.

— Прекрати пялиться…

— Ну что, блин?! Я, может, этого все восемнадцать лет ждал… — ржу, а она закатывает глаза. — Когда ты научилась?

— Не помню… Лет в шестнадцать, кажется… Просто с отцом начали готовить всякое и… Вот.

— Круто… Я реально счастлив. Пожму твоему бате руку…

— Если ты со мной из-за этих сексистских штучек…

— Ещё каких сексистских, — играю бровями, а она брызгает мне соус в глаз.

— Ай, блядь…

— Прости, прости, — тут же подбегает и вытирает, подув на ресницы. — Болит?

Я опять довольно лыблюсь, а она проскальзывает языком по моему веку, слизывая всё это… Дёрнув её за талию, заставляю сесть на меня, расшиперив рогатку. Горячая… Хочется внутрь снова.

— Ты не даешь мне доделать…

— Обойдёшься просто, вот и всё, — смотрю на неё и брожу носом по её лицу, заставляя смеяться.

— Щекотно…

— Потерпишь…

— Грубиян такой… Хотя мне нравится… — обвивает мои плечи руками и сидит на мне, а в какой-то момент бросает взгляд на часы… — Блин, шесть уже… Нужно родителям звонить…

— Ссышь, София прекрасная?

— Нет… Совсем нет… Переживаю просто… Да и к тому же мне не в чем идти на учёбу теперь…

— Съездим утром до тебя… Переоденешься… Я могу зайти даже… — говорю ей, но она так смотрит. Заглядывает прямо в душу и тревожится.

— А что если мой папа…

— Что? Собьёт меня машиной? Это вряд ли…

— Ну это вряд ли… Но всего остального я бы не исключала… Ты знаешь, он купил ружьё…

— Ахахахаха…

— Я не шучу, правда… На охоту ездил… Ну, мало ли…

Смотрю на её милую мордашку и смеюсь.

— Значит, буду ходить с дырявой задницей…

— Лишь бы только не с дырявой головой…

Слышу мелодию своего телефона и тянусь к нему. Увидев «мама» на экране, свайпаю тут же. Хотя хз почему… Просто предчувствие.

— Да…

— Серёжа, Слава Богу… Ты Софию не видел?!

Ну вот, не зря… Так и знал, что уже потеряли… Больше скрывать ничего не буду. Уже сказал.

— Видел… Она как бы со мной… А что?

— С тобой, да? Родители её потеряли… Лёша приезжал в универ, а там сказали, что вы прогуливаете… Сынок, ну…

И перед мамой неудобно, конечно, за прогулы… Всё же отец договаривался обо мне… Потому что я не планировал это всё. Уехать хотел. Да только потом понял, что не вывезу без неё. Загнусь…

— Блин… Мам… Первый и последний раз… — отвечаю, а Софка выдыхает.

— Мне конец…

— Здравствуй, София…

— Здравствуйте… — стеснительно отвечает, а сама полуголая на мне сидит… Мне так пиздец нравится, кстати… Заводит нереально.

— У вас всё в порядке? Позвони, пожалуйста, папе…

— Да я уже собиралась… — отвечает моя, глядя мне в глаза, и пытается слезть, но я не отпускаю.

— Мам… попозже перезвоню… Мы обязательно позвоним ему… Давай, пока, — даже не даю ей договорить и убираю телефон в сторону. Смотрю на Софийку, которая теперь бледная как моль. — Вот не надо теперь бояться, ага? Он ничего нам не сделает…

— Я знаю, что не сделает… Точнее, не знаю, а надеюсь… Но позвонить нужно. Серёжа, отпусти…

— Не хочу отпускать… — обхватываю её за талию и жму к себе… Целую, заставляя поскуливать и сжимать мои плечи…

— Хорольский…

— Что, Красильникова? Когда ты уже перестанешь быть папиной дочкой, а…

— Никогда, блин, — хихикает она, выгибаясь в моих руках. — Ты должен знать, что если обидишь меня, отец тебя закопает…

— Хватит. Мне. Угрожать… — рычу на неё, сжимая задницу… Она ахает на всю кухню и пытается спрыгнуть. — Нет… Не отпущу. Хочу…

— Серёжа…

— Хочу сейчас… — оттягиваю трусы в сторону и глажу её, заставляя течь прямо на мои пальцы. Она всё ещё мокрая с первого раза, хотя кровь бегала вытирала… Но мне мало. Пиздец как… Я хочу ещё. Въедаясь в меня, Софка моментально подхватывает… Прикрывает глазки, ёрзает, а я чуть поднимаю её и стаскиваю с себя трусы… — Извини, больно, наверное, будет…

Касаюсь влажной киски головкой и толкаюсь внутрь. Медленно, потому что вижу, что она куксится от боли и царапает меня, съёжившись… Но пока не принимает полностью, не останавливаюсь.

— Так… — выдыхаю в