Болен тобой - Тина Рамм

Лиза наклоняет голову, ее улыбка слегка сходит на нет, но она кивает.

– Там не было Рафаэля, Лиз, – слова срываются с губ, и становится немного легче. – В отеле, на ужине... там был Марк. Мы с ним вместе. Мы уже давно встречаемся.

Я жду взрыва. Жду, что она сейчас бросит в меня полотенцем, что будут слезы, обвинения во лжи, вопросы «как ты могла смотреть мне в глаза». Я сжимаю кулаки, готовая оправдываться.

Но Лиза просто спокойно берет со стола прихватку и убирает сковороду с плиты. Поворачивается ко мне, опирается бедром о столешницу, и на ее лице появляется легкая, почти снисходительная усмешка.

– Я уж думала, ты никогда об этом не скажешь, – произносит она ровным голосом.

Шок наваливается на меня так резко, что я забываю, как дышать. Мир на секунду замирает.

– Что? – только и могу выдавить я. – Ты... ты знала?

– Варь, ну ты правда думала, что я слепая? – Лиза усмехается еще шире, но в ее глазах нет злости, только теплая ирония. – Я обо всем догадалась где-то неделю назад. Как только увидела, как он на тебя смотрит во время наших семейных ужинов. И, честно говоря...

Она присаживается напротив, вздыхает и качает головой.

– Когда Рафаэль только предложил эту идею с номером и ужином, я сильно сомневалась, что тебе этот сюрприз понравится. Потому что я уже знала, на кого ты на самом деле смотришь, и понимала, что никакой Рафаэль тебе не нужен.

Левушка довольно чавкает, отрывая голову печенью-крокодилу. А я стою посреди кухни, все еще не веря своим ушам, и чувствую, как каменная глыба вины медленно, но верно начинает отступать.

– Господи… Как хорошо, – с губ сорвался судорожный вздох. Я провела дрожащими ладонями по лицу. – Я так переживала… Я прокручивала в голове сотню сценариев, как ты отреагируешь. Думала, ты меня убьешь. Или перестанешь со мной разговаривать. Или…

Лиза молчала. Она сидела напротив, обхватив кружку двумя руками, и смотрела на меня с мягкой, какой-то непривычной улыбкой. Сейчас она была совсем не похожа на себя. Никаких вспышек эмоций, никакого фирменного «ну ты даешь» с закатыванием глаз. Только спокойный, почти материнский взгляд и эта тихая улыбка в уголках губ.

А потом меня словно ошпарило кипятком. Я медленно опустила руки от лица и встретилась с ней взглядом.

– Неужели это было… так заметно? – голос предательски дрогнул. – Ты поняла все по нашим взглядам?

Подруга задумчиво отвела глаза, провела пальцем по краю кружки, словно собираясь с мыслями.

– Ну, сначала вы много препирались и конфликтовали, – начала она неспешно. – Я все думала: откуда такая ненависть на пустом месте? Люди так не спорят с теми, кто им безразличен. А потом… – она подняла на меня глаза, и в них плясали хитрые искорки, – потом я стала замечать, как Марк на тебя смотрит. Когда ты отворачиваешься или смеешься над чьей-то шуткой, а он стоит в стороне и делает вид, что читает что-то в телефоне, а на экран так ни разу и не взглянул.

Она сделала глоток кофе, не сводя с меня глаз.

– Он часто спрашивал о тебе. Завуалированно, конечно… Но, Варь, разве я похожа на дуру?

Лиза усмехнулась и покачала головой.

– А потом я стала замечать твою реакцию на него. Ты думала, что это незаметно? Когда Марк входит в комнату, у тебя аж зрачки расширяются. Это, знаешь ли, физиология. Это не спрячешь. – Она снова усмехнулась, теплее. – И еще… Вы как малые дети, честное слово. Думали, что делаете все беспалевно?

Она поставила кружку на стол с тихим стуком.

– Я видела каждое утро, как Марк выходил из твоей комнаты, Варь. В семь утра. Босиком. С мятой рубашкой в руках. И делал при этом такое лицо, будто только что выиграл в лотерею.

Я почувствовала, как горю. Лицо, шея, уши – все, наверное, стало красным, как помидор. Я спрятала лицо в ладонях и застонала в них. Лиза наверняка догадалась, чем мы с ее братом занимались за закрытыми дверьми.

– Лиз… – я убрала руки от лица, не в силах смотреть ей в глаза, и уставилась в узор на скатерти. – Ты… ты не обижаешься, что мы с ним вместе? Ну, он же… он же твой брат.

– Нет, конечно! – она вскинула руки, чуть не расплескав кофе. – Если вам хорошо вместе, почему бы и нет? – она помолчала, и голос ее стал тише. – Немного, конечно, обидно, что ты скрывала от меня это. Я думала, ты мне не доверяешь.

Я поднялась со стула, подошла к ней и положила голову ей на плечо. От нее пахло ванилью и тем самым дорогим кремом, который она обожала.

– Прости, – тихо сказала я ей в ткань халата. – У нас с ним все получилось так внезапно. Никто этого не ожидал. Ни он, ни я. Мы даже опомниться не успели. К тому же… Марк просил меня никому не рассказывать. Сказал, хочет, чтобы все сначала устоялось. Чтобы он встал на ноги на новой работе. Я согласилась. И чувствовала себя предательницей каждый раз, когда смотрела на тебя.

Лиза взяла мою руку, лежавшую на ее плече, и тихо сжала.

– Варь, я рада за вас. Честно. – Она помолчала, и я почувствовала, как ее пальцы чуть сильнее сжимают мою ладонь. – Но я переживаю за твое сердце.

Подняв голову, я посмотрела на нее. Ее лицо вдруг стало очень серьезным.

– Просто Марк, он… – Лиза запнулась, подбирая слова. – У него после той Кати не было серьезных отношений.

Я кивнула.

– Ощущение, будто он просто разучился любить, понимаешь? – подруга заглянула мне в глаза, и в ее взгляде я увидела то, чего ожидала меньше всего – тихое, сестринское сожаление. – А ты… ты же вся нараспашку, Варюш. Ты любишь – так до конца, без остатка. И я боюсь… Лишь бы ты не обожглась. Лишь бы он не оказался тем, кто…

Она не закончила. И не нужно было.

Я медленно покачала головой.

– От этого никто не застрахован, Лиз. – Я улыбнулась ей. – Марк влюблен в меня - я это вижу. Если обожгусь.. значит, значит, так надо было.

Лиза смотрела на меня долго, внимательно. А потом тихо