Измена. Брат мужа - Оксана Алексаева

Нельзя поддаваться панике. Нужно верить в лучше, нельзя опускать руки…

Поднимаю взгляд на Виктора. Смотрю прямо в его глаза. Холодные, безумные… Несчастные.

— Расскажи, Вить. Расскажи о том, что ты сделал…

Он снова улыбается. Фальшиво. Приторно. Словно ему доставляет удовольствие вся эта

ситуация. Властвовать над чужими жизнями.

— А ты сама ещё не догадалась? А ты, братец?

— Нет! — резко вскрикиваю я, не давая Стасу ответить. Пусть он лучше пока помолчит…

Ведь у меня в голове созрел один план. Я постараюсь его осуществить. Ведь если

Виктор все эти годы играл со мной, то я и попробую с ним поиграть. Ради того, чтобы

спасти наши со Стасом жизни. Ради нашего Тимоши. Ради того, чтобы малыш наконец

узнал, кто его настоящий отец.

Глава 45

Ульяна

Сердце бьется где-то в горле, грохочет, как отбойный молоток. Виктор, мой все ещё

муж… Это чудовище, расхаживает перед нами, словно павлин, распустивший хвост.

Связанные, беспомощные, мы со Стасом сидим на холодном бетонном полу. Виктор смакует

каждое слово, наслаждается нашей реакцией.

Лишь сейчас я понимаю, что три года назад я попала в ловушку к самому настоящему

монстру, даже не подозревая о том, кем на самом деле является Виктор.

— Все так удачно сложилось, — говорит он медовым голосом, в котором так и сочится

яд. — То сообщение, те девушки, которые находились в квартире Стаса. Даже не

пришлось особо стараться. Ты так легко поверила, Ульяна.

Меня тошнит. Холодный пот выступает на лбу. В голове — туман. Я не могу в это

поверить.

— Подлец! — хрипит Стас едва слышно, дергаясь в своих путах. — Мразь!

Виктор лишь усмехается. Ехидно. Приторно. Мерзко.

— Твоё попадание под мою машину, — продолжает он, не обращая внимания на слова

Стаса. — Тоже вышло как по нотам. Я знал твой маршрут, Ульяна. Просто подгадал

момент. И всё получилось как нельзя лучше. Просто идеально. Как по маслу…

Не могу поверить. Все это время я была уверена, что Стас изменял мне. Что он меня

предал, уничтожил, разбил моё сердце…

Перед глазами плывет. Сердце падает в пятки.

— Как ты мог, Вить?! — кричу я, голос срывается. — Как ты мог так поступить?!

— Как? — Виктор изображает удивление. — Но… Ты же сама согласилась, Ульяна. Помнишь?

Тебя никто не заставлял встречаться со мной, выходить за меня замуж… — его глаза

вспыхивают злобным блеском. Таким, что мурашки бегут по спине.

Смотрю на Стаса. Он бледен, губы сжаты в тонкую линию. Из горла вырывается только

хрип. Он слишком слаб, чтобы кричать. Слишком слаб, чтобы драться. И я ничего не

могу сделать…

Лишь пытаюсь развязать этот гребаный узел, который кажется мне бесконечным.

Понимаю, что даже если я выберусь, то… Что смогу сделать? У Виктора в руках пистолет.

Да он скорее застрелит нас обоих. У Стаса повреждены обе ноги. Черт, мы в западне.

— А ребенок… — Виктор делает паузу, растягивая удовольствие. — Я знал о твоей

беременности, Ульяна, когда женился на тебе. Принял ребенка… Чужого ребенка. И ты

так радовалась, что не придется растить дитя в одиночку, думая о том чем его

кормить. Так что согласись, женушка, тебе тоже ведь было хорошо. Я обеспечил тебя

всем. Тебя и твоего сына. Подумай, если бы не я, чтобы сейчас было с вами?

Воздух застревает в легких. Смотрю на Стаса. Его глаза — две черные дыры. Они

расширяются, наполняются непониманием, болью… Надеждой?

Он смотрит на меня, беззвучно спрашивает: — Ульяна… А чей тогда Тимоша сын?

Стас прекрасно понимает ответ. Он все понял…

Слезы застилают глаза. Лишь киваю в ответ, подтверждая догадки Стаса. Не могу

говорить.

Ком в горле душит.

Я даже себе представить не могла, что Стас узнает о том, что Тимоша — его родной сын,

в такой жуткой обстановке! Когда, возможно, нам с ним остаются лишь считанные

минуты, потому что узел ни в какую не поддается.

— Мой… — шепчет Стас, голос дрожит. — Он… мой…

— Да, твой, — издевательски улыбается Виктор. — Все ради мести, Стас. Я разрушил твою

жизнь. Забрал все, что тебе дорого. Не только твою любимую девушку, но и родного

сына.

Виктор смеется. Звонкий, издевательский смех разносится по комнате. Но… Я вижу в

глазах Стаса не только боль.

Я вижу там… Огонь. Слабый, едва тлеющий, но все же огонь.

— Мы выберемся, — шепчу я Стасу, глядя ему в глаза. Пытаюсь его подбодрить. –

Клянусь, мы выберемся отсюда. Вместе.

Стас отводит взгляд в сторону. Злится. Понимаю его чувства.

Ведь я сама должна была ему признаться. Но не осмелилась. Тогда я ещё не знала, что

Виктор был обо всем в курсе, что это

было его спланированным ходом. А теперь…

А теперь наши жизни в опасности. Что будет дальше — полная неизвестность. Ведь что на

уме у Виктора — в курсе лишь он один.

И тогда я решаю применить свой план, который изначально родился у меня в голове.

— Вить, прости меня… — начинаю жалобно скулить я, и он обращает на меня свое

внимание. Смотрит так пристально. — Умоляю, прости… Я так виновата перед тобой. Я

люблю только тебя, Вить! Стас остался в прошлом. Я… Я поняла, что все эти годы

любила только тебя! И Тимоша тебя любит! Представь, каково ему будет расти без

мамы? — плачу по-настоящему, здесь играть не приходится.

Едва я думаю о сыне, меня накрывает паническая атака. А вдруг я больше его не увижу?

Не услышу его смех, не почувствую его тепло, его запах?

От этой мысли бросает в дрожь. Холодный пот выступает на лбу.

— Ты врешь, — отрезает Виктор, нахмурившись.

— Нет! Я не вру! Посмотри в мои глаза, Виктор. Я же твоя жена. У нас семья…

— Ты изменяла мне с этим ублюдком! — рявкает он, тыча в меня пистолетом. Я вся

сжимаюсь и закрываю глаза, готовясь к самому худшему. — Да, да! Я знаю все. О ваших

поцелуйчиках и о том, как вы трахались на кухне! Поставил дома скрытые камеры. Чтобы

наблюдать… Думаешь, Ульяна, Стас просто так появился в нашем доме? — хитро щурится

подонок.

Сердце сводит спазмом. Тяжело это всё слушать.

— Я нарочно разрушил твой бизнес, братец. До такой степени, что ты остался с голой

задницей. Я знал, что однажды ты приползешь ко мне, попросишь помощи. Так и

случилось. Я наслаждался твоей слабостью. И был уверен, что когда ты придешь в мой

дом и увидишь свою бывшую, маленького сына, нашу семью, ты сдохнешь от