Грехи любви: в паутине соблазна - Кэтрин Болфинч

И почему я не додумался до этого раньше?

«Во сколько ты заканчиваешь?» — написал я, снова оставив друга без ответа. Все происходящее, кроме чего-то непонятного с Эмили, было под контролем. И ни Алессио, ни Аните не стоило переживать. По крайней мере, мне хотелось в это верить.

— Это ничем хорошим не закончится, — припечатал Алессио, зажигая сигарету. Я заблокировал телефон и посмотрел на друга. Впервые за весь наш разговор мне не хотелось шутить.

— Так же, как ничем хорошим не закончились ваши с Анитой отношения? — уточнил я, выгнув бровь. — Еще хоть раз услышу, не посмотрю на то, что моя сестра без тебя жить не сможет, во сне прирежу, — я захлопнул ноутбук, показывая, что разговор окончен, и больше я ничего слушать не намерен. Пусть и знал, что попытку вправить мне мозги еще предпримет Анита.

***

Вечерний воздух чувствовался через приоткрытое окно машины, что рассекала вечерние улочки города. Дороги еще не встали, а солнце уже клонилось к закату, украсив все в золотистые тона. Я и не думал, что встречу осень здесь. Признаться, я много о чем не думал. Мне даже не верилось в то, что я действительно сорвался из дома по первому сообщению от Эмили. Сам себе казался смешным. Но машина все же остановилась в паре кварталов от ее университета.

Глава семьи Моретти подрабатывает таксистом. До чего я докатился? Рассказать об этом кому-нибудь в клане — засмеют. Впрочем, Алессио уже сделал это. И даже ни один раз.

Я достал сигарету, но так и не закурил — дверь открылась, и в тесный салон спорткара впорхнула Эмили.

— Всегда мечтала о личном водителе, — насмешливо протянула она, но вместо того, чтобы рассмеяться, вытащила так и не зажженную сигарету из моих губ и смяла их в нетерпеливом, до одури жадном поцелуе. Так, будто мы расстались не вчера вечером, а целую вечность назад.

Мои пальцы запутались в светлых волосах, притягивая Эмили ближе. И если бы не эта чертова крошечная машинка, то она уже сидела бы на моих коленях. И плевать, что сейчас нас легко могли заметить с улицы.

Пока она не появилась здесь, пока не осветила серый день собой, я и не понимал, как сильно нуждался в том, чтобы аромат цитрусов витал в воздухе, чтобы теплые руки касались моей шеи и чтобы поцелуи становились лишь жарче с каждой секундой.

Когда-нибудь это пройдет или я навсегда останусь заложником желания этих нежных губ? Быть может, Алессио не так ж и не прав, говоря, что Эмили снесла мне крышу? Хотя я и не особо сопротивлялся ее чарам.

— Личного водителя ты бы тоже так приветствовала? — хрипло спросил я, отстраняясь от Эмили. Она еще пару мгновений сидела, прикрыв глаза, с довольной улыбкой.

Безупречная.

— Я ведь обещала в качестве платы поцелуй, — тихо отозвалась она, распахнув веки. Я усмехнулся, касаясь ее порозовевшей щеки пальцами.

Настоящая.

— Помнится мне, речь шла о поцелуе в щеку, — я прищурился.

— Надбавка, — не задумываясь, отозвалась Эмили и сжала губы в тонкую линию, чтобы не рассмеяться.

— Боюсь представить, куда тебя нужно будет отвести для полной премии, — качнул головой я, выезжая на дорогу.

Эмили все же рассмеялась.

— Твоей квартиры будет достаточно.

А я едва не покраснел. Снова.

Хотелось посмотреть в зеркало и задать самому себе вопрос: какого хрена?

И еще хотелось поднять глаза к небесам и спросить у них то же самое.

— Так и куда ты сейчас? — если мы продолжим говорить намеками, то я точно не сдержусь и просто отвезу ее к себе. И не думаю, что Эмили пришла бы от этого в восторг. Хотя… кто знает, что у нее на уме. Она походила на один большой знак вопроса. Никогда не угадаешь, что будет в следующую секунду.

— К Мадлен.

— Вчера не удалось рассказать ей о том, что же такое у тебя произошло? — передразнил я, кинув на девушку быстрый взгляд. Эмили вздохнула и уставилась в окно, кажется, даже не собираясь отвечать. Неужели меня настигла карма за то, как я обошелся с Алессио? — Так и что произошло?

— Если ты думаешь, что я стала бы говорить о нас, то иди в задницу, — зло выплюнула Эмили, заставив меня удивиться.

Время от времени девушки посылали меня в задницу. Но с такой злостью — никогда.

— Не думаю, что ты настолько глупа, чтобы говорить о нас кому-то, кто близок с твоими родителями, — спустя некоторое время отозвался я. — Но знаю, как сложно бывает, когда не с кем обсудить события, происходящие в собственной жизни.

Послышался шумный вздох, Эмили поерзала на сиденье, а затем на мое бедро легла ее маленькая ладонь.

— Я хотела рассказать ей про Алана, только и всего, — теперь ее голос был куда тише и спокойнее. Кажется, Эмили поняла, что я не собираюсь ее осуждать. И хорошо, если так. Я точно не тот человек, который будет стучать молотком и выносить приговоры. — Но Мадлен я всецело доверяю, она еще ни разу не подвела.

Я не стал говорить, что иногда в мире происходят сбои. И в такие моменты самые надежные люди могут подвести. Это не зависит от нашей веры или степени проработанности у психолога. Это отдельная стихия, над которой властна, может быть, только судьба.

Машина плавно остановилась около дома Вудов, и я впервые пожалел о том, что не попал в пробку. Так аромат цитрусов и его хозяйка находились бы со мной чуть дольше этих несчастных пятнадцати минут.

— Мне точно стоило связаться с твоим секретарем и записаться на прием, — выдохнул я, повернувшись к Эмили.

— У меня нет секретаря.

— Тогда тебе стоит его найти, но на надбавки и полные премии претендую только я.

— Ваши пожелания будут учтены и посланы к черту, — лже-мило отозвалась она. — Нечего было так внезапно появляться в моей жизни.

Эмили взялась за ручку двери, собираясь сбежать, как делала почти каждый раз, стоило нам только оказаться в одной машине. Я схватил ее за запястье, останавливая и разворачивая к себе.

— Как насчет еще одной надбавки? — я заглянул в зеленые глаза, голос стал вкрадчивым, даже