Попаданка для инквизитора, Или Ты связался не с той ведьмой! - Ася Туманова

Мне страшно и отчаянно хочется, чтобы всё увиденное оказалось ночным кошмаром…

Но это не сон и назад, в неведение, мне уже не вернуться.

Признание

— Нет, Мэйв, мы не можем её отпустить! — голос Рианнон разрезал воздух, как меч.

— Простите, кого это «её»? — уточнила я, сложив руки на груди. — Если речь обо мне, то я, между прочим, девочка свободная. Хочу — ухожу. Хочу — возвращаюсь. Так что поумерь-ка свои рабовладельческие замашки. Я — не твоя собственность!

Ри взвизгнула:

— Да, ты — не моя собственность! Ты шибанутая на всю голову идиотка! Нет, ну надо же додуматься — решить отдать единственную уцелевшую Книгу Истины Верховному, мать его, Инквизитору! Ты вообще понимаешь, что он с ней сделает?!

— Конечно, — пожала я плечами. — Откроет и узнает правду.

— Ага. А потом закроет и бросит в огонь. Вместе с тобой!

Ри буквально кипела.

— Драконы не допустят, чтобы мир узнал об их преступлениях!

— Глупости, — отмахнулась я, — Дрейкор не такой. Он всё поймёт правильно.

— Откуда ты это знаешь?!

— Чувствую.

— Нет, Мэйв, ты слышишь?! Она чувствует! — Ри развернулась к ведьме, хлопнув себя по лбу— Эта Книга — наш единственный шанс на победу! Тысячи жизней зависят от этого фолианта. Неужели ты думаешь, что мы станем рисковать столь ценным артефактом ради безумной блажи влюблённой девчонки?!

Я было открыла рот, чтобы возмутиться, что вовсе я не влюбленная, и уж подавно не «девчонка», но Мэйв среагировала раньше:

— Станем, Рианнон. Ещё как станем. Наш единственный шанс — не книга, а сама Кира. И мы этот шанс не упустим.

Ри застыла.

— Что?!

— Что слышала, милая. Мы не только прислушаемся к её воле, но и устроим так, чтобы Верховный Инквизитор как можно скорее нашёл свою обожаемую жену.

— Чтооо?!!!

— Просто успокойся и посмотри, — Мэйв приподняла мой рукав и показала спрятанную под тканью татуху: чёрного и белого драконов, слившихся в небесном танце.

Ри осела, словно резиновый мячик из которого в один момент выкачали весь воздух:

— О, боги! Это же та самая метка из древних пророчеств, да? А… А… А у него тоже такая?

Мэйв улыбнулась уголком губ:

— А ты как думаешь? Принимаешь, что это значит?

— «Пара, что свергнет царей и вернёт миру равновесие…», — прошептала Ри, падая на колени, и тут же завопила, в лучших традициях оголтелого фанатика, — Небеса даровали нам надежду! Светлый час близок! Неужели?! О боги, благодарю вас, благодарю!

— Провидение мудрее нас, — мягко сказала Мэйв, — Так не станем же ему перечить. То, что сейчас кажется огромной глупостью, в итоге может обернуться важной ступенькой к победе.

Ри продолжала верещать, славя неизвестных мне божеств, об имена которых можно было язык поломать. В её глазах плескались ужас, восторг и благоговение одновременно. И это офигенно пугало. Что за секта Божественной Татуировки тут вырисовывалась?

— Вообще не понимаю о чём вы… Татуха конечно красивая, не спорю. Но к чему так драматизировать-то?

— Этого она тебе не показала, да? — Мэйв закусила пухлую губку, кивнула на фолиант, звякнула браслетами и уставилась куда-то поверх моего левого уха, — Что ж, видимо всему своё время. Рассказывать долго. А пока: не забивай свою прелестную головку, деточка. Просто как-нибудь загляни в Книгу. Там ты найдёшь ответы на все свои вопросы.

— Угу, обязательно загляну, на досуге, — пробормотала я, ошалело глядя на бьющуюся в экстазе Ри, — А сейчас мне нужно к Дрейкору. И поскорее!

— Конечно-конечно. Рианнон всё организует в лучшем виде, — кивнула ведьма, — Но береги книгу, дитя. Не спеши. Найди подходящий момент для откровений. И не дай ему сжечь её… пока не откроет.

* * *

Воздух был упоительно пьянящим: настоящий, живой, пахнущий ветром, травой и солнцем. Я дышала и никак не могла надышаться. После подземелий казалось, что даже свет имеет сладкий карамельный вкус.

Едва мои провожатые скрылись из вида, я присела на ствол поваленного дерева и стала ждать.

Книга Истины лежала на коленях. Незадолго до нашего выхода она опять преобразилась в потертый, потрепанный жизнью «недодневник». Но я знала, что это всего лишь маскировка: в нужный момент она проявит свою силу.

Кадка с Филей стояла подле ног. Зубастый питомец усиленно притворялся обычным цветком. Даже покачивался в такт ветру.

Вот же артисты!

— Ну что, Филя, не дрейфь: живы будем — не помрём, — вздохнула я. — Главное не высовывайся. И если я ошиблась — незаметно уноси ноги. Уверена, что Рианнон поможет тебе уплыть в Вардарию. Там безопасно — я сама видела. Найдёшь себе молоденькую ведьмочку — заживёшь лучше прежнего…

Он фыркнул, явно недовольный постановкой вопроса и в этот момент небо над поляной загудело.

Воздух задрожал.

Я подняла голову и сердце камнем ухнуло вниз.

Чёрный, блестящий, как обсидиан, дракон вспарывал облака и солнечные блики скользили по его широко раскинутым крыльям.

Заметив меня, зверь громко взревел и спикировал вниз. В этом крике звучала не угроза, а радость и облегчение.

Ветер, вырвавшийся из-под его крыльев, сорвал листву с ближайших ветвей и закружил её в воздушном «водовороте».

Не отрывая от меня пылающего взгляда, дракон удивительно мягко коснулся земли. Его тело словно бы затуманилось, подернулось зыбкой рябью. А потом…

Метаморфоза произошла столь стремительно, что я даже ойкнуть не успела. Огнедышащий гигант принял человеческий облик.

Дрейкор стоял передо мной — осунувшийся, бледный, небритый. Но в глазах его лучилось такое счастье, что у меня внутри всё сжалось и безумно захотелось сказать какую-нибудь глупость.

Соскочив со ствола я нервно затеребила потертую кожу фолианта. Ладошки мгновенно взмокли, щеки пылали от смущения.

«Так, Кира, соберись! Не ляпни лишнего. Дыши! А ну-ка: раз, два…»

Досчитать я не успела.

— Живая! Хвала небесам, ты живая! — в два шага преодолев разделяющее нас расстояние, Дрейкор заключил меня в крепкие объятия, прижал к груди и прошептал в волосы, — Я уже думал, что потерял тебя. Навсегда…

Голова кружилась. Я млела от его тепла, его запаха. Всё казалось каким-то сказочным, нереальным.

А потом он нашел мои губы. Прильнул к ним: сначала осторожно, будто боясь спугнуть, но с каждой секундой поцелуй становился всё более глубоким и страстным.

Мир исчез. Остались только мы и этот до невозможности прекрасный миг.

— Ты в порядке? Они не причинили тебе вреда? — Отстранившись, Дрейкор ласково провёл ладонями по моему лицу.

Я сглотнула.

Я должна была рассказать ему всё: про Книгу, про Сопротивление, про истину и ложь… Но он смотрел на меня так,