Мой ручной Дракон Бездны - Элайра Вэлморн

— Я не боюсь, — прошептала, поднимая руки. Мои пальцы скользнули по его напряженным плечам, зарываясь в густые пряди черных волос. — Это не страх, Лохао. Это... ожидание.

Эти слова разрушили последние барьеры.

Его грудь судорожно вздымалась. Издав глухой, рычащий стон, он подался вперед, накрывая мои губы поцелуем — властным, глубоким, заявляющим права на каждый мой вдох. Его язык сплелся с моим, делясь вкусом грозы и ночного ветра. Я ответила ему с не меньшей страстью, прижимаясь всем телом к его литым мышцам.

Рубаха, мешавшая нам, была отброшена в сторону одним небрежным движением его руки. Яркие всполохи темного пламени озарили наши обнаженные тела.

Кожа Лохао была безупречной, за исключением тех страшных, покрытых черной коркой шрамов на спине и боку, которые он получил, спасая меня от Небесной Кары. Я провела кончиками пальцев по краям этих рубцов. Он вздрогнул, но не от боли, а от моего прикосновения, его дыхание стало еще более рваным.

— Мой Владыка, — выдохнула я ему в губы, целуя пульсирующую венку на его сильной шее. — Мой защитник.

— Только твой, — ответил он, покрывая поцелуями мои ключицы, спускаясь ниже, к ложбинке между грудей. Каждое касание его губ оставляло за собой дорожку жидкого огня. — В этой жизни и во всех последующих. Моя душа привязана к твоей.

Он опустился ниже, его губы нашли пульсирующую багрово-черную метку на моей шее. Лохао прижался к ней, и я почувствовала, как метка вспыхнула, отзываясь на близость своего создателя. Из нее, словно невидимые нити, по моему телу начали расползаться потоки его энергии.

Это было не просто физическое слияние. Это было начало древнего ритуала Истинной Пары, заложенного в самой крови драконов Бездны.

Когда мы наконец стали единым целым, из моей груди вырвался сдавленный, полный слез крик. Это была не боль — это был шок от немыслимого, колоссального объема духовной энергии, который хлынул в меня. Мир перед глазами взорвался тысячами черных и золотых искр.

Лохао замер надо мной, тяжело дыша, опираясь на предплечья. Его лицо было напряжено до предела, он давал мне время привыкнуть к его размеру и к той мощи, что теперь циркулировала между нами.

— Дыши, моя птичка, — его телепатический голос мягко окутал мой мечущийся разум. — Впусти меня. Я не причиню тебе вреда.

Я открыла глаза, встречаясь с его пылающим взглядом. По моим щекам текли слезы, но на губах играла улыбка. Я обхватила его талию ногами, прижимая еще ближе к себе, не желая оставлять между нами ни единого фэня пустого пространства.

— Я твоя, Лохао. Вся.

Стиснув зубы, он начал двигаться. Сначала медленно, тягуче, словно проверяя пределы моей выносливости, а затем всё быстрее и увереннее. Каждый его толчок отдавался в моем теле взрывом наслаждения и чистой магической силы.

Наши меридианы, невидимые энергетические реки, соединились в замкнутый контур. Древняя техника парного совершенствования, о которой в Ордене говорили лишь шепотом, сейчас вершилась под звездами Пустошей. Но мы не использовали светлую ци. Мы обменивались Изначальным Хаосом.

Мой разбитый даньтянь, который годами причинял мне лишь тупую, ноющую боль, вдруг завибрировал. Густая, темная ци Лохао, вливающаяся в меня с каждым его движением, не утекала сквозь трещины. Она закипала, плавилась, словно обсидиан в жерле вулкана, и намертво запечатывала изъяны моего духовного ядра. Я чувствовала, как внутри меня формируется нечто новое — плотный, пульсирующий сгусток абсолютной тьмы. Мое собственное Ядро Хаоса.

Мысли спутались, растворившись в животном, первобытном ритме. Я царапала его плечи, стонала, выгибаясь навстречу его выпадам, не в силах сдерживать себя. Лохао отвечал мне низким, грудным рычанием. Его контроль, который он так долго выстраивал, трещал по швам. Звериная суть Владыки брала верх, требуя полного, безоговорочного поглощения своей пары.

Тени вокруг нас взбесились. Они плясали на скале, вытягивались, переплетались, вторя нашим движениям. Черный костер взметнулся высоко в небо, рассыпая искры, которые не обжигали, а таяли в воздухе, как снежинки.

— Цзиньси... моя... моя Истинная Пара! — хрипло закричал он, срываясь с ритма.

Его пальцы железной хваткой впились в мои бедра, прижимая меня к себе с такой силой, что я чувствовала жесткость его костей. Вспышка ослепительного, невыносимого удовольствия пронзила меня насквозь, заставив выгнуться дугой. Я закричала его имя, растворяясь в этом свете, пока его семя и его сущность, смешанные воедино, заполняли мое лоно и мои меридианы.

В этот миг небеса над нами содрогнулись.

Ударная волна нашей объединенной ци, чистейшего резонанса Инь и Ян, усиленного Изначальным Хаосом, разошлась по Пустошам на сотни ли вокруг. Мелкие демонические твари, прятавшиеся в песках, вжали головы в землю, скуля от первобытного ужаса. Даже звезды, казалось, померкли перед этой вспышкой древней магии.

Метка на моей шее вспыхнула обжигающим холодом, а затем окончательно вплавилась в мою кожу, став неразрывной частью моей души. Ритуал был завершен. Больше ни одна сила в мирах не могла разорвать нашу связь.

Лохао рухнул рядом со мной, тяжело, со свистом втягивая ночной воздух. Его грудь покрылась испариной. Он немедленно притянул меня к себе, пряча в кольце своих могучих рук.

Мы лежали в абсолютной тишине, прерываемой лишь стуком наших сердец. Мое сердце теперь билось в идеальном, синхронном ритме с его. Бум. Бум. Бум.

Я положила голову ему на плечо, чувствуя, как по моим каналам течет новая, невероятная сила. Усталости не было. Наоборот, мое тело пело, наполненное до краев энергией, о которой я раньше не могла и мечтать. Разбитая пиала моего даньтяня превратилась в бездонный, черный океан.

— Ты изменила меня, — тихо, не открывая глаз, произнес Лохао. Его длинные пальцы лениво перебирали мои растрепанные волосы.

— Разве это не ты только что исцелил мое ядро? — я счастливо улыбнулась, целуя его в ключицу.

— Я дал тебе ци, — он медленно приоткрыл глаза. Расплавленное золото в них угасло, сменившись теплым, спокойным янтарным свечением. — Но ты дала мне умиротворение и привязала Бездну к этому миру. Если бы не ты, я бы сжег эти земли и растворился во мраке. Но теперь... теперь у меня есть дом. И этот дом — ты.

Его слова были простыми, но в них скрывалась глубина, способная поглотить целые империи. Я крепче обняла его, чувствуя, как внутри разливается абсолютный, ничем не омраченный покой.

Усталость от долгого пути и эмоционального напряжения наконец взяла свое. Под защитой его ауры, под шепот ветра Пустошей, я провалилась