Мой ручной Дракон Бездны - Элайра Вэлморн

Она была слабее самого ничтожного демона из свиты моего прошлого. Один неосторожный порыв моей истинной ауры мог разорвать ее меридианы.

Я опустил взгляд на свои руки. На моей левой руке, чуть выше запястья, багровел свежий рубец, след от Небесной Кары. Я вспомнил, как ее маленькие, дрожащие пальцы втирали в мои раны целебный мох. Вспомнил, как она, не раздумывая, отдала мне все жалкие крохи своей ци, чтобы унять мою боль. Как она плакала, прижимаясь к моей обгоревшей коже, не испытывая ни капли отвращения к монстру, которым я являлся.

«Не оставляй меня одну в темноте».

Ее слова эхом отозвались в моем море сознания, заглушая первобытный зов Бездны.

Я медленно, стараясь не издать ни звука, протянул руку и отвел непослушную прядь волос с ее бледного лица. Мой плащ, подчиняясь моей воле, плотнее укутал ее плечи, согревая.

Если я поддамся инстинктам и взмою в небеса, чтобы утопить этот мир в крови, я стану для нее тем, кем меня считают эти старейшины. Безумным чудовищем. Да, она будет в безопасности. Я окружу ее непроницаемым барьером, посажу на трон из костей ее врагов и заставлю выживших поклоняться ей. Но в ее глазах, когда она будет смотреть на меня, поселится человеческий страх, который я чуял в Линь Сюэ.

Она будет бояться меня. Моя девочка перестанет тянуться ко мне во сне. Ее сердце перестанет биться в один такт с моим.

И эта мысль оказалась страшнее любой Небесной Кары. Боль от золотых молний была ничтожна по сравнению с обжигающим, ледяным ужасом от осознания того, что я могу потерять ее доверие. Истинная Пара — это не просто метка на плоти. Это добровольное подчинение душ. И впервые в своей вечной жизни я, Владыка, перед которым трепетали миры, добровольно склонил голову.

Я надел на себя этот невидимый ошейник, сотканный из ее правил, ее страхов и ее хрупкой человеческой морали. И я не собирался его снимать.

— Ради тебя, моя Жена, — беззвучно, одними губами прошептал я, глядя на ее спящее лицо. — Я позволю им жить на три дня дольше.

Я закрыл глаза и вновь погрузился в медитацию, направляя всю свою чудовищную силу не на разрушение гор, а на тонкую, филигранную работу.

Глубоко под землей моя темная ци наконец нащупала цель. Главная духовная вена Ордена. Она сияла нестерпимо ярким, слепящим светом энергии Ян, питая Массив Блокировки Небес, накрывший долину. Эта вена была похожа на бурлящую подземную реку света.

Я не стал атаковать ее в лоб. Подобное вызвало бы землетрясение и предупредило бы старейшин Запретного Пика. Вместо этого я расщепил свою ци на миллионы тончайших, невидимых нитей. Они, словно черные капилляры, начали медленно, незаметно вплетаться в структуру светлой энергии. Я отравлял их источник, заражал его Изначальным Хаосом. Капля за каплей, час за часом. Светлая ци не могла сопротивляться столь древней магии — она просто ассимилировала мою Тьму, становясь тяжелой, вязкой и непригодной для поддержания священных массивов.

Через два дня их купол начнет мерцать, а на третий день он рухнет, лишенный подпитки, как гнилой плод с ветки. И тогда мы уйдем, словно призраки.

Прошло несколько часов, водопад мерно ревел, Цзиньси ровно дышала, ее духовное ядро медленно усваивало ту иньскую энергию, которую щедро дарило это подземелье.

Внезапно я почувствовал колебание пространства.

На границе моего восприятия, там, где подземная река выходила на поверхность Ущелья Скорби, появились возмущения. Мои «нити», расставленные по периметру долины как сигнальная паутина, дрогнули.

Муравьи спускались под землю.

Я сосредоточился, прощупывая их ауры. Трое. Культиваторы стадии Формирования Ядра. Элита Внутреннего двора, они двигались осторожно, крадучись, окружив себя плотными щитами светлой ци, чтобы противостоять ядовитому туману ущелья. В руках одного из них пульсировал Искатель Сути — артефакт, реагирующий на малейшие отклонения в природном фоне.

Они направлялись прямо к нашему водопаду.

Мои глаза распахнулись, в полумраке пещеры они вспыхнули ледяным, смертоносным золотом.

Они подошли слишком близко. Если их артефакт засечет дыхание Цзиньси или остатки моей ауры, они подадут сигнал. И тогда вся мощь Ордена обрушится на эту пещеру. Я не боялся битвы, но в замкнутом пространстве падающие своды могли причинить вред моей Жене.

Я бросил взгляд на Цзиньси, она крепко спала. Усталость после перенапряжения меридианов взяла свое.

Отлично, моя девочка не должна этого видеть.

Я не стал прерывать свою работу по отравлению Духовного Источника — мое физическое тело осталось сидеть в позе лотоса на уступе. Я применил технику Высшего Раскола.

Моя собственная тень, черная и плотная, отделилась от меня. Она беззвучно скользнула по каменному полу, нырнула в ледяную, черную воду подземного озера и устремилась против течения реки, навстречу незваным гостям. Мое сознание раздвоилось: половина контролировала поток ци в недрах земли, вторая половина стала идеальным сосудом для убийства, состоящим из чистой тьмы и воды.

Я двигался сквозь подводные течения быстрее мысли.

Трое культиваторов как раз подошли к краю подземной реки, в сотне шагов от входа в нашу пещеру. Они стояли на узком карнизе, покрытом скользким мхом.

— Компас сходит с ума, старший брат, — прошептал один из них, юноша с нервно дергающимся веком. Он держал в руках нефритовый диск, стрелка которого бешено вращалась. — Здесь слишком много энергии Инь. Возможно, демоническая тварь скрывается на дне?

— Держи формацию защиты, — процедил старший ученик, обнажая длинный, сияющий меч. — Мы должны проверить пещеру за водопадом. Если тварь там, мы выпустим Сигнальную Стрелу Небесного Гнева. Главный Старейшина перебросит сюда ударный отряд за десять вдохов. Будьте начеку. Эта тварь уничтожила дюжину наемников, не оставив даже костей.

Я слушал их жалкий лепет, находясь прямо под их ногами, в ледяной, черной воде.

Они хотели выпустить стрелу, собираясь позвать стаю.

Моя тень, растворенная в реке, начала медленно подниматься к поверхности, прямо у края карниза, на котором они стояли. Я не стал использовать ауру подавления и убрал любые проявления демонической ци. Я стал самой водой, самым мраком.

Первым должен умереть тот, у кого компас. Затем тот, у кого меч.

— Я ничего не вижу сквозь этот туман, — пробормотал третий культиватор, подходя к самому краю воды и вглядываясь в черную гладь. — Мне кажется, там что-то...

Он не успел договорить.

Из абсолютно гладкой, недвижимой поверхности подземной реки без единого всплеска вырвались два длинных, сотканных из плотной Тьмы щупальца. Они