Мой ручной Дракон Бездны - Элайра Вэлморн

Я лихорадочно соображала. Моя Тьма! Он сам говорил, что Тьма поглощает и залечивает. Я придвинулась вплотную к нему, не обращая внимания на то, что мои собственные одежды пачкаются в его крови.

Положила ладони прямо на края его страшных ожогов. Лохао судорожно втянул воздух сквозь сжатые зубы, его мышцы напряглись.

— Терпи. Пожалуйста, терпи, — зашептала я, концентрируясь на том самом ядре Тьмы, которое он заботливо выстраивал в моем даньтяне ночами.

Я открыла свои меридианы и направила поток темной ци через свои руки в его тело. Это было сложно. Моя энергия была каплей в море по сравнению с его мощью, но она была чистой и родной ему. Моя ци начала медленно, миллиметр за миллиметром, вытеснять остатки золотой энергии Ян из его ран.

— Цзиньси... — хрипло выдохнул он. — Ты истощишь свое ядро...

— Молчи, я сказала, — я придвинулась еще ближе, прижимаясь грудью к его здоровому боку, чтобы передать ему часть своего тепла. — Ты исцелял меня. Ты делился со мной своей жизнью. Теперь моя очередь.

Я достала из мешочка на поясе пучок Кровавого Мха, который успела собрать днем. Это была слабая трава, но она обладала свойством останавливать кровотечение. Я размяла мох в пальцах, смешала его со своей ци и аккуратно начала втирать эту кашицу в самые глубокие трещины на его спине.

Лохао закрыл глаза, откинув голову назад, его дыхание постепенно начало выравниваться.

В тишине разрушенной долины мы сидели на камнях, окруженные пеплом наших врагов. Я, слабая человеческая девушка, обрабатывала раны древнему богу разрушения, а он, способный одним выдохом стереть горы в порошок, покорно подставлял мне свою израненную спину, доверяя свою жизнь моим неумелым рукам.

Я касалась его обгоревшей кожи, смывала кровь, гладила его спутанные волосы, и с каждым моим движением тот первобытный страх перед ним, который жил во мне всё это время, исчезал безвозвратно.

Он не был монстром. Он был моим Владыкой. Моим мужем. И он доказал это кровью.

Когда последняя искра золотой энергии покинула его тело, а раны затянулись плотной черной коркой, я обессиленно уронила руки. Мой даньтянь был пуст, голова кружилась от духовного истощения. Я покачнулась и непременно упала бы на камни, если бы Лохао не подхватил меня.

Мужчина развернулся, мгновенно сгребая меня в охапку. Его руки, всё еще покрытые шрамами, нежно обняли меня за плечи. Он усадил меня к себе на колени, прижимая мою голову к своей груди.

— Глупая, упрямая птичка, — прошептал он, целуя меня в макушку. В его голосе звучала бесконечная, темная нежность. — Ты отдала мне всю свою силу.

— Мне для тебя ничего не жалко, — устало пробормотала я, закрывая глаза и вдыхая его запах. Запах сажи, крови и моего личного, абсолютного покоя.

Лохао крепче прижал меня к себе. Его подбородок лег мне на макушку.

— Мы не можем здесь оставаться, — его мысленный голос стал серьезным и сосредоточенным. — Моя трансформация... ее нельзя было скрыть. Высшие Старейшины твоего Ордена не слепы. Они почувствовали выброс Изначального Хаоса. Они уже собирают свои мечи и идут сюда, Цзиньси. Охота началась. Но теперь добычей будем мы.

Я открыла глаза, глядя на темнеющее небо над долиной. Моя спокойная жизнь закончилась навсегда. Игры в прятки были окончены. Секрет раскрыт.

Но, чувствуя под щекой ровный стук его сердца, я поняла, что готова ко всему.

— Пусть приходят, — тихо ответила я, обнимая его за шею. — Мы встретим их вместе.

Глава 20

Пепел медленно оседал на разрушенные камни Долины Стенающих Духов, смешиваясь с клочьями разорванного тумана.

Я сидела на коленях Шэнь Лохао, прижимаясь к его обнаженной, тяжело вздымающейся груди. Мой даньтянь был пуст, руки дрожали от духовного истощения, но в душе царила пугающая ясность. Я только что своими руками залечила раны существу, способному одним выдохом стереть с лица земли города. И я сделала это не из страха.

— Они близко, — мысленный голос Лохао разорвал тишину, заставив меня вздрогнуть.

Мужчина плавно, не тревожа меня, поднялся на ноги. Его левая рука, покрытая свежей, блестящей черной коркой затянувшегося ожога, бережно поддерживала меня под колени. Правой рукой он сделал короткий, резкий жест в воздухе. Густая тьма послушно скользнула по его телу, сплетаясь в новые одежды. Это был уже не покупной шелк, а сотворенная из чистой Изначальной ци броня, принявшая вид черного халата.

Едва Тьма скрыла его плечи, небеса над ущельем озарились светом.

Это было искусственное, ослепительно-белое сияние, от которого заболели глаза. Тучи, которые Лохао стянул над долиной во время своей трансформации, были разорваны в клочья чудовищным давлением тысяч мечей.

Я подняла голову и ахнула, инстинктивно вжимаясь лицом в грудь Владыки.

Ночное небо исчезло. Вместо него над нами раскинулся гигантский, пульсирующий купол, сотканный из миллионов сверкающих золотых рун. Великий Массив Блокировки Небес. Легендарная формация Ордена Парящих Облаков, которую активировали лишь однажды за последние триста лет — во время вторжения Армии Кровавого Демона.

А под этим куполом, подобно рою разгневанных светящихся ос, парили культиваторы.

Их были сотни. Ученики Внутреннего двора в белоснежных одеждах летели на духовных мечах, оставляя за собой шлейфы серебристой ци. За ними, восседая на гигантских прирученных журавлях и огненных тиграх, спускались Наставники.

Но самый ужасающий гнет исходил от трех фигур, зависших в самом центре этого сияющего роя. Они не использовали мечи или зверей, просто стояли в воздухе, попирая ногами саму пустоту. От них исходило такое духовное давление, что камни вокруг нас начали с треском крошиться в песок.

Высшие Старейшины Запретного Пика. Культиваторы стадии Зарождения Души. Те самые полубоги, чьи имена произносили шепотом.

— Демоническая тварь! — голос Главного Старейшины Пика Мечей, старика с длинной седой бородой и глазами, полными праведного гнева, прогремел над долиной, многократно усиленный ци. Этот звук ударил по моим барабанным перепонкам так сильно, что из носа потекла тонкая струйка крови. — Ты посмела осквернить земли Ордена Парящих Облаков! Ты активировала Массив Небесной Кары и убила наших учеников! Выходи и прими свою смерть, или мы выжжем эту долину до самого ядра земли!

Лохао даже не вздрогнул. Его золотые глаза, скрытые в тени глубокого капюшона, с холодным презрением скользнули по парящей армаде. Он заботливо стер кровь с моей верхней губы большим пальцем.

— Насекомые собрались в стаю и думают, что стали драконом, — его телепатический шепот был