Сердце сирены - Кэтрин Болфинч

Я все еще не понимал, почему в тринадцать должен уметь стрелять. Хотя и признавал, что отец затянул с моим обучением. Мой дед начал вводить моего отца в семейный бизнес в семь. Неудивительно, что он вырос таким человеком. Но удивительно, что он дал мне больше времени.

– Ты молодец, сын, – вдруг он повернулся ко мне. – Никогда не показывай своих эмоций, держи их под контролем, как бы тяжело тебе ни было, иначе враг может ими воспользоваться.

Дождливый Лондон мне даже понравился. Не сразу, но втянул меня в эту серую мрачность, холодное утро и сигаретный дым, который ничем не отличался от воздуха.

Прошел месяц с момента, как я приехал. Война с итальянцами вышла на новый уровень, теперь мы портили друг другу жизнь мелкими набегами. Пусть Аарон и пытался вывести незаконный бизнес в законный, про это пришлось на время забыть.

Я же вместо того, чтобы быть там, на своем месте, играл в идиота-студента. А все вокруг казались какими-то жутко тупыми, избалованными и неправильными.

Промозглый дождь, до безумия навязчивый, ударял по голове и плечам, холодный ветер задувал за шиворот. Я шел по ночной улице, раскидывая прибитые к земле постоянными дождями желтые листья.

Но даже несмотря на погоду, улица кишела студентами и пьянчугами. Последняя пятница сентября выдалась сырой, но почему-то активной среди студентов.

Я закурил, останавливаясь около неоновой вывески клуба. Скорее всего, Лесли с друзьями уже заняли привычный столик.

Если честно, первые две недели дались мне тяжело. Я переживал за Луизу, переживал из-за войны с итальянцами, из-за того, что оставил дом так надолго. Мысли буквально разрывали изнутри. Здесь же не было ничего привычного. Здесь существовала какая-то совершенно другая жизнь. Мне не хватало моего клуба, дурацких отчетов, которые требовала сестра, не хватало собраний клана и собственного дома.

Тяжело свыкнуться с новой жизнью, когда ее не хотел.

Остальные две недели прошли легче. Я хотя бы вспомнил, как общаться на английском.

Сигарета улетела на землю, и если бы не громкая музыка клуба, то шипение донеслось бы до моего слуха, как обычно это бывало в Испании.

Я натянул ворот кожаной куртки повыше, случайно наступил в лужу, смачно выругавшись про себя, и вошел в клуб.

По глазам ударила вспышка света, музыка заполнила каждую клеточку тела, ритмом зазывая на танцпол, но я проигнорировал это чувство. Я не танцевал. Точнее, танцевал только в крайних случаях.

За столиком в VIP-зоне уже сидела Лесли и компания ее друзей-ботаников, как я называл их про себя: девушка азиатской внешности с черным каре, которую я видел впервые, блондин, похожий на капитана футбольной команды, и Лесли, как всегда, в коротком черном платье с ролью «глупой блондинки».

Она, увидев меня, подскочила с диванчика, бросилась на шею, будто мы старые друзья, и обняла.

– Мы уже думали, ты не придешь, – судя по взгляду ее друзей, они надеялись на это. Я усмехнулся, опускаясь за столик рядом с ней. Лесли тут же прилипла к моему боку, делая вид, что так и должно быть.

Я не обратил на это внимания, подхватив стакан виски со столика.

– Уже подготовился к зачету по философии? – пропищала Лесли мне в ухо, заставляя скривиться. Я чувствовал себя клоуном в роли студента. Хотя понимал, что это необходимость. Нельзя достичь высот без развития. Если стоять на месте, то можно упасть под грузом проблем, наваливающихся сверху. Но это не помогало мне, черт возьми, не ощущать себя идиотом. Весь мой вид так и кричал: «Что я здесь забыл?»

– Ты думаешь, он хоть раз в жизни открывал учебник? – хмыкнул футболист. Я ничего не ответил.

Лесли поджала губы, поднялась из-за стола и направилась в сторону туалета.

– Кажется, ее задело это сильнее, чем тебя, – он раздражал меня сильнее остальных. Мне уже не терпелось отсюда уйти. Или вообще уехать.

– Мне плевать.

Скорее бы война с итальянцами закончилась. Тогда у меня бы не осталось причин здесь быть.

Хотя я знал, что Аарон держал меня здесь еще и на случай договора с англичанами, от которых так и не поступил ответ. Если ситуация в Испании ухудшится, мне придется идти в логово возможных союзников. Или врагов.

Наверное, поэтому я и не нравился друзьям Лесли – в моей голове все время крутились мысли о клане и семье. Там не было девчонок, вопросов о том, какая у меня норма пива и как выиграть в футбол против команды таких же олухов. Я предпочитал виски, не тратил время на бесполезные знакомства и футболу предпочитал работу.

Лесли вернулась за столик ровно на то же место – прилипнув к моему боку.

Студент из меня вышел отвратительный: я прогуливал, опаздывал, не появлялся на лекциях по несколько дней. А Лесли, хоть и походила на жвачку, приклеившуюся к ботинку, была отличницей. Уж чему, но налаживать связи отец меня научил.

Музыка долбила по ушам, второсортный клуб казался помойкой, а друзья Лесли невыносимо тупыми. Хотя я не мог судить их только потому, что в их жизни не присутствовали убийства, борьба за власть и кровавые деньги.

Лесли потянулась к небольшому столику. Светлые волосы скользнули по моей черной рубашке, она выпятила задницу в коротком платье, которое ни черта не скрывало, а Лесли думала, что мне понравится. Она была красивой, но слишком вызывающей и кричащей. Это отталкивало.

Ее пальцы обхватили тонкую ножку бокала. Подозрительно знакомое кольцо блеснуло в тусклом свете.

Я перехватил ее ладонь, Лесли от испуга едва не выронила стакан из рук. А мне было плевать, пусть хоть захлебнется своим шампанским.

На ее пальце блестело кольцо Элизабет.

То, которое я подарил на день рождения.

Лесли испуганно замерла, вглядываясь в мое лицо огромными голубыми глазами. Иногда меня удивляло, каким образом она стала отличницей.

– Красивое кольцо, – сдавленно проговорил я, желая только одного – стянуть его с ее пальца. Если это оно, то на внутренней стороне должна быть гравировка.

– Да, нашла его, – тут же улыбнулась девушка, отчего ее лицо приобрело слащавое выражение. Я с понимающим видом кивнул, хотя все внутри меня буквально горело от сдерживаемых эмоций. Это походило на ощущение, когда читаешь интересный детектив, кусаешь губы и переворачиваешь страницу за страницей в нетерпении. Именно это я испытывал – нетерпение, желание докопаться до правды прямо сейчас и любыми методами. Но отец не зря вбил мне в голову то, что эмоции всегда нужно держать под контролем, иначе их могут использовать против меня.

– Могу я