Сердце сирены - Кэтрин Болфинч

Печальная улыбка тронула мои губы. Хотелось сорваться в его сторону, бросить все и прыгнуть в сильные объятия, но я лишь смотрела, запоминая в деталях: серый свитер, светлые волосы и широкие плечи.

– Хочешь пойти к нему? – тихо спросил Адам. Я зажмурилась, пытаясь сделать хоть один вдох.

– А потом Лукас зашлет меня в Антарктиду?

– Я ничего ему не скажу. – Я повернулась в сторону Матиаса, но на том месте уже стоял старичок с тростью и большими очками. Он ушел.

Значит, не судьба.

– Нет, не хочу, – ответила я брату, еще раз его обняла и направилась к стойке регистрации.

На этом история нашего лета закончилась. Мы пережили многое, и я бы, несомненно, снова ворвалась в его клуб, зная, что нам придется расстаться. Я бы повторяла это столько раз, сколько возможно, даже если бы каждый раз нас ожидал одинаковый исход.

История маленькой шалости в виде звезд на груди закончилась, когда я села в самолет, а шасси оторвались от земли.

Глава 17

Матиас

Очередная ссора со старшей сестрой. Луиза назвала меня полным придурком и болваном, потому что я не написал девушке, которая мне понравилась.

И внутренне я с ней согласился, но каждый раз, когда мне кто-то нравился, я думал, что этого кого-то легко проглотит мой мир. Я смотрел на отца, на безымянную могилу матери и понимал, что не хочу так же. Не хочу жить с огромным пластом боли и призраками за спиной.

Тогда я уселся на крыльцо и закурил первый раз в жизни. Именно в этот момент отец вышел на улицу следом за мной, опустился на ступеньку выше. Я был уверен, что он начнет отчитывать меня за вредную привычку, но он лишь цокнул языком и проговорил:

– Ссоры ссорами, но семья – это люди, от которых ты никогда не сможешь откупиться. Тебе, как наследнику, стоит помнить об этом и оберегать своих сестер, Матиас. В особенности старшую. Она слишком своевольна, – по-доброму усмехнулся отец, а я задержал взгляд на красном кабриолете, который он подарил Луизе.

Иногда мне казалось, что он не умеет чувствовать вовсе, а иногда, что ценнее семьи для него не существует ничего.

Я не вылазил из клуба три дня. С тех пор, как позорно сбежал из аэропорта, когда брат Элизабет меня заметил. Даже не собираюсь придумывать этому оправданий. Ушел, как только понял, что у нее могут быть из-за этого проблемы.

И мне бы хотелось сказать, что все эти три дня я провел в компании горячих студенток и виски, но на самом деле первую ночь я не спал вообще, а алкоголь так легко вливался в мой желудок, что к рассвету я подумал, что это чай. Кружащаяся в глазах комната дала понять, что это все еще виски. Второй день я проспал, а ближе к вечеру разбирал то, что не трогал все это время.

Сегодня третий день, как уехала Элизабет. Сегодня клуб снова начнет свою работу после многочисленных собраний клана.

Аарон сидел за барной стойкой, но даже не притронулся к своему стакану с виски. Только гипнотизировал точку где-то на полках с бутылками.

Я протирал барную стойку, пытаясь делать вид, что похмелье уже прошло. Получалось плохо. Хотелось запереться в кабинете наверху и никогда оттуда не выходить.

– Может, тебе коктейль с клубничкой лучше, а? – спросил я, когда Аарон перестал даже моргать.

Лу все еще не пришла в себя. Аарон просиживал в больнице целыми днями, его буквально выгоняли из палаты. Прошло пять дней со свадьбы. Они должны были лететь в Париж, а получилось так, что она цеплялась за жизнь, а он за нее.

– Зонтик не забудь, – фыркнул Аарон, но так и не притронулся к выпивке. – Адам Санчес уехал в Италию. Переговоры не коснутся нас, они обезопасят только свою семью. Так что я думаю, тебе лучше уехать на время. Я не хочу, чтобы что-то случилось с тобой, когда она очнется. Не смогу сказать ей столько дерьмовых новостей сразу, – он выдохнул, плечи расслабились, будто одним диалогом ему удалось сбросить весь груз. Аарон опустил голову на ладони.

Я продолжал протирать барную стойку, пытаясь подобрать слова и не послать его к черту.

– Я уеду, только когда она очнется и вернется домой.

* * *

– Она очнулась, – именно это я услышал, когда ответил на звонок Аарона. Он ушел буквально пару часов назад, после того как вынес мне мозг.

Сейчас же я припарковался около больницы и почти ворвался внутрь, перепугав весь персонал. Они разве что не перекрестились, когда появился я, с полубезумным видом направляясь к палате сестры.

Аарон уже сидел около нее, держа хрупкую ладонь в своей. Лу слабо улыбалась, ее губы потрескались, стали бледными, под глазами залегли тени, а некогда блестящие волосы потускнели. Они о чем-то тихо переговаривались, когда я замер на пороге, не решаясь подойти ближе.

– Матиас! – воскликнула Лу, почти сразу же сморщившись от боли. Я растерянно шагнул вперед, Аарон поднялся, мягко поцеловал ее в лоб.

– Я вас оставлю, – он дождался, пока Луиза кивнет, и только тогда направился к выходу.

Тайфун выглядел лучше, чем в любой из прошедших дней: он побрился, надел чистый костюм и белую рубашку, в его взгляде все еще плескалась тоска, но гораздо меньшая.

Я подошел к сестре, осторожно, словно не веря в происходящее, коснулся ее руки.

– Давай скажи, что я ужасно выгляжу, – подначила Луиза. Я покачал головой.

– Как себя чувствуешь?

– Так, будто во мне лишняя дыра. – Шутит, это хороший знак. Неужели Аарон не сказал ей про ребенка?

Черт!

– Я так рад, что ты очнулась, Лу, – признался я, больше не находя слов, их будто выключили, вычеркнули из всех словарей. Мне хотелось плакать от облегчения. Моя сестра очнулась, она жива, она не оставит меня в мире одного.

– Я подумала, что мой младший брат-балбес не справится, – хитро усмехнулась она.

– Как всегда, права.

– Повтори, я не расслышала, – я смотрел на нее и не понимал, как Аарон скажет ей обо всем. Сейчас Лу казалась такой веселой, такой привычной, но я знал, что новости о ребенке, о котором она даже не подозревала, станут для нее настоящим кошмаром.

– Наверное, тебе нужно отдыхать. – Я не сдержал указание отца, не сберег ее.

– Аарон сказал мне, что ты отказался уезжать, – вдруг серьезно проговорила Луиза, схватив меня за руку. – Почему?

– Я сказал, что уеду, как только тебя выпишут.

– Отец давно запланировал твой отъезд, – вдруг призналась Лу, поморщившись от