Сделка после развода. Исцелю тебя, генерал - Зена Тирс

— Здравствуйте, леди Николь. Я полковник Лесли Файбс.

— Здравствуйте, полковник, — произносит Гаспар.

— Вы тоже пациент этих замечательных целителей? — полковник осматривает кресло.

Картер слегка склоняет голову.

— Позвольте представить, — говорит он. — Лорд Гаспар ван Райден. Начальник разработок. Без него здесь не было бы целительского пункта.

Полковник удивлённо возвращает взгляд на Гаспара.

А затем решительно протягивает руку.

— Извините, не признал. Благодарю вас, лорд ван Райден! Я начальник местного гарнизона. Мальчик, который вчера упал с лошади — это мой сын. Единственный. Я так благодарен, что здесь, у вас, ему оказали помощь.

Гаспар отвечает на рукопожатие спокойно.

— Это заслуга целителей. Берегите своего сына.

— Спасибо. Спасибо вам!

Полковник, раскланявшись, идёт к своему экипажу.

— Ну что, идём работать? — кивает мне Эдвард.

— Идём. Я сегодня до обеда. Справишься без меня?

— Куда я денусь? — улыбается друг своей старой доброй улыбкой.

Смеётся.

Я тоже улыбаюсь.

Но переведя взгляд на мужа, вижу его помрачневшее лицо.

— Всё в порядке?

— Да. Идёмте заниматься делами.

Несколько часов проходят в хлопотах, и в обед, как договаривались, мы с Гаспаром покидаем штаб.

Но не успеваем спуститься с крыльца, как во двор вкатывается экипаж.

Из него выходит глава города — лорд Сперсер — невысокий, поджарый мужчина лет пятидесяти в дорогом камзоле.

— Прошу прощения, что не предупредил о визите, лорд ван Райден! — произносит он, направляясь к нам. — Но сейчас обеденное время, и я решил, что застану вас вне расписания. Я с неофициальной миссией.

Он тепло улыбается мне.

— Леди Николь, — целует руку и вновь обращается к Гаспару. — Я хотел пригласить вас с супругой к себе на бал, который состоится в эту субботу.

Я удивлённо моргаю.

Словно вечность не была на светских мероприятиях, а ведь раньше я сама их постоянно устраивала.

— Познакомитесь там с важными людьми города, — продолжает лорд Спенсер. — Вы ведь теперь часть нашего общества. И, надеюсь, останетесь с нами на долгие годы.

Я перевожу взгляд на Гаспара.

На долгие годы.

В груди неприятно сжимается.

Его жизнь висит на волоске.

Мы не знаем, сколько времени у нас впереди.

Принесёт ли спасение его сын Калеб.

Наши взгляды встречаются.

— Бал, какая прелесть! — раздаётся позади голос Эдварда. — Я помню, как у нас в академии ты любила танцевать, Николь.

Да, это так. Я очень любила.

И улыбка ностальгии чуть трогает мои губы.

Я не успеваю ничего ответить.

Гаспар уже говорит за нас:

— Конечно. Мы обязательно приедем, лорд Спенсер.

Сердце снова режет словно острым ножом.

Потому что я знаю.

Он не будет со мной танцевать.

Будет сидеть в стороне, и мы не ощутим с ним полёт, движение музыки, счастье наполняющее сердце.

Я захлёбываюсь от боли.

— Великолепно! — оживляется глава города. — И вы, лорд Картер, обязательно приезжайте.

Картер коротко улыбается.

— Благодарю за приглашение.

А я украдкой смотрю на мужа.

Его лицо остаётся спокойным.

Невозмутимым.

Только челюсти чуть заметно сжимаются.

Внутри идёт бой.

Кладу ладонь ему на плечо.

Это наш бой, Гаспар. Я всегда буду рядом.

Глава 62

Глава 62

Мы обедаем в ресторане, а потом едем в местный салон мод.

Гаспар сидит в кресле возле окна, передав всю инициативу в мои руки и наблюдает, как скрупулёзно я выбираю всё, что нам нужно.

Для себя — новые свободные платья, ночные сорочки, бельё, новые туфли. Для него — рубашки, новые костюмы, шейные платки — по местной моде. Потом наступает очередь нарядов для бала. Платье выбираю долго — важно, чтобы живот был спрятан, и никто не догадался раньше времени о беременности — Сол не должен узнать.

Примерив несколько вариантов, останавливаюсь на глубоко-синем с пышным подолом и умеренным декольте.

— Ты красавица, — говорит Гаспар.

Мурашки бегут по коже от его жаркого пристального взгляда.

Потом я выбираю для него фрак.

— Примеришь?

Он не сопротивляется, не морщится, как другие мужчины, которых жёны за одеждой. Гаспар, как солдат, делает то, что нужно — примеряет, ждёт моего одобрения.

Первый же костюм садится на него шикарно.

Я не могу отвести взгляда.

Гаспар словно создан для парадных нарядов — красивый, благородный, мужественный, широкоплечий.

И невозможно поверить, что он прикован к креслу.

Закончив с нарядами, передвигаемся в зал домашнего уюта.

Выбираю постельное бельё: шёлковое, идеально гладкое. Несколько комплектов — нам нужно много.

Гаспар расплачивается, и Кертис несёт пакеты в карету.

А муж кивает на детский отдел.

— Зайдём, Николь?

Замираю на мгновение, а затем шагаю за ним.

На полках игрушки, пелёнки, крошечные костюмчики.

До сих пор не верится, что я скоро стану мамой.

Я так долго об этом мечтала.

Стою на месте, смотрю на всё это, не решаясь подойти.

А Гаспар уже просит работницу подобрать ему стопку пелёнок для новорождённого.

— Не рано? — спрашиваю я.

— Пусть будут под рукой. Ты какие расцветки предпочитаешь? — он кивает на синие, белые, жёлтые квадратики, которые раскладывает перед нами работница.

Грудь сжимается.

Он так сосредоточенно хочет выбрать вещи для ребёнка, словно боится не успеть.

Я военный целитель и повидала всякое в жизни. Привыкла мыслить и действовать рационально и не тешиться надеждой.

Умом я всё понимаю.

Понимаю Гаспара.

У него есть шанс выжить, раз нашёлся сын, но риск смерти всё ещё велик. Болезнь каждый день крадёт у него кусочек жизненных сил.

И всё может закончится в любой миг фатально.

Он хочет сделать всё, что должен, пока в состоянии это сделать.

— Можно взять нейтральные, — отвечаю я. — Белый, жёлтый, песочный.

Мой артефакт не показал пол ребёнка. Для этого нужен другой артефакт — специализированный, дорогой. И магия — другого целителя, чтобы его активировать.

Я не задавалась полом ребёнка, для меня было важно лишь то, что он здоров и развивается. А теперь… Хотелось бы знать.

— Давайте, как жена говорит, — кивает Гаспар.

Когда заканчиваем с покупками, солнце уже клонится к горизонту, освещая город золотыми красками. Тёплый ветер обдувает лицо. Щебечут птицы.

— Не устала? Прогуляемся? — предлагает Гаспар.

— С удовольствием, — улыбаюсь я.

Мы медленно движемся по тихой, мощёной улочке. Сворачиваем за угол, и нам открывается вид на море, освещённое лучами заката.

— Столько времени живём у моря и ещё ни разу там не были, —