Однажды золотой кровью написанное - К. М. Моронова

Алира нервно ерзает, перебирая руками.

— Мне бы этого хотелось, — шепотом отвечает она.

Я смотрю на нее во все глаза. Она все еще этого хочет? После всего, что я сделал? Чтобы скрыть эмоции, я прикусываю нижнюю губу.

Плутон плавно, легко поднимается на ноги и подходит к шахматной доске, стоящей в центре стола, за которым мы все сидим. Так и хочется спросить, с кем он вел партию и как давно.

Склонившись, он берет фигурку коня, убирает с доски слона и ставит коня на его место. Потом Плутон протягивает бледную руку к ферзю с другой стороны и берет его. Все еще сжимая пальцами фигурку, он внимательно разглядывает доску, задумчиво склонив голову.

— Однажды в сердце демона рожденное, лишь золотой кровью написанное оно разрешится, — он ставит ферзя рядом с конем, и от его слов пробегает дрожь.

Алира широко распахивает глаза. Может, она уже слышала эту фразу раньше?

— Что это означает? — тихо спрашивает она, избегая смотреть в мою сторону.

Улыбнувшись, Плутон поднимает на нее взгляд. Он откидывает капюшон, и теперь мы видим его темные волосы и холодные, похожие на угли, глаза.

— Мойры принимают лишь те просьбы, что написаны золотой кровью, но всегда стараются поддерживать баланс.

Алира с отчаянием смотрит в ответ. И лишь потом решается взглянуть на меня.

— Не понимаю. Что я должна написать…

Ее перебивает Венера.

— Нужно заменить то, что было давно утеряно.

Я окидываю взглядом всех троих по очереди. Что было утеряно? Наше доверие друг к другу?

— Но ведь мы же погибли. Какой толк от наших молитв здесь, в подземном царстве? — спрашиваю я.

Венера взмахивает рукой, и в воздухе вспыхивают золотистые огоньки, похожие на летящие от костра искорки.

— Вы не живые, но и не мертвые, — шепотом отвечает она. — И лишь вы благословлены спасти свои королевства.

— Хватит загадок, — рявкаю я.

Мгновение Венера разглядывает меня, а потом говорит:

— Боюсь, я могу сказать лишь это.

Снова подняв капюшон, Плутон жестом зовет нас с Алирой следовать за ним к озеру, что окружает каменную площадку, на которой мы находимся.

— Идемте. Посмотрим, что происходит в ваших королевствах, какой им причинен урон. Все так и будет продолжаться, пока обе стороны не окажутся стерты с лица земли. Если вы двое не остановите бойню, вам будет некуда вернуться. Нужно торопиться. Выбирайтесь из Мортема вместе, стараясь не потеряться во лжи. Лишь победив мертвецов, что вас преследуют, вы найдете ответы и увидите свой путь, — Плутон кивает на озеро. Мы с Алирой всматриваемся в него.

Тьма клубится под поверхностью, как грозовые тучи, вращается, прежде чем расступиться и показать нам две армии, сошедшиеся в битве.

Из королевства, моего королевства, доносятся крики. Девицит горит, точно также, как горел Алзор в петлях времени.

Вот, как все произойдет. А может, уже происходит. Мы не знаем, сколько прошло времени.

— Верните нас обратно в королевство. Я нужен своему народу.

Алира смотрит на меня с сочувствием, сжимая губы.

— Калел, мы не сможем никому помочь, пока сами не найдем отсюда выход.

Медленно качая головой, Венера подходит к нам.

— Мы не можем вызволить вас из Мортема. Но вместе вы найдете путь наружу. Не спешите. Здесь время течет медленнее. Каждый час здесь — всего секунда наверху, — склонившись, она целует Алиру в макушку.

— Как? Что нам нужно делать? — давлю я.

Венера улыбается.

— Это сможете узнать лишь вы двое.

Время здесь идет медленнее? Я облегченно выдыхаю. От того, что мое королевство еще не сожгли дотла, как показывал Плутон в своем озере, мне становится чуточку легче. Но я не слишком надеюсь вновь попасть на Фалтор. Никто ведь еще не возвращался из Мортема, правда?

В глазах Алиры проносится множество вопросов, которые она не успевает задать матери.

— Мы еще встретимся, Алира. Мне жаль, что мы так и не узнали друг друга поближе. Но помни, что я отдала все, что имела, лишь бы только урвать для тебя кусочек счастья.

Склонив голову, Алира проглатывает слова, что остались невысказанными. Потом смотрит на меня полными боли глазами.

— Нам пора, — говорю я, зная, что и сам хочу сказать ей миллион вещей.

Кивнув, она бросает последний взгляд на двоих богов, а потом мы начинаем подниматься обратно в тронный зал Плутона. Огромная черная дверь обрамлена рамой из костей. Не знаю, что ждет нас за ней. Нервно сглотнув, я смотрю на Алиру.

По крайней мере, мы вместе.

На счастье или на беду.

Глава 19

Алира

Мои пальцы скользят по огромным костяным дверям. По центру изображены скелеты, тянущиеся к друг другу, будто желая посмотреть, что скрывается по ту сторону. Я не решаюсь открыть створки и шагнуть за порог.

Оглянувшись, я хочу еще раз взглянуть на Венеру, но они с Плутоном остались внизу. Теперь мы сами по себе. Нам известно лишь что мы должны выбраться из Мортема, но как? Никаких подсказок нет.

Кажется, будто мое сердце растоптано в грязи. После всего, что произошло у нас с Калелом, я встретилась с матерью и обнаружила, что я для нее — лишь деловой инструмент. Не то, чтобы боги славились нежностью к потомкам, но я все же надеялась… хоть на что-то.

Полубогам не позволено встречаться с родителями. Мы — существа нежеланные, именно поэтому Алзор и стал отдельным королевством. Я и не думала, что когда-то увижу Венеру… По крайней мере, не так.

В детстве я бегала вокруг сиротского приюта и представляла себе, что отправляюсь в поход, чтобы найти мать. Что она ждет меня где-то за унылыми стенами Алзора.

Но встретились мы лишь в посмертии.

И лишь в посмертии мое сердце дрожит так, как не дрожало никогда в жизни.

Я перевожу взгляд на Калела. Он кажется другим. Темные волосы разметались по его лбу, будто он всю ночь спал. Смотрит он на меня с легкой печалью. Будто после разговора с Венерой и Плутоном он больше не хочет ни за что бороться.

И я понимаю его чувства.

В чем смысл нашего существования? Мы жили лишь чтобы страдать вместе. Танцевать с судьбой и смертью так, словно у нас был шанс от них сбежать.

— Готова? — спрашивает Калел, кладя ладонь на дверную ручку.

— Не знаю, к чему готовиться и что мы вообще ищем, — медленно признаюсь я. Кажется неправильным, что мы вот так отправимся куда-то вместе. После всего, что сделали друг другу.

Но почему мне так хочется, чтобы он обнял меня?