Сборник романтических новелл - Мари Соль

лоб наводнили морщинки. Вблизи проступила его седина, на висках, надо лбом. Даже ямочка на подбородке слегка углубилась, от тяжких раздумий, которыми он был охвачен.

— Ты завтракать будешь? — спросил.

— Нет, спасибо! Я ела, — ответила Лида. Она успела позавтракать в числе первых. Съела пару блинов с местным мёдом. Свежевыжатый сок и нарезку из фруктов.

— В прошлом году я забурился ещё дальше. Отправился на Бора-Бора. Снял люксовый номер в отеле, бунгало у самого моря. Думал, там ни души! И что ты думаешь? Встретил знакомых на третий же день! — произнёс Войцеховский, как будто говорил сам с собой.

Лида вздохнула, пожала плечами:

— От себя не сбежать.

Кирилл усмехнулся, жуя:

— В этот раз я решил, что тропический остров в Таиланде — самое то. Середнячок, где сплошные пакетники. Думаю, тут-то уж точно знакомых не будет? Так нет же! И здесь спасу нет!

От напряжения он кашлянул, глотнул содовой.

— А ты поезжай в Африку, Кирь! В трущобах Занзибара тебя точно никто не узнает, поверь мне, — предложила ему Лида.

Кирилл помолчал, покачал головой:

— И откуда ты такая умная взялась?

— Из России, Кирюш! Из России, — с улыбкой ответила Лида. Настроение было хорошим. Предвкушая триумф, он наблюдала за тем, как мечты о спокойствии рушатся, и Кирилл вот-вот согласится на всё…

Вдруг рядом с ними возникло видение. Небесная нимфа приблизилась сзади и встала по правую руку от Лиды. На ней было длинное платье с высоким разрезом, приспущенный верх открывал загорелые плечи.

Кирилл оторвался от трапезы, задышал, собираясь уже возмутиться. Но выдавил только:

— София, я же велел тебе ждать меня в номере!

София, которая словно не видела Лиду, ответила жалобно:

— Ну, мне там скучно, Кирюш!

Он смутился, салфеткой отёр напряжённые губы и отбросил её на тарелку:

— Лидия, это София. Актриса, она играет Ассоль в моей новой постановке. София! Это Лидия — моя старая знакомая. Вот, встретились совершенно случайно, решили позавтракать вместе.

Хлопая глазками, нимфа стояла и молча взирала на Лиду. Словно только сейчас разглядела, что за столиком возле Кирюши есть кто-то ещё. Наверно, поняв, что к чему, и увидев по взгляду Кирилла, как тот недоволен, она улыбнулась, сказав:

— Добрый день! — и заправила за ухо шёлковый локон.

— Добрый день, — вежливо бросила Лидия.

«Старая знакомая», — взглянула она на Кирилла, — «А ты у нас, значит, молодчик?». Тот был как струна! Наверно, боялся, что Софа взболтнёт что-нибудь. Но она, не будь дурой, сказала:

— Тогда я не буду вам мешать! Подожду тебя возле бассейна, — добавила, глядя на Кирю.

«Смышлёная девочка», — думала Лида, задумчиво глядя ей вслед.

— Значит, ты не берёшь в свой театр никого, по протекции? — напомнила вдруг, когда нимфа ушла.

— По протекции, нет, — отозвался Кирилл. Он выглядел как-то растеряно, жалко. Словно парнишку застукали за рукоблудием! И теперь тот не знает, куда деть глаза от стыда.

— Значит, попасть к тебе в театр можно только… через постель? — осведомилась Лидия. В отличие от него, она ощущала себя лучше некуда! Уверенность, словно вода во время морского прилива, прибывала и наполняла её до краёв.

Войцеховский вздохнул, посмотрел в направлении, где уже растворился очерченный платьем, её сарафан:

— Соня действительно очень талантлива.

— Я ничуть не сомневаюсь в этом! — саркастически бросила Лида, — Хорошо быть талантливой, когда у тебя модельная внешность.

— Да причём тут внешние данные? — поморщился он.

— Вот и я считаю, что ни причём! — добавила Лида, — Я считаю, что внешние данные второстепенны. Вон, Лидия Шукшина, не отличалась стройностью, но была очень талантливой женщиной! Инна Чурикова так вообще красотой не блистала. А какой человек! А Гундарева, а Муравьёва? Не говоря уже о Раневской, которой природа, увы, не дала красоты, но сполна наградила талантом.

— Хо-ро-шо, — процедил по слогам Войцеховский, — Посмотрю твою дочь.

Он вздохнул, постучал по столу указательным пальцем:

— Пусть приходит сюда вечерком, часов в шесть. Я устрою ей пробы. На ресепшене спросит меня, я к ней выйду. Согласна?

Лида едва не воскликнула: «Да! Да! Да!», рискуя привлечь к себе внимание всех, кто сидел в этот час в ресторане. Ощущая, как щёки краснеют, она опустила глаза:

— Я буду тебе благодарна безмерно, если ты это сделаешь.

— Вот и договорились, — Кирилл ковырнул указательным пальцем столешницу, — Я же надеюсь, что ты удалишь с телефона всё то, что прислала мне вечером?

— Непременно! — заверила Лидия, — В этом можешь даже не сомневаться.

Она расправила юбку:

— Ну, что ж? Пойду, пожалуй, обрадую Машу? Пускай готовится к пробам.

— Да, да, — покивал Войцеховский.

Лида покинула место их встречи. Прошла, не спеша, вдоль тропинки, окутанной влагой тропических гор. Она обернулась уже возле лестницы. Войцеховский сидел за столом. Теперь ей была видна лишь макушка, рука и кусочек спины. Лидии стало немножечко стыдно! За то, что разрушила отпуск, лишила его романтических грёз. Но с другой стороны, выбор был небольшой. Упусти она эту возможность, то не простила бы себя.

«Может, мечта воплотится, и дочь успокоится?», — размышляла она. Станет, если не суперзвездой, то хотя бы мерцающей звёздочкой. Наполнится светом, которого хватит на всю её жизнь.

Глава 5

Как и любая любящая мать, Лидия не могла быть объективной. Ей нравилось всё, чем увлекается дочь! Даже в детстве, когда Машенька, встав на стульчик перед гостями, излагала Чуковского, она восторгалась, считая её самой талантливой девочкой на свете. Так и сейчас, слушая монолог Ассоль в исполнении Маши, она затаила дыхание, глядя на дочь.

— Здравствуй Бог! Ты меня, наверное, не знаешь, — обращалась Манюня к всевышнему, — Это я каждое утро говорю тебе «здравствуй», а вечером «прощай». Но ты и об этом, наверное, не знаешь? Ты занят миллионами других людей, дела которых поважнее моих. Я знаю — ты сильный и всемогущий. Пожалуй, ты даже сильнее волшебника.

Слова в исполнении дочери так задевали её за живое. Хотелось рыдать, и от счастья и от волнения за то, как пройдут эти пробы.

«Как? Как?», — упрекала себя, — «Понятное дело, Кирилл согласится. Вот только…».

— Манюнь, — робко бросила Лида, — А с чего ты взяла, что это будет Ассоль? Ведь на эту роль у него есть другая.

Маша быстренько вышла из роли. Лицо её стало серьёзным:

— Подвинется! — хмыкнула резко и опять принялась излагать монолог.

Лида тихо вздохнула. Ну, что ж! Будь, что будет. Она вручила ей «удочку», а рыбку пусть ловит сама. Маша сильная, Маша упорная. Она никогда не сдаётся, идёт напролом. И теперь, отодвинет прелестницу Софу, заставив Кирилла сменить утверждённые роли и взять на подмостки её.

Узнав о