Пленение дракона - Миранда Мартин

Розалинда подпрыгивает, отталкиваясь от меня. Звук повторяется, доносясь из деревянных двойных дверей, ведущих на территорию. Из небольшого здания у ворот выходят двое охранников, громко переговариваясь. Они оба плетутся, наверное, пьяные. Один открывает небольшую панель в двери и выглядывает.

— Дерьмо, — восклицает он, отступая назад.

Другой охранник выглядывает, затем быстрым движением отпирает двери и открывает одну сторону. Фигура в капюшоне, окутанная тенями, проходит мимо. Охранник закрывает дверь и вставляет замки на место.

— Я приведу хозяина, — говорит охранник, который воскликнул, запинаясь в своих словах.

— Нет, — говорит фигура. — Я здесь не ради него.

— Ох, — говорит охранник, и его руки бесполезно хлопают по бокам.

— Возвращайтесь к своим обязанностям, я скоро выйду, — говорит фигура.

Между тенями и капюшоном невозможно понять, куда он смотрит, но кажется, что его внимание приковано к Розалинде и ко мне. Я двигаюсь, чтобы защитить её, вставая между ней и незнакомцем.

— Э-э, нам не следует… — начинает охранник.

— Ты меня допрашиваешь? — спрашивает фигура, даже не взглянув на охранника.

— Нет, э-э, сэр, нет, вернёмся к нашим обязанностям, ладно, — отвечает охранник.

Двое охранников пятятся назад, держа друг друга прямо, в свою хижину. Фигура в капюшоне идёт по открытой местности к нам. Мой хвост скользит по земле, чешуя покалывает, а руки сжимаются в кулаки, готовые ко всему. Он останавливается в нескольких футах от нас. В этот момент, как будто незнакомец спланировал это, луна выходит из-за облака, освещая его ярким серебряным светом. Медленно двигаясь, он берётся за капюшон по бокам и опускает его. Когда капюшон опускается, лунный свет блестит на коричневой чешуе и открывает змая с арены.

— Извините за прикрытие, — говорит он. — К сожалению, это было необходимо.

Горло у меня сжалось, все мышцы напряглись, и в любой момент ожидая нападения, я позволил себе собраться, прежде чем заговорить.

— Кто ты? — я задаю самый очевидный вопрос.

— Меня зовут Аркан, и я знаю, что вы Висидион и Розалинда, — он кивает каждому из нас, называя наши имена. — Когда я увидел вас на арене…

Он замолкает, не закончив свою мысль. Мы долго смотрим друг на друга, пока облака снова не закрывают луну и не погружают нас обратно во тьму.

— Я был удивлён, увидев змая, — говорю я, заполняя пустоту.

— Удивлён! — фыркает он, качая головой. — Как тебе удалось избежать опустошения?

— Я не избежал, — говорю я.

— Нет? — он качает головой из стороны в сторону. — Но… планета была уничтожена. На Тайссе не осталось жизни.

Вместо того, чтобы ответить ему, я пристально смотрю на него, приказав своему лицу ничего не показывать. Я не знаю, союзник он или нет, но что-то подсказывает мне, что мы находимся на опасной территории.

— Как ты оказался здесь? — спрашивает Розалинда, перенаправляя вопрос ему.

Он вздыхает, опустив плечи, и смотрит во тьму.

— Я думал, что я единственный змай, — говорит он тяжелым от отчаяния голосом. — Никто не смог выжить. Вся галактика думает, что Тайсса больше нет.

Страх, холодный и жуткий, просачивается из моего сердца при его словах, но я не знаю почему. Слова вызывают в биджасе что-то смутное и неопределённое. Воспоминания, которые у меня когда-то были, но теперь потеряны в тумане биджаса.

— Так и должно оставаться, — говорю я.

Он снова переключает своё внимание на меня, затем качает головой.

— Для этого уже слишком поздно, — говорит он. — Я так думаю.

— Зачем ты здесь? — спрашивает Розалинда.

Он выпрямляется, прочищает горло, а затем расправляет плечи.

— Точно, — говорит он. — Вы в опасности.

— Конечно, мы рабы, проданные в гладиаторы, — огрызаюсь я.

— Нет, хуже, — говорит он, игнорируя меня. — Ситуация здесь нестабильная. «Король» — криминальный авторитет, который удерживает своё положение благодаря страху. Он утверждает, что произошёл от принца Астириана, но все знают, что это ложь.

— Какое это имеет отношение к нам? — спрашивает Розалинда.

— Не к тебе, к нему, — говорит Аркан. — Тайсс считался мёртвым. Заузлы не скрывают, что они вас там поймали. Это значит, что на Тайссе есть жизнь.

— И им нужен эпис, — говорю я, холодный озноб в моих кишках обретает форму и распространяется по моим конечностям.

— Да, — говорит он. — Слухи — это всё, что сейчас есть, — говорит Аркан. — Но они придут за вами. Некоторые хотят вашей смерти, чтобы похоронить секрет и использовать его в своих целях. Другие хотят, чтобы вы проиграли, чтобы они могли вас похитить. На вас много планов. Но достаточно сказать, что вы изменили расстановку сил в Крике и тем самым всю галактику.

Мои мысли мчатся, а смутные воспоминания пытаются выбраться из тумана прошлого.

— Ты поможешь? — я спрашиваю.

Аркан напрягается, его хвост перестаёт двигаться. Моё сердце громко билось в ушах, считая проходящие мгновения. Мысли играют в его глазах, и мне приходится задаваться вопросом, чего же он на самом деле добивается.

— Я сделаю всё, что смогу, — говорит он.

— Нам нужен план, — говорит Розалинда. — Сбежать с планеты.

Аркан кивает и собирается уйти.

— До встречи, — говорит он через плечо.

— Как ты собираешься помочь? — спрашиваю я, когда он подходит к двери.

Он останавливается, кладя одну руку на дверь и склонив голову.

— Я не знаю, — говорит он. — Я буду на связи.

Дверь за ним закрывается, и один из охранников выходит, спотыкаясь, чтобы закрыть замки. Когда он поворачивается и видит меня и Розалинду, он делает шаг к нам.

— Уходите, — рявкает он, указывая на нашу хижину.

Молча, мы возвращаемся к ужину.

Всё изменилось. Всё изменилось так, как я пока не могу предвидеть. Мы с Розалиндой едим молча. Когда мы наконец легли рядом в нашей маленькой комнате, она кладёт голову мне на плечо, кладя руку мне на грудь.

— Что всё это значит? — она шепчет.

— Я не знаю, — говорю я, и в этих трех словах выражена правда. У меня в кишках холодный, твёрдый комок.

— Я пытаюсь решить, хорошо ли всё складывается или плохо, — говорит она.

— Я тоже, — отвечаю я, крепче прижимая её к себе.

Глава 21

Розалинда

С тех пор, как Аркан заходил в гости, у нас было три боя на арене, но ни слова больше не услышали.

Последствия абстиненции усиливаются, и их становится всё труднее скрыть. Меня прикрывал Висидион, но наша команда знает, что происходит. Я не могу скрыть это от них, и скоро не смогу скрыть и от наших оппонентов. Я замедляюсь.