Сквозь костры иллюзий - Дарья Федотова

громкие звуки продолжали преследовать меня. Взрыв ворот, хлюпанье ног в туннеле, скрежет выдвигающейся металлической лестницы, выстрелы. Но каждый раз, когда воспоминания вытаскивали меня из забытья, я ощущала, как Никита сжимал мою ладонь, и снова проваливалась в сон.

Искра № 16

Внезапный резкий толчок и смена положения привели в чувство. Стараясь не обращать внимания на пульсацию в висках, я попыталась протереть глаза, но руки совсем не слушались.

— Эля, ты не ранена?

Размытые пятна приобрели очертания, и я увидела Сережу. Взгляд его голубых глаз беспокойно носился по моему лицу и телу, а сам парень крепко сжимал меня за плечи.

— Боже, ты вся в крови. — Он лихорадочно осматривал мою грязную одежду, пытаясь найти рану. Задрал край моей футболки и пальцами побежал наверх вдоль ребер. Как только я поняла, что он в открытую ощупывает меня, тут же одернула его руки и отодвинулась в сторону. — Я проверяю раны, — раздраженно объяснил он и снова потянулся ко мне, но я и в этот раз отползла и уперлась в чьи-то ноги.

— Я цела, — ответила я и тут же прокашлялась. После ледяной воды и литров пролитых слез я не узнавала собственный голос. Схватившись за горло, осмотрелась и пришла в ужас. Среди кровавых тряпок я сидела одна. — Где он? Где Никита?!

Выражение лица Сережи мгновенно сменилось с заботливого парня на сурового командира.

— Спит в соседней комнате, — холодно ответил главарь наемников и поднялся на ноги, смотря на меня сверху вниз. — Раны зашили, температура спала.

— Давай-ка и ты поднимайся. — Рома позади подхватил меня подмышки и помог встать. — Ого, да ты вся трясешься, — заметил парень, растирая плечи.

Сережа сделал шаг ко мне, но я дернулась в сторону, заодно освобождаясь из рук снайпера.

— Мы упали в реку, — пролепетала я первое, что вспомнила, и обхватила себя руками.

— Эля! — Звонкий голос Марины чуть не разорвал мои барабанные перепонки. Девушка выскочила из-за угла и кинулась мне на шею. — Как же вы нас напугали!

Я безвольно висела у Марины в объятиях, не в состоянии даже обнять ее. Она поняла это и отстранилась, осматривая меня внимательным взглядом.

— Иди в душ, ты вся дрожишь. Мы привезли полотенца и чистую одежду.

Ноги не слушались. Спотыкаясь на каждом шагу, я добрела до ванны и выкрутила кран до предела. Из душа полилась горячая вода, от которой комнату мгновенно затянуло паром. Стянув с себя грязные ошметки одежды, я залезла в душевую и скрючилась на полу, сотрясаясь под горячими струями. Вода разбивалась о старую плитку, уносила за собой кровавые следы и мои мысли, но не спасала. Лишь отнимала последние крупицы сил.

В ушах все еще стояли жуткие звуки погони: скрежет, выстрелы, крики. По коже то и дело проносились мурашки, словно я не сидела под кипятком, а снова нырнула в ледяную реку. В этой маленькой душевой мне стало так холодно. И хотя Никита находился всего лишь в другом конце квартиры, мне физически не хватало его рядом. Всю ночь его присутствие отгоняло кошмары, но стоило нас с парнем разлучить — вся тяжесть погони наваливалась на мое изможденное тело.

С трудом подняв руку, я дотянулась до крана. Раздался скрип. Вот теперь стало действительно холодно. На крючке я нашла два полотенца. Одним полностью замоталась, другим вытерла мокрые волосы, которые из-за тяжести воды стали еще длиннее. Как только я вернулась в комнату, обмотанная в одно полотенце, ко мне тут же прилипли взгляды наемников.

— Так, пойдем переоденем тебя. — Блондинка потащила меня в глубину квартиры, но дорогу ей преградил Сережа.

— Нам надо поговорить.

— Сереж, это может подождать. Она полуголая и вся трясется.

— Я сказал, что дальше сам. — Он выхватил сумку с вещами, взял меня под локоть и потащил вперед, будто я была его заложницей.

Неуклюже сжимая полотенце на груди, я через плечо бросила на Марину жалобный взгляд. Девушка беспомощно стояла посреди узкого обшарпанного коридора, виновата пожимая плечами.

«Удачи», — одними губами произнесла она, отступая обратно в темноту.

Мы очутились между двумя дверями, и Сережа потянул за собой налево. Сердце подпрыгнуло, когда я поняла, что в правой комнате лежал Никита, но сейчас я не могла к нему заглянуть. А так хотелось, что аж руки выкручивало.

Шаг в другую сторону, и дверь противоположной комнаты закрылась прямо перед моим носом. Эта маленькая пустая комната была такой же унылой, обшарпанной и мрачной. Сережа положил сумку на диван, открыл замок и сердито начал вытаскивать оттуда вещи, прямо как его сестра перед карнавалом.

— На такой случай у нас всегда есть с собой какое-то оборудование, оружие, несколько сумок: в штабе, машине, иногда на явочных квартирах. Марина для тебя тоже собрала. Одежда такая же, как в прошлый раз.

Из стопки, что он положил на диване, выглядывали черные и красные цвета. Я сразу же узнала тот самый кашемировый свитер. От одной мысли о прикосновении мягкой ткани о кожу у меня пробежали мурашки.

— Спасибо, — вымолвила я, взяла стопку и прижала ее к груди, чтобы прикрыть как можно больше оголенной кожи.

— Ты как? — спросил Сережа, не сводя с меня глаз.

Хороший вопрос. Меня похитили и увезли в другую страну. На меня повесили убийство нескольких бандитов и объявили в розыск. За мной гналась вооруженная группа, которую ищут практически во всех странах мира. И потом при мне чуть не умер человек.

Еще был Сережа. После одного поцелуя он решил, что может распоряжаться мной, как своей собственностью, и вертеть в руках при всех, будто я — его игрушка. Ах да, еще память. Ее как раз-таки у меня не было. Так что, как я на самом деле? Хороший вопрос.

Я просто пожала плечами. Мне нечего было ответить. Мой мир пылал, горел, и я вместе с ним. Каждая крупица его взмывала ввысь искрой, а затем превращалась в пепел. И мне хотелось верить, что костры в моем разуме осветят дорогу, но кажется, я лишь заживо в них сгорала.

— Эля, за тобой гнались вооруженные бандиты «Инферно», и вы чудом ушли живыми. То, что ты сейчас чувствуешь, — это нормально. — Он снова попытался взять меня за руку, но я сделала вид, но не заметила, и спрятала ладонь между складок одежды.

— Хватит говорить, что все нормально, — не выдержала я. — Твоя «норма» полна слез и переживаний. Так не должно быть.

— Увы, мир такой, каков есть.

— Мне это не нравится.

— Тогда у меня для тебя плохие новости. Ты его не изменишь. —