Стальное звено Академии Драконов - Оксана Гринберга

– Где именно? – поинтересовался бухгалтер, до этого возившийся с папками у дальнего стеллажа.

Подойдя, он склонился, заглядывая мне через плечо.

Но вместо его ответа я внезапно почувствовала укол. Что-то острое на секунду впилось мне в шею, после чего серый человек моментально отстранился. Я резко повернулась, одной рукой зажимая пораненное место, а второй стягивая к себе магию…

Но вместо магических потоков ко мне стягивалось онемение – словно серая бесформенная масса, оно расползалось от места укола, захватывая мое тело и порабощая разум.

Я пыталась что-то сделать, сбросить наваждение, вызванное ядом, но…

– Можете заходить, лорд Дарион, – произнес серый человек, и я услышала его слова будто бы через вату. – Все сделано, как вы и просили.

А еще увидела расплывающимся зрением, как открылась и закрылась дверь, впуская в кабинет рослую мужскую фигуру.

Но я все же собралась. Сжала зубы…

Хорошо, сжать их не получилось, потому что и мой рот тоже, казалось, был набит ватой. Но я сделала над собой сверхусилие, всеми силами пытаясь определить источник моих бед. Обнаружить его в теле, после чего уничтожить как самого ненавистного врага.

И помощь моей драконицы мне бы в этом не помешала.

«Я не понимаю, что с нами», – донеслось до меня слабое Нерис, а затем она призналась, что хочет спать, поэтому не может ничем помочь.

«Не сейчас! – рявкнула я на нее. – Иначе мы с тобой будем спать вечно. Мне нужна вся твоя магия, потому что этот дракон вот-вот нас прикончит».

Да, я соврала, но мне было все равно, поймет ли это Нерис и не обидится ли она за мою ложь. Я хотела ее помощи, нуждалась в драконьей магии, потому что собрать Людскую в достаточной мере у меня не получалось.

При этом я понимала, что убивать меня никто не собирался, иначе я была бы уже мертва.

О нет, меня искусно заманили в ловушку, а затем отравили чем-то таким, о чем я ничего не знала. Из-за вколотого в мою шею яда я оставалась в сознании, но не могла ни пошевелиться, ни обратиться к своей магии.

Это означало, что лорд Дарион, по чьему приказу такое провернули, собирается со мной поговорить, не опасаясь за свою жизнь, и у меня все еще есть время найти выход и скинуть с себя противное оцепенение.

– Итак, Джойлин Грей! – произнес лорд Дарион, уставившись на меня сверху вниз.

Я не могла поднять голову, чтобы посмотреть ему в глаза, но нисколько не сомневалась в том, что его взгляд был настолько же высокомерно-презрительный, как и его голос.

– Долго же ты бегала от моего сына! – добавил дракон.

На секунду я опешила. Затем решила все-таки спросить, что нужно от меня Дарионам. Но из моего рта вырвалось лишь мычание, причем довольно жалобное.

Мне это не понравилось, и я попробовала еще раз.

Снова мычание, но уже другого оттенка – возмущенное.

– Яд древесной лягушки, который ввели тебе под кожу, – издевательским тоном произнес лорд Дарион. – Довольно редкая вещь, но, как видишь, весьма эффективная. Хватает лишь минимальной дозы, чтобы вызвать несколько часов оцепенения. Но ты все же маг и можешь справиться быстрее.

Тут Нерис скинула с себя онемение, и я внезапно почувствовала тепло. Сперва в кончиках пальцев, а затем оно постепенно начало растекаться по телу. Противную вату так и не прогнало, но все-таки…

– Сейчас я верну тебе способность говорить, – произнес лорд Дарион. – Ты должна будешь подтвердить, что понимаешь свои перспективы и сделаешь все именно так, как я тебе скажу.

Очередное мычание с моей стороны, но уже согласное, хотя я уже могла пошевелить пальцами правой руки. Ладонь застыла в неудобной позиции, за спиной, да и вряд ли этот мерзкий лорд обратил бы на такое внимание, но я все-таки решила действовать осторожно.

Заодно я изо всех сил постаралась запомнить заклинание, сорвавшееся с его рук.

Оно опутало мое горло, и мое мычание тотчас же превратилось в ругательство, в котором я желала всем лордам-драконам ТалМирена вступить в порочащие мужчин связи с демонами.

Ну да, потому что я рассердилась не на шутку.

Но тут же себя оборвала, а потом принялась готовиться нанести ответный удар. Ждала момента, чтобы окончательно освободиться, после чего врезать по этому дракону со всей скопившейся во мне ненавистью.

Так, чтобы он надолго это запомнил. Заодно и стереть эту высокомерную ухмылку с его лица – такое тоже не помешает!

– Уже скоро ты, Джойлин Грей, поднимешься и последуешь за мной туда, куда я скажу. Конечно, я могу тащить тебя на себе или же приказать кому-то из слуг вынести твое обездвиженное тело из дома, но ты сделаешь это сама. Пойдешь со мной добровольно.

– Но зачем? – выдавила я из себя. – К чему все это?!

– Затем, что ты предназначалась моему сыну, – бросил он. – Именно для этого тебя отправили в ТалМирен по якобы студенческому отбору.

Гул молотков в голове – и невнятное мычание, в очередной раз сорвавшееся с моих губ, куда больше похожее на мучительный стон. Теперь-то мне все стало понятно!..

Ясно, что я не ошибалась, когда думала, будто бы администрация моей академии в Аллирии буквально продала меня драконам.

Так все и было! Они и правда меня продали!

– Но Арден оказался слишком уж слюнтяй, и мне приходится все делать за него, – тем временем продолжал лорд Дарион. – Надо же, до чего я дожил – ловлю по всему ТалМирену девку своего сына! – картинно возвестил он, но его проблемами я не прониклась.

– Но таких как я здесь полным-полно, – пробормотала я. – Арден может выбрать из нас любую. Он себе ни в чем не отказывал, ведь в академии девушки буквально вешались ему на шею. Зачем я, да еще и из Аллирии?..

– Затем, что нам нужна Людская и очень сильная магичка, которых нет в ТалМирене. Поэтому выбор остановился на тебе! Ты родишь ему сына с иммунитетом от Пепельной Хвори, – произнес Робер Дарион, и я кивнула, внезапно вспомнив, что уже слышала подобную странную версию.

В тот раз она показалась мне совсем уж неправдоподобной, но – гляди же! – Изначальные Роды и взаправду напряглись и заманили в Драконье королевство Джойлин Грей, отличницу в учебе, чтобы использовать меня в качестве… племенной кобылы.

Да, со стороны все выглядело именно так.

– Но ведь болезнь почти удалось обуздать, – возразила я. – Разве вы об этом еще не слышали? Полоски Соргена, которые определяют захворавших на самых ранних стадиях. Вода из храма, где служит отец Ансельм. Она ведь