Парижский роман - Рут Райшл

Все время до конца поездки они промолчали. Стелла была в смятении – она уже давно смирилась с тем, что ничего не знает о своем отце. Разве это не к лучшему? Вспомнив описанного Болдуином шефа, она подумала, что предпочла бы призрак такому сложному и противоречивому персонажу. Зачем искать неприятности на свою голову?

Погруженная в свои мысли, Стелла не сразу заметила, что автомобиль остановился. Выглянув в окно, увидела величественный старинный каменный особняк посреди ухоженного парка. К ним, приветственно раскинув руки, бежал человек в длинном полосатом фартуке.

– Месье, сколько же лет мы не виделись! Какая радость!

Не потребовалось ни регистрации, ни оплаты. Гостей просто проводили наверх и показали их комнаты, а носильщики уже тащили следом вещи Жюля и рюкзак Стеллы.

– Это, – Жюль указал на большой чемодан, – отнесите в комнату мадемуазель.

– Но… – начала она.

– Всего лишь несколько старых платьев моей жены. Я подумал, что они могут вам понравиться.

– Но их создавали для нее! – Стелле вспомнился Сен-Лоран, ходивший вокруг своих клиенток. – Почему вы думаете, что они мне подойдут?

– Подойдут. – Жюль взглянул на нее, словно ожидая, что она догадается. Она понимала, что упускает что-то, но, поглощенная мыслями об отце, не стала настаивать на более подробном ответе. Что ж, одной загадкой больше.

* * *

Коридорный достал ключ, открыл дверь и провел ее в просторную комнату, наполненную мерцающим светом. За витражными окнами тихо шелестели листья. Стелла растянулась на огромной кровати, впитывая тишину и одиночество. Затем она поднялась и по толстому ковру бесшумно направилась в ванную комнату. Ванна стояла перед длинным окном – Стелла различила вдали трех оленей на опушке леса. Она повернула краны до упора, высыпала целый пакет соли для ванн и слушала, как мелодично плещется вода, заполняя емкость. Воздух наполнился ароматом лаванды. Она сняла одежду и забралась в ванну, наслаждаясь прикосновением воды к телу. Легла на спину, радуясь теплу и тишине; смакуя осознание того, что совершенно одна. Наконец Стелла встала и еще некоторое время смотрела, как капли воды скатываются с кожи.

Закутавшись в толстый белый халат, она вошла в гардеробную и там чуть не споткнулась о чемодан Жюля. Он был кожаный, старый и явно дорогой. Подтащив его к кровати, Стелла с любопытством открыла замок. В воздухе сразу разлился аромат абрикосов и ванили. С испуганным криком Стелла повалилась на кровать. Ее замутило. Какой же идиоткой она была! Как можно было не догадаться?

Они познакомились странно, она с самого начала должна была это отметить. Уж слишком все было гладко… Не платил ли он владелице магазина «Платья мечты», чтобы та сообщала ему, когда покупали платья его жены? Чтобы отправляла их в «Де Маго»? И в Же-де-Пом? Неудивительно, думала она, что Жан-Мари примчался в Везле. Вспомнив ночную сцену на кухне, она съежилась и почувствовала такое сильное головокружение, что ей пришлось уткнуться головой в колени, чтобы не упасть в обморок.

Но как платье попало в магазин? Неужели он сам продал его странной маленькой лавочнице? Она вдруг вспомнила телефонный звонок и разговор, состоявшийся, когда она платила за платье. Стелла вскочила, но тут же села снова.

Без паники. Она произнесла эти слова вслух и заставила себя сделать несколько глубоких вдохов. Вспомнила, как ее охватил ужас в «Дружке Луи», когда по глупости она сделала неверные выводы. Жюль – друг Джорджа, он и ее друг. И никогда, ни разу ее не обидел.

А если это действительно совпадение… Кто смог бы заявить совершенно незнакомому человеку: «А знаете, на вас платье моей покойной жены»? И если это действительно было случайностью, трудно представить, каким это стало для него потрясением.

Или она просто оправдывает его, обманывая себя?

Все еще тяжело дыша, Стелла начала рассматривать содержимое чемодана. Одежда была красиво упакована и проложена слоями тончайшей белоснежной папиросной бумаги, которая хрустела от прикосновений. Стелла достала простой серый костюм с рисунком в елочку – юбка прямая и короткая, покрой пиджака напоминает мужской. Какая деликатность, подумала она. Предлагая ей эту роскошную версию ее привычной одежды, Жюль давал понять, что знает ее вкус, понимает ее. Стелла провела рукой по ткани, оценив ее пленительную мягкость, не в силах устоять перед желанием тут же примерить костюм. Будь у Жюля и Северины дочь, подумала она, эта одежда перешла бы к ней.

Разумеется, костюм идеально подошел по размеру: красная шелковая подкладка касалась кожи во всех нужных местах. В этом строгом наряде Стелла выглядела элегантно, уверенно. Глядя в зеркало, она видела не свое робкое отражение, а женщину, которая чувствует себя вправе занять достойное место в мире.

– Моей жене очень нравился этот костюм, – заметил Жюль, когда чуть позже они встретились в вестибюле. Он показал на твид. – У меня было предчувствие, что и вам он придется по душе. – Он улыбнулся чуть смущенно. – Вы на меня сердитесь? Могу понять. Мне следовало сразу все рассказать, но я был слишком потрясен. А потом было слишком поздно.

– Так вы это не подстроили?

Жюль уставился на нее.

– Подстроил?

Стелла стала пунцовой. Она не могла посмотреть ему в глаза.

– Мне пришло в голову – простите, – что, возможно, вы продали одежду Северины в тот магазин и просили их звонить, когда что-то будет куплено.

– Неужели вы могли в такое поверить? – Жюль был изумлен.

– Вы должны согласиться, – сказала Стелла, когда они сели в машину, – что все было очень уж гладко, просто неправдоподобно. Сначала женщина в магазине велела мне пойти в «Де Маго». А там были вы. Потом она твердила, чтобы я посетила музей, где вы когда-то работали. Это чересчур, чтобы быть простым совпадением.

Жюль шумно выдохнул через нос.

– Что ж, – кивнул он наконец, – полагаю, мне придется это признать. Но поверьте, у меня чуть не остановилось сердце, когда я увидел, как вы сидите в любимом платье Северины и едите так же, как ела она, – с полной отдачей, прислушиваясь к своим ощущениям. На миг я почти поверил, что она вернулась.

– Вы должны были мне сказать! – воскликнула Стелла.

– Вероятно, вы правы. Но мне казалось, что это будет слишком дерзко. И… – он замялся, – не очень правдоподобно. Как будто я ищу способ к вам… подкатить.

Стелла кивнула. Он был прав.

– Я хотел рассказать обо всем за ужином, но вы не дали мне такой возможности.

Стелла вспомнила странный ужин в «Дружке Луи». Как бы она отреагировала, если бы Жюль заявил, что на ней платье его жены? Скорее всего, запаниковала бы даже сильнее, чем сейчас.

– А потом… – продолжал он, – когда