Проблема притворства - Эмма Харт

— Я бы сказала, что не стоит волноваться, но лучше стоит. Он уже начинает превращать это в привычку. — Я сердито посмотрела на птицу. — И если ты пытаешься цитировать Гарри Поттера, то тролль был не на кухне, а в подземелье.

— Подземелье! Подземельеее! — завопил Чуи.

— Пошли. Обратно в свою комнату, — сказал мой безымянный герой, унося птицу.

— Эта птица — просто бедствие, — сказал Джеймс, провожая их взглядом.

— Не говори. — Я сунула поцарапанную руку в рот. — Когти у него знатные.

— Ты в порядке? — спросил Уильям, потянувшись к моей руке. — Тебе что-нибудь нужно?

— Это всего лишь царапина, не перелом. Всё будет в порядке, — улыбнулась я. — Но спасибо.

— Ну, хотя бы можем вычеркнуть это из бинго, — сказал он с улыбкой.

Я сердито на него посмотрела.

— Какой ещё бинго? — спросил Джеймс, глядя на нас, как будто у нас по две головы.

Мы с Уильямом переглянулись, и он покачал головой.

— Неважно. Хотя теперь я должен Фрейе пятьдесят фунтов.

— За что? — рассмеялся Джеймс.

— Мы поспорили, нападет ли Чуи снова на Грейс. Я проиграл.

Моя челюсть отвисла.

— Вы поспорили на то, что эта птица снова на меня нападет? Ты мерзавец!

— Это был просто… ааа! — Он упал набок на диван, когда я начала бить его подушкой, которая до этого защищала моё лицо от птицы. — Ай, ай, ай! Перестань! Грейс!

— Нет! — Я продолжала колотить его подушкой — по руке, по плечу, по ногам, везде. — Ты гад!

Джеймс засмеялся и вышел из комнаты.

— Оставляю тебя с этим.

— Мерзавец! — Я ударила Уильяма ещё раз, и он повернулся, схватив подушку и вырвав её из моих рук. — Верни это!

— Ни за что, ты дикая!

Я потянулась за другой подушкой, но он был быстрее, отталкивая каждую из подушек, которые я могла достать, а затем повалил меня на диван.

— Нет! Отпусти меня!

— Нет! Не отпущу, пока ты бьёшь меня подушкой!

— Ты забрал мою подушку! — Я смеялась, дрыгая ногами. — Уильям!

Его смех был громким, глубоким, раздавался из самой груди и обволакивал меня, заставляя мою кожу покрываться мурашками. Его руки крепко держали мои запястья, но не причиняли боли, и когда наши взгляды встретились, то поняла, где я нахожусь.

Под ним.

Руки прижаты по обе стороны моей головы.

Его лицо в нескольких сантиметрах от моего.

Его тело зависло надо мной.

Мой смех угас, когда каждое чувство в моём теле вспыхнуло. Каждое нервное окончание ожило, и его хватка на моих запястьях согревала меня так же, как его выдохи, касающиеся моих щёк.

— Слезь с меня, грубиян, — выдохнула я, смотря на него, зачарованная его глазами.

— Нет. — Его глаза сверкали смехом и чем-то ещё, чем-то тёмным и глубоким. — Не слезу, пока ты не пообещаешь больше так не делать, — ответил он, его губы слегка изогнулись в ухмылке. — Ну что?

— Я больше не буду. — Я не могла сдержать улыбку, солгав.

— Ты лжёшь.

— Ты называешь меня лгуньей?

— Если ты врёшь, то да. Ну так что?

— Я не буду этого делать, — повторила я.

— Не будешь чего?

— Бить тебя подушкой.

— Ты обещаешь?

— Ты отпустишь меня, если я пообещаю? — Я слегка наклонила голову, убедившись, что наши губы не на одной линии.

Я не доверяла себе.

Не с тем влечением, которое сейчас буйствовало в моем теле. Мое сердце колотилось о рёбра, и если я останусь здесь ещё немного, то мне будет трудно дышать.

— Ты обещаешь? — снова спросил Уильям, и его волосы упали на лоб. — Это простой вопрос.

— Нет, — ответила я, слегка улыбаясь. — Не обещаю.

— Тогда я не отпущу тебя. — Он ухмыльнулся. — Ты начала это.

— Я не начинала. Это ты всё начал со своим пари!

Его улыбка стала шире.

— Я поспорил, что этого не случится.

— Ужасный выбор.

— Очевидно. — Он наклонился чуть ближе ко мне. — Итак, ты пообещаешь больше не бить меня, или будешь лежать здесь и притворяться, что тебе это не нравится?

— Мне это не нравится, — возразила я. — Совсем.

— Мхм. — Он опустил голову еще ниже, пододвигаясь ближе, не отпуская мои руки. — Грейс, как только ты признаешь себе, что я тебе нравлюсь так же, как ты мне, этот уик-энд станет намного проще.

— Ты мне не нравишься, — прошептала я, отворачиваясь от него, медленно выдыхая, чтобы не потерять контроль над дыханием. — Какое самодовольство с твоей стороны так думать.

— Ты плохо врёшь, знаешь об этом? — Его пальцы сжались чуть сильнее, мягко надавливая на мою кожу. — Я чувствую твой пульс, Грейс.

— Рада за тебя, — огрызнулась я. — Теперь слезай.

— Только если ты пообещаешь.

— Ладно. Обещаю, что больше не буду тебя бить.

— Вот видишь. — Он медленно отпустил меня, выпрямляясь, но не отводя взгляда. — Это ведь было не так сложно, правда?

Я отодвинулась на диване и села, сверля его тёмным взглядом.

— Не делай так больше.

— Почему? Боюсь, что в следующий раз я не сдержусь и поцелую тебя? А вдруг тебе понравится?

— Ни малейшего шанса. — Я встала и направилась к двери, чувствуя, как сердце стучит, будто только что пробежала марафон. — Выбрось это из головы.

Уильям рассмеялся, когда я вышла в коридор и оглянулась по сторонам.

— Куда ты собралась?

Я тяжело вздохнула, обернулась к нему и сказала:

— Понятия не имею, — шагнув обратно в комнату. — Я не знаю, куда идти.

Он откинулся на подушки, смеясь во всё горло, а я развернулась.

— Чёрт с тобой! — крикнула я, перекрикивая его смех. — Я заблужусь!

— Подожди! Я иду!

Глава 20

Грейс

Ирония судьбы

— Эта погода просто сумасшедшая, — заметила я, обхватывая себя руками и зябко кутаясь в кардиган, пока смотрела в окно. На улице уже стемнело, но снежные вихри были видны сквозь тьму. Снег всё валил и валил.

— Никто не мог предсказать такое, — отозвался Уильям, подходя ко мне сзади. — И не похоже, что это скоро закончится.

— Надеюсь, электричество не пропадёт?

Он фыркнул.

— Шансы пятьдесят на пятьдесят, но скорее всего пропадёт. Всё-таки это старый замок.

— Надо было поехать домой, — пробормотала я, сильнее запахивая кардиган. — Или хотя бы в отель. В отелях, наверняка, свет не отключат.

Уильям тихо рассмеялся, и этот звук прокатился по моей коже.

— В отелях тоже отключат. Эта погода слишком экстремальна даже для наших мест. В новостях её называют снежной бомбой или что-то вроде того.

— Они и снежинку называют метелью. Я бы не стала доверять их словам. — Я фыркнула и отошла от окна, запорошенного снегом, чтобы присесть поближе к камину. — Зато мы не замёрзнем.

— Ну, не