Черные галстуки и невинная ложь - Кэт Синглтон

в душу и видит там то, что я хочу спрятать, это превращает момент во что-то большое, весомое. И этот вес меня не пугает, даже наоборот. Но само это осознание – да.

– Ну и что мне с тобой делать? – хрипло спрашивает Бэк. Он рассматривает мое лицо, а пальцы нежно, почти лениво гладят скулу. Это такое милое прикосновение, особенно если вспомнить, что всего минуту назад он долбил членом мое горло, пока из глаз слезы не прыснули.

– Трахни меня, – отвечаю я, и ответ больше похож на мольбу. Я задираю ноги и сажусь к нему на колени. Его член касается моей голой попы, по позвоночнику тут же бегут мурашки.

Он еще не отпустил мои щеки. Даже усилил хватку, а носом провел по моему уху.

– Малышка, насчет этого не переживай. Я буду трахать тебя снова и снова, пока твое тело не сможет больше выдерживать. А затем я повторю все заново, потому что ты лишала меня себя столько времени. Я имел в виду, что мне делать с тобой потом.

– Потом? – Я начинаю тереться об него тазом. Я такая мокрая, что скольжение выходит легким, идеальным. Одно правильное движение – и он окажется прямо во мне.

Он целует меня в шею, зализывая места, которые кусал. Видимо, таким и будет секс с Бэком впредь: жесткий, затем ласковый, наказание, следом удовольствие. У меня голова кружится от наслаждения.

Я чувствую его горячее дыхание на шее, а затем он отстраняется.

– Да, после. После сегодняшней ночи. После того, как мы уедем из этой гостиницы. Это не на один раз. Я сойду с ума, если твоя киска не станет моим домом – вся ты им не станешь – с этого дня и навсегда.

У меня сжимается живот от этих прекрасных слов. Не понимаю, как он может говорить так пошло и так поэтично одновременно.

– Бэк, – я издаю стон. Он мне отчаянно нужен. Он толкает член к моему входу лишь слегка, чтобы я все еще хотела большего. Я так его хочу. Он так мне нужен.

Он берет в рот мой сосок и проводит головкой по влажности между ног. Легкое трение по чувствительному клитору – и я изнываю от наслаждения. Он отстраняется, я чувствую прохладное дыхание влажным от слюны местом за ухом.

– Марго, – в его голосе слышится предупреждение.

– М-м-м? – Я продолжаю толкаться в него бедрами. Каждый раз, когда мне кажется, что я скольжу в правильном направлении, что вот-вот смогу насадиться, он чуть-чуть отодвигается и лишает меня того, чего я так хочу.

– Поклянись, что больше ты меня не оттолкнешь. Признай, что твоя сладкая киска хочет меня так же, как я хочу ее. Пообещай, что, когда мы уедем из этой дыры, ты все еще будешь моей. Пообещай, что завтра ты еще будешь моей.

Я сажусь, головка его члена прижимается к моему клитору. Вращаю бедрами, обхватываю его лицо ладонями и заставляю заглянуть в глаза.

– Только если будешь умолять, – дразню его я, напоминая, как он заставил меня встать на колени. Конечно, я его заставлять не стану, просто веселюсь.

Его глаза искрятся желанием. Он широко улыбается:

– Ты можешь поставить меня на колени в любой момент, Марго Моретти. Я был готов на них упасть в первую же нашу встречу.

– Ну не в первую, – напоминаю ему. Бэк, видимо, забыл, что мы познакомились в загородном доме его семьи, когда я, к сожалению, держала под руку Картера, а не Бэка.

Он укладывает нас на кровать, тела падают на мягкое одеяло.

– В самую первую.

33. Бэк

Я не даю ей времени на вопросы. Слова вылетают из меня прежде, чем я успеваю подумать.

Я хватаю ее за бедра, чтобы вернуть себе контроль. Она уже повеселилась, растирая свою влажность по моему готовому лопнуть члену. Я держался изо всех сил, чтобы не вонзить его в Марго. Еще никогда в жизни я не хотел потеряться в ком-то так сильно, как хочу потеряться в Марго.

Ее киска сжимала мой палец, когда я лизал ее. Очень плотно, показывая, какая она тугая. Я чувствую, как она уже сочится, но хочу убедиться, что она готова к моему размеру. Когда я наконец войду в нее, то не смогу сдержаться. Когда я войду в нее, эта киска должна быть ко мне готова как никогда.

Хватаю ее за бедра, укладываю сверху на себя.

Она кладет руки на мою грудь.

– Ты что делаешь?

– Хочу растянуть тебя под себя.

Она выгибается, трет свое возбуждение об меня. Я в восторге от того, как на нее действуют мои слова. Так сексуально. Мне даже прикасаться не нужно, чтобы она меня хотела.

– Я готова. Ты мне нужен, Бэк.

Я рычу. Мне остается только учить наизусть каждый дюйм ее идеального тела. Я бы проводил в ней каждую секунду, чтобы она не забывала – были мужчины до меня, но после меня уже никого не будет.

– Ты тоже мне нужна. Больше, чем кто-либо другой. Но я хочу тебя подготовить, чтобы ты приняла меня всего.

Ее бедра двигаются в моменте, и она тут же громко стонет.

– Я приму. Бэк, пожалуйста!

– Господи, Марго. Обожаю, когда ты умоляешь.

– Так трахни меня, наконец!

Наши споры почти так же заводят, как ее стоны. Даже разговор с ней – это уже прелюдия, такая же горячая, как мой язык на ее клиторе или член в горле.

– Я обязательно трахну тебя, малышка. Но сначала ты трахнешь мое лицо, чтобы я дышал только тобой.

Она замирает от этих слов, бедра останавливают свой ритм. Марго приоткрывает рот.

– Что?

Я кладу руки на ее талию, поднимаю и тяну Марго вверх.

– Я хочу, чтобы ты села мне на лицо, – медленно говорю я.

Она мотает головой, глаза расширяются:

– Не могу. Я никогда…

Я облизываю губы, смотрю на ее киску, которая с каждой секундой приближается к нужному месту.

– Тогда тем более. Я докажу, насколько ты моя.

Она смотрит на меня с сомнением.

– Ты уверен?

– Дурацкий вопрос. Конечно, я уверен, господи.

Я подтаскиваю ее выше, пока мои губы не оказываются напротив ее опухшей мокрой киски. Провожу языком по своей нижней губе. Я совсем недавно лакомился ею, но уже успел проголодаться.

Она хватается за изголовье кровати, чтобы держать равновесие. Ее складки прямо над моим языком, я пытаюсь опустить ее, прежде чем начать кружить им по клитору, но Марго так цепко ухватилась за кровать, что ничего не выходит.

– Сядь мне на лицо,