Ожившая невеста некроманта - Элиза Маар

— Отдай мою коленную чашечку, перхоть!

— Кри-и-и-и-и!

— Верни!

Что-то с грохотом упало, и послышался женский крик — перепугали кого-то из прислуги.

— Леди, подайте мою голову. Пожалуйста.

Снова что-то глухо упало. Может быть, эта самая леди. В обморок.

Малакай вздохнул, что-то прошептав себе под нос, и, наконец, оказался рядом. Я сосредоточилась полностью на нем.

— Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит? Голова? Эфир не обжигает? Или…

— Кай, стоп! Я в порядке. Точнее немного больно, но…

Он взял меня за руку, и я замолчала, когда его эфир приятно слился с моим. По коже побежали мурашки, когда холодок его магии впитался внутрь, заглушая боль.

— Лучше?

— Да, спасибо, — Я сглотнула, осматривая его. — Ты выглядишь… уставшим.

— Не спал твое суток. Ты здорово всех напугала.

— Так что случилось?..

— Тебе стало плохо, когда мы закончили занятие. Ты потеряла сознание и какого-то черта вся твоя энергия просто… исчезла.

— То есть? Как эфир может исчезнуть?

— Над этим мы все до сих пор ломаем голову, — он пересел ближе и, прислонившись к изголовью кровати, приобнял меня. — Три дня ты спала, набиралась сил. Сейчас твоя магия восполнилась, но это не тот уровень, которым ты владела.

Я положила голову ему на плечо и закрыла глаза, чтобы обдумать все, что он сказал. Отчего-то было трудно вспомнить то, что случилось, когда мы закончили заниматься, будто что-то не давало мне ухватиться за эти воспоминания.

Но едва я ухватилась за нужную мысль и притянула за ней вереницу других, как я резко распахнула глаза и отстранилась от жениха, ахнув. Аделаида!

— Что такое, Мэвис?

Я повернулась к нему.

— Я видела кое-что, когда отключилась, — я нахмурилась, собирая имена в памяти. — Аделаида, Малькольм и… Анника? Да, кажется, Анника.

Он явно не понял, что за имена я перечислила. Тогда я пересказала то, что увидела, и это заставило Малакая обеспокоиться. Списать на простой сон мы это не могли, потому что эфир просто никуда не исчезает. Тем более мы были в древнем месте, где произошло жестокое убийство.

— Ты упомянула Малькольма, — сказал он, почесав щеку, на которой была щетина.

Никогда не видела, чтобы этот мужчина выглядел так небрежно, но ему это безумно шло. Растрепанные серебристые волосы, щетина, простая одежда. То, что мы оба сейчас были не в академии, меня не волновало. Разберемся позже.

— Прадеда звали так.

Прадед. Хм… Возможно, я видела его портрет в этом особняке. Да и Блэквуды удивительно друг на друга похожи. Но это Малькольм особенно похож на Малакая.

— Я видела его… — Я всмотрелась в его лицо, отмечая, какое же огромное между ними сходство, но Малакай был гораздо красивее — однозначно. — Ты на него очень похож.

Он встретил мой взгляд. На некоторое время повисла тишина.

— О чем ты думаешь? — спросила я.

— Не нравится мне все это, Мэвис. Совсем не нравится. Если это проделки кого-то из мертвых, это могло тебе сильно навредить.

Смерти очень нравилось мне вредить. Может, она за мной охотилась еще с того первого раза, когда не смогла забрать?

Так как я была еще не в состоянии даже встать, Малакай оставил меня целителю, чтобы тот осмотрел мое бренное тело и помог прийти в себя. Сам он поговорил с Люциусом и моим папой, который из-за случившегося задержался в королевстве. Я надеялась, что из-за этого у него не будет проблем.

Когда мой жених вернулся, я уже была на ногах, искала, что одеть, чтобы не светить телом в этой полупрозрачной сорочке. Скитти и Чокко, надоевшие друг другу, были в разных углах спальни. Один дрых без задних ног, а второй был странно молчалив.

— Что это со Скитти? — тихо спросила я у Кая, когда, одевшись, посмотрела на скелета.

— Понятия не имею, какой таракан пробрался в его дырявую голову на этот раз. — Он сосредоточился полностью на мне. — Тебе лучше?

— Гораздо.

— Рад слышать. Через час я верну тебя в академию, так что у тебя есть время попрощаться с отцом.

Разочарование было ощутимым и горьким. Я не хотела прощаться с папой, потому что знала, что еще долго его не увижу, но особого выбора у меня не было. Из-за меня он и так задержался дольше, чем следовало. Дома из-за этого могут возникнуть проблемы.

— К слову об академии, там проблемы будут?

— Кремберли еще то проклятие, но отец с этим разобрался. Мы с тобой были на официальном больничном. Но это не значит, что ты снова не отстала.

Захотелось от души выругаться. Я замучилась проводить все свое свободное время в библиотеке. А теперь, когда мы с Малакаем решили, чего хотим друг от друга, все его хотелось потратить на жениха.

— Не расстраивайся, — он отвел от моего лица прядь черных волос. — Три дня это не месяц.

Я подняла руки и сжала пальцы на рубашке жениха, заглядывая ему в глаза. Его кадык дрогнул, когда он сглотнул, потому что я оказалась слишком близко.

— Ты продолжишь вести у моей группы эгд?

— Пока да, — сказал он, мельком взглянув на мои губы.

— Как так вообще вышло?

— На факультете некоторые проблемы с преподавательским составом. Спиристов не так много и живем мы недолго, если уровень эфира не позволяет.

Я улыбнулась, подойдя к нему вплотную и, скользнув руками по груди, обняла его за шею.

— Ты ведь не будешь со мной очень строгим, м-м, магистр Блэквуд?

Он улыбнулся уголком рта, и появилась ямочка. Его руки скользнули по моей талии к пояснице и опустились на попу. Горячее дыхание обожгло ухо, когда Малакай наклонился и прошептал:

— Учись, выполняй все задания и в принципе будь хорошей девочкой, и тогда у нас не возникнет проблем.

Я наклонилась назад в его руках, чтобы посмотреть в глаза.

— И что будет, если я не буду «хорошей девочкой»? — тихо спросила я, чуть приподняв бровь и стараясь скрыть, как участилось моё сердцебиение от его близости.

Малакай слегка отстранился, но руки с моей талии не убрал. В его глазах мелькнуло что‑то озорное — то редкое выражение, которое появлялось, только когда мы оставались наедине.

— Тогда, — он сделал паузу, и его губы дрогнули в полуулыбке, — мне придётся найти способ тебя перевоспитать.

Я рассмеялась,