Плененная поневоле - Алекса Аверина

себя маску строгости и формальности. Свитер обтягивает его фигуру, и эти идеально сидящие джинсы, придают ему легкость. Он будто моложе выглядеть стал. И улыбка, такая искренняя, добрая. Я бы никогда не подумала, что за этой улыбкой, может скрываться такая жестокость и агрессивность.

— Хорошо выглядишь. — говорит и тоже осматривает меня с ног до головы.

— И ты… — отвожу глаза с трудом, улыбаться начинаю отвернувшись. — Я сейчас волосы высушу и буду готова. — забегаю в ванную, к раковине подхожу и в зеркало смотрю.

Да что со мной, ну почему я так реагирую на него? Это же так ненормально. Внутри трепет, сердце бьется, как сумасшедшее. А он? Почему я так ему понравилась? Дышать без меня не может… От воспоминаний его слов, еще больше улыбаться начинаю, щеки горят. Я нужна ему, защитит от всех. Верю ему.

А от него самого кто защитит? Одно неправильное слово или действие и вспыхнет как спичка, сжигая все кругом. Как с ним вести себя? Могу ли просить о чем нибудь?

Могу ли попросить позвонить сестре? Мне так ее не хватает, мы никогда не расставались и на сутки. Она наверно обижается на меня. И что папа ей сказал, как объяснил мое отсутствие? Папа… ему наверно так плохо. Как они там, без меня? Хоть бы с ними было все хорошо.

Вздрагиваю, когда волос касается рука. Так задумалась, что не заметила, как вошел Ренат.

— Поторопись, все уже ждут. — говорит спокойным и тихим голосом, вынимая влажные волосы из под свитера. Берет из моих рук фен, включает в розетку и направляет горячий воздух на голову. Шеи касается то и дело пока водит по волосам рукой, а я в зеркало слежу за ним. Совсем в своих чувствах и мыслях запуталась.

Слышу вибрацию телефона в его кармане, но он не отвлекается от моих волос. Сушит, сам расчесывает. Сколько же нежности в его касаниях, в его взгляде. Почему он мне стал верить? Что произошло? Так все непонятно.

— Ренат, я не хочу ко всем выходить в одежде Амины.

— Все хорошо будет, быстро поедим и уедем. Ну или хочешь, можем поесть в ресторане? Но это долго. Пока доедем, закажем, пока принесут.

— Зачем в ресторане? На улице полно милых кафешек, я видела. Но я бы поела домашней еды, конечно. — поворачиваюсь к нему, улыбаюсь. — Там в коридоре, очень вкусно пахнет.

— Тогда пошли? — убирает фен, берет меня за руку и мы выходим.

Сердце так колотится, будто сейчас выпрыгнет из груди. С каждым шагом, становится все страшнее, но я с ним, значит нечего бояться.

Проходим в холл, слышу мужские голоса и смех. А мне вот не смешно, я чувствую, столько злости сейчас выльется на меня от отца Рената, и как с этим справиться, я не знаю.

Столовая находится по другую сторону от лестницы, заходим туда за руку и все сразу замолкают. Ренат ведем меня к круглому столу, где и правда, уже все сидят, ждут нас, а может и не нас а Рената. Он отодвигает мне стул и я сажусь.

Сразу напротив, встречает меня взгляд Дамира Анваровича, полный гнева и ярости, но молчит. Рядом с ним сидит Валид, тоже слегка нахмурился, а затем поднял бровь в удивлении, тоже молчит. Рядом с ним и со мной сидит их дядя. На него я даже не смотрю, а смотрю на их мать, что сидит по другую руку от Дамира Анваровича. Она тоже будет кушать? Интересно, как? Ренат садится рядом со мной. Между ним и матерью, стоит еще один стул.

Обстановка слишком напряженная, я тут лишняя, это всем понятно.

— Мда, — тишину разрушает голос их дяди. — И ты позволишь этому, Дамир? — замечаю, с какой ненавистью их отец смотрит на Рената, и тоже перевожу взгляд на него. Он спокойный и слишком уверенный.

— Это, пока еще жена Рената. Я не могу ее выгнать.

— Это так. Юля будет сидеть за этим столом. Кто проявит к ней неуважение, тот проявит его и ко мне.

— Сынок, это вещи Амины? — у него глаз дергается от злости, но старается изо всех сил быть спокойным.

— Да.

Резко вздрогнула от громкого удара кулаком по столу. Напрягаюсь вся, край свитера тереблю, нервничаю. Как же хочется исчезнуть, убежать, закрыться. Зря я сюда пришла, не надо было, чувствовала же.

— Как ты посмела притронуться к вещам моей дочери! — глаза бы в пол опустить, заплакать, но нет, сопротивляюсь этому. Я не слабая, и ни в чем не виновата, не по своей воле я тут. Смотрю нагло в глаза Дамиру Анваровичу, ответить хочу, что из-за него, я осталась без своих вещей, но Ренат опережает.

— Это я ей их дал! — берет меня за руку под столом, теперь чувствую себя чуточку уверенней, немного успокаиваюсь. — У Юли пока нет своей одежды, но мы сегодня купим ей новые. А пока, попрошу принять этот факт, и больше к нему не возвращаться. Вещи Амины, мы положим на место.

— Будь проклят тот день, когда ты ее привел в наш дом. Но ничего, это ненадолго, скоро ведь свадьба. Потерпим немного. — свадьба? Неужели это правда? А я… что будет со мной? Он меня отпустит? Чувствую, как Ренат сильнее сжимает мою руку. — Кстати, как там Дианочка?

— Я вроде попросил об уважении. — выходит из себя Ренат.

— А ты, Ренат, проявляешь уважение к будущей супруге, вступив в брак непонятно с кем? Ты хоть понимаешь, что Диана сейчас чувствует? — говорит их дядя, а я ощущаю, что Ренат уже на пределе, и ясно почему! Их дядя, настоящий провокатор и злодей. Знали бы они все, что этот мужчина делает с таблетками, он бы точно уже не жил.

— Я смотрю, тебя это больше всех волнует? Я сам решаю, к кому и как проявлять свое уважение.

Пусть говорят все, что хотят, я не верю им. Я верю своим глазам и чувствам, словам Рената и его действиям. Возможно, у него и правда должна была быть свадьба, но это было до меня. Я — жена. Я помню, как Ренат, эту Диану отстранил от себя, помню, как сразу же меня обнимал. И его слова, что я не пустое место, что засела ему в душу, что дышать без меня не может, придают мне уверенности и значимости. Сама переплетаю наши с ним пальцы, другой рукой накрываю его руку. Ловлю его взгляд, такой встревоженный, и слегка улыбаюсь ему.

— Заканчиваем! Давайте уже поедим спокойно? — перебивает Валид. — Где Рита? Ритааа. — зовет