Необычный любовный роман - Эшли Постон

Я нашла его зонтик у двери и ушла, чтобы забрать свои вещи и сообщить новости Джуни. Она показалась более чем заинтригованной, поигрывая бровями, пока я покидала гостиницу, но я отказывалась придавать этому какое-либо значение. Простой факт заключался в следующем: если мне нужно было выбирать между подачкой от Андерса и ещё одной ночью в гостинице с сантехникой, в которой обитают привидения, Андерс был беспроигрышным вариантом. По крайней мере, я смогу немного поспать в книжном магазине. Это была единственная причина, по которой я вообще допустила мысль о возвращении в лофт. Дело было вовсе не в самом Андерсе.

Нет, совершенно нет.

Когда я вернулась, Андерс, должно быть, провёл со своим котом очень суровую воспитательную беседу, потому что Баттерс свернулся калачиком на своей подстилке у окна, повернувшись к нам спиной и угрюмо глядя на скворца, который дразнил его с уличного фонаря. Пока Андерс заканчивал подсчитывать (надо признать, неизменную) кассу, я нежно погладила кота.

— О, не ведись на его надутый вид, — сказал Андерс, сверля Баттерса суровым взглядом. — Он знает, что натворил.

Я вызывающе склонила голову.

— Я сочувствую ему. Мы оба знаем, каково это — попасть тебе в немилость.

— Чепуха, — он закрыл кассовый аппарат и пронзил меня своими яркими зелёными глазами. — Ты ещё не заперла меня снаружи окна. Но я уверен, что время ещё есть. Будем есть? — спросил он, кивком головы предлагая мне проследовать за ним через книжный магазин в заднюю часть здания, и Баттерскотч спрыгнул вниз, чтобы пойти следом. Я на мгновение заколебалась, подумав, что, возможно, я тоже немного в беде.

Просто совершенно другого рода.

Облачно, возможны осадки в виде поцелуев

— Не обращай внимания на беспорядок, — сказал он, приглашая меня в небольшой жёлтый двухэтажный таунхаус, стоявший позади книжного магазина.

Здесь было уютно, всё было обставлено довольно причудливо, с клетчатыми узорами и мебелью ручной работы. Из прихожей лестница вела прямо наверх, где, как я предполагала, находилась спальня. Справа дверной проём вёл в небольшую, но удобную гостиную с аккуратно сложенными на спинках диванов пледами, а слева находилась кухня в зелёных тонах. Дом был милым, но в каком-то отстранённом духе, словно жильё с Airbnb. На стенах не было никаких фотографий, а на столиках — ничего личного.

Я села за стол, пока он кормил Баттерскотча, бормоча и поглаживая его по спине:

— Мы сегодня усвоили урок, да?

В ответ кот лишь мурлыкнул, не соглашаясь, но и не обещая исправиться.

Я подперла голову рукой.

— Я правда никогда не представляла тебя кошатником.

— А что, я похож на собачника? — спросил он, подойдя к шкафчику и достав из кладовой две банки соуса — альфредо и томатный. — Красный или белый?

Сначала я подумала, что он шутит, но когда он продолжил ждать моего ответа, я сказала с совершенно серьёзным видом:

— О, боже.

— Что?

— Соусы для спагетти — это не виды вина, — я заставила себя встать и забрала банки с маринарой и альфредо из его рук. — Ты вообще умеешь готовить?

Он фыркнул.

— Очевидно же.

Лжец.

— Ну да. Садись, я всё сделаю, — сказала я и жестом предложила ему занять моё место. — И отвечая на твой вопрос — нет. Я не думала, что ты собачник, кошатник или любитель птиц. Я вообще не думала, что у тебя могут быть домашние животные. Ну, — я на мгновение задумалась, — разве что миниатюрный пони. По имени Ральф.

Он прищурился.

— Почему Ральф? И почему миниатюрный пони?

— А ты имел несчастье встречаться с ними?

— Не могу сказать, что имел.

— Считай, что тебе повезло. Однажды мы с Пру решили срезать путь через фермерское поле в нашем родном городе. Забыли, что фермер выпустил своих пони на лето. Этот мелкий засранец гнался за нами через всё поле. Посреди ночи, — я достала кастрюлю и начала набирать в неё воду, устремив взгляд куда-то вдаль. — Я до сих пор не могу идти ночью по полю, не слыша призрачного ржания.

— И пони звали Ральф? — невозмутимо спросил он.

— Тайгер Бит, — ответила я, что только сбило его с толку.

Его кухня напоминала мне дом моей бабушки в те времена, когда я была маленькой, и она присматривала за мной, пока мама уходила на работу. Петли на шкафчиках скрипели, плита была газовой, горячую воду из-под крана приходилось ждать целую вечность, и всё было слегка покрыто ржавчиной. Он сел на мой стул и проинструктировал меня, как включить газовую плиту, но я выросла с такими же. Он, очевидно, нет. Родился и вырос в самом сердце Лос-Анджелеса. Его отец был бухгалтером в крупной киностудии, а мама — инструктором по пилатесу, что удивило меня, потому что Рэйчел обычно делала своих героев сиротами. Наверное, с ним она захотела сделать что-то другое.

— И ты… решил стать владельцем книжного магазина? Как так вышло? — спросила я, выловив макаронину из кипящей воды и бросив её в стену. Она сползла вниз, значит, паста ещё не была готова.

— Я сделаю вид, что ты только что не швырнула макароны на мой кафель.

— Так можно проверить, готовы ли они, — объяснила я. — Если прилипают — готово. Знаешь выражение «бросать всё в стену и смотреть, что прилипнет»? Как ты думал, откуда оно взялось — от мячиков на липучках?

Он задумался.

— На самом деле я об этом не думал.

— Очевидно, твоей специальностью был не английский, — ответила я.

— Журналистика.

— Тогда как ты здесь оказался?

Его лицо исказилось, и он откинулся на спинку стула, словно пытаясь придумать, что сказать. Я прислонилась к столешнице, изучая его. Должна же быть какая-то связь с другими персонажами. Обычно Рэйчел вводила героя или героиню до того, как выходила их книга, а пока никаких очевидных героинь поблизости не наблюдалось. Лили назвала его дядей, так может, он родственник Томаса? Но они не выглядели как