Королева Ночного Неба - Амали Ховард

— Спасибо, сир. — Мужчина кланяется, выглядя облегченным, словно не сомневается, что король победит, и это заставляет меня задаться вопросом, насколько он могущественен, чтобы справиться с полностью выросшим диким василиском, который может убить человека взглядом.

Я все еще размышляю о василисках, когда следующий мужчина выступает вперед, поэтому я полностью пропускаю его слова. Я прихожу в себя только тогда, когда чувствую изменение в энергетике комнаты.

— Что значит, что вы не можете заплатить квартальные налоги снова, Лорд Доннан? Все дворянские поместья обязаны короне и моей защите. — Голос короля — рык, угроза поднимается от него волнами. Волосы на моем затылке встают дыбом.

Мужчина — Лорд Доннан — невысокий, со светлыми волосами, одетый в модные одежды, стоит надутый и красный перед королем.

— Потому что они непомерны… Ваше Величество. — Тон лорда язвителен, и более чем очевидно, что он не сторонник короля. Тем не менее, быть таким смелым в лицо королю требует наглости. — Наш урожай в этом году мал.

Лицо, вырезанное из камня, король наклоняет голову.

— Или потому что вы набиваете свои карманы, Доннан, чтобы расплатиться с вашими игровыми привычками, в то время как люди в вашем поместье и на вашем попечении голодают, — говорит он шелковистым голосом. Комната становится неестественно тихой, и моя магия вспыхивает, предупреждая меня об опасности.

Мужчина бледнеет.

— Нет, Ваше Величество.

— А теперь вы мне лжете. — Король смотрит на Ани, которая немедленно поднимает бухгалтерскую книгу. Глаза дворянина расширяются так сильно, что, кажется, вылезают из лица. — У нас есть доказательства ваших неоплаченных счетов. Ваш долг — жизненный долг — теперь мой, чтобы взыскать. И у вас есть деньги, не так ли, Лорд Доннан?

— Подождите… это… подождите… я был… — он запинается, становясь багровым. Внезапно мужчина неестественно замолкает, словно что-то мешает ему говорить. Я щурюсь, наблюдая, как его цвет лица усиливается, а глаза краснеют, когда он царапает свое горло.

— Никаких оправданий. Доказательство налицо. — Голос короля становится многослойным с мощным всплеском принуждения, которое даже я могу чувствовать. — А теперь скажите мне, как вы получили такой приток монет.

К этому времени лорд, такой самоуверенный ранее, дрожит в своих дорогих начищенных сапогах. Его взгляд мечется между бухгалтерской книгой и королем и становится паническим. Его лицо становится пурпурным. В равной мере ужаснувшись и завороженная видом псионических даров короля в действии, я наклоняюсь вперед. Все в его сидячей позе не угрожает, за исключением извивающегося темного дыма, который расширяется и отступает, как живое дыхание, вокруг него, словно ожидая разрешения.

Все видят эти тени?

— Подождите! — теперь открыто умоляет Доннан, снова способный говорить, его глаза устремлены на этот извивающийся вихрь. Что ж, это отвечает на мой вопрос. — Ваше Величество! Я могу заплатить!

Король наклоняет голову.

— Как?

Сила в этом единственном слове заставляет каждую кость в моем позвоночнике щелкнуть и напрячься. Пески.

— У меня есть деньги! Я несправедливо плачу своим работникам. Я лжец и мошенник, — выкрикивает мужчина, рыдая, когда правду вырывают из него. Он закрывает рот, но у него есть еще одно признание. — Мои люди охотятся на яйца аздахи!

Откровение взрывается в тронном зале, оставляя после себя шепот, и я клянусь, король начинает вибрировать от ярости.

— Ты что? — гремит Король Дарриус. — Объяснит.

Но мужчина снова тщетно раздирает свое горло, его рот открывается и закрывается, как у рыбы, вытащенной из воды. Его испуганный взгляд снова устремляется к бухгалтерской книге Ани, словно она содержит все его секреты.

— Я… я… я…

Что-то еще явно мешает ему подчиниться принуждению короля и раскрыть больше. Зачарование? Должно быть, так и есть, поскольку мой взгляд устремляется к королю, который, кажется, пришел к тому же выводу, когда его лицо становится жестче.

— Вы знаете закон, — тихо говорит он.

— Пощадите меня, сир. — Лорд Доннан скулит, протягивая руку к бухгалтерской книге. — Я… я… прямо там… заплатил… пожалуйста…

Темный дым сочится вниз по ступеням возвышения, глаза мужчины расширяются от страха, когда он делает несколько шагов назад, но стражники, внезапно оказавшиеся позади него, не дают ему бежать. Я смотрю в немом ужасе, как эти призрачные, чернильные веревки — те же самые, которые удерживали меня в крыле целителя, — обвивают ноги мужчины, как змеи, охватывают его торс и утолщаются на шее… медленно сжимаясь. Подавленный крик вырывается из его горла, и король только смотрит в зловещем молчании.

Он не уступает, его магия настолько сильна, что нет даже подергивания лицевых мышц. Его тени роятся, как встревоженные осы, и затем внезапно единственным шумом в зале становится тошнотворный хруст костей, когда шея мужчины ломается.

Он падает на пол, безжизненный.

— Уберите эту грязь с моих глаз, — приказывает король ожидающим стражникам.

Эти бездонные темные глаза встречаются с моими, и я вздрагиваю.

Глава 16

Зал опустел, и я встаю, чтобы сбежать, но обнаруживаю, что мой путь заблокирован водоворотом теней. Я вздрагиваю, безжалостная убийственная сила всех этих щупалец — на переднем плане в моем мозгу. Если бы они желали мне зла, я была бы уже мертва, поэтому я достигаю спокойствия и остаюсь неподвижной.

В следующее мгновение король появляется в центре этой массы, завитки теней впитываются в его сияющую смуглую кожу, поднимаются по шее и застывают на месте. Опора эфира, — думаю я перемещение сквозь тьму должно быть кинетическим, — и легкость, с которой он это делает, доказывает, что он, несомненно, сюзерен ранга, что я уже подозревала.

Пропасть, этот человек пугающе огромен. Эполеты делают его плечи еще шире, зазубренные края добавляют свирепости, от которой мой пульс пропускает удар. Или, возможно, это просто его нависающее присутствие, магия внутри него едва сдерживается этим мощным, смертоносным телом.

Я заставляю себя не замечать остроту его челюсти, когда он возвышается надо мной, суровый рот, который не назовешь полным, но при этом чувственный, и темный собственнический взгляд в его глазах, когда они скользят по мне с головы до ног.

Хотя на что именно у него собственнические чувства, понятия не имею.

Ставни опускаются на его взгляд, когда он замечает, что я смотрю в ответ, его взгляд становится намеренно пустым, словно он не хотел быть таким прозрачным.

Я делаю реверанс и нарушаю тягостное молчание, пульсирующее между нами.

— Ваше Величество.

— Я знал, что ты будешь сиять ярче самой яркой звезды на небе, — хрипло говорит он. — Это платье тебе очень идет.

О. Платье. Я забыла, что на мне то, что выбрал он.

— Я не кукла, которую вы можете наряжать по