Возмездие - Серайа

— Расстегни мой ремень, — потребовал он низким голосом, заправляя выбившуюся прядь волос мне за ухо.

У меня по спине побежали мурашки от контраста между его хриплым тоном и мягким жестом.

Я подчинилась, не отводя от него глаз. Звук расстегивающегося ремня разорвал тишину, и его брюки тяжело повисли на бедрах.

Я чувствовала, как его глаза блуждают по моему голому телу, и когда он подался ближе, я инстинктивно отшатнулась, упираясь спиной в стену.

— Ты знаешь, каково это — ждать тебя семь лет? — спросил он, его голос стал глубже и жестче.

Я слегка покачала головой, широко распахнув глаза в предвкушении того, что он сделает дальше.

— Я искал тебя повсюду — несмотря на то, что бюро приказало мне прекратить поиски. Меня чуть не уволили, потому что я не мог отпустить тебя. Я тонул в работе, доводил себя до безумия, потому что не мог выбросить тебя из головы. Боль никогда не прекращалась. Я каждый день спрашивал себя, почему ты ушла. — Он сделал паузу. — Только чтобы найти тебя годы спустя замужем за другим мужчиной.

Его слова полоснули по живому, сожаление захлестнуло меня. Его темные глаза искали мои, и, несмотря на всю жесткость его тона, все, что я могла разглядеть сквозь злость, — это боль, которую он скрывал.

Он смотрел на меня тяжело дыша.

— Я ждал тебя, тосковал по тебе, — прошептал он мягко, и в его голосе сквозили усталость и смирение.

Я сделала ему больно, очень больно, и оставалось лишь одно.

— Прости, — опустив глаза, произнесла я.

Он молчал какую-то секунду, и я подняла взгляд — его жесткие карие глаза уже смотрели на меня. Его челюсти сжались, казалось, он боролся с тем, что делать дальше, а внутри него шла война воль.

Наконец он зашипел, выдергивая ремень из шлевок и складывая его пополам в одной руке, и от его следующих слов по моему телу пробежал страх.

— Мне не нужны твои извинения. Я хочу, чтобы ты показала мне.

Я нахмурилась, глядя на него снизу вверх, а он шагнул в сторону, кивком указывая на спальню.

Я не боялась Тео. Я доверяла ему и была готова на все, чтобы вернуть его, пусть даже на одну-единственную ночь.

Проскользнув мимо, я направилась в комнату, бросив взгляд через плечо — он шел следом, сжимая в руке ремень. Тревога нарастала по мере того, как он захлопнул за нами дверь, а густая тишина между нами стала почти осязаемой.

Глаза Тео блуждали по моему телу, пока он хлопал кожей о ладонь, и этот звук отдавался эхом от стен, а он подходил все ближе, и теперь нас разделяло лишь крошечное пространство.

Мои губы приоткрылись, и его большой палец очертил их контур.

— Повернись и ложись на живот, — приказал он низким, хриплым шепотом с угрожающими нотками.

Я подняла взгляд, задерживаясь на выпуклости, натягивающей его брюки, и встречаясь с ним глазами. Я заглушила миллионы крутившихся в голове вопросов и сделала то, что велели, ложась лицом вниз на край кровати, прижимая ладони к покрывалу рядом с головой.

— Посмотри, как моя киска течет для меня, — похвалил он, и я уткнулась лицом в ткань, заглушая всхлип.

Я была согнута и в его власти, что в теории должно было пугать, ведь я терпела чей-то контроль над собой, но я не хотела, чтобы он останавливался.

Если честно, это было полной противоположностью.

Я хочу большего.

Я горела изнутри, извиваясь под интенсивностью его взгляда. Под бременем тишины я подняла голову и уже собиралась повернуться, чтобы посмотреть на него, как его ладонь обхватила мою шею сзади, вжимая мое лицо в постель.

— Не двигайся, пока я не скажу.

Мое тело ныло от потребности, когда его рука покинула мою шею. Он провел пальцем по позвоночнику, по складке ягодиц и легким касанием провел по моей киске.

Он был так методичен в своих дразнящих ласках, давая мне крошечные фрагменты удовольствия, но останавливаясь прямо перед тем, как они взорвались.

— Тео, пожалуйста, — умоляла я, пока он продолжал свое восхитительное мучение, повторяя свой путь, бормоча что-то на испанском, чего я не могла разобрать из-за похотливого тумана, в котором находилась.

Напряжение в моем центре сжалось, каждое нервное окончание в теле умоляло об освобождении. Я попыталась податься навстречу кончику его пальца, который кружил вокруг моего входа, просто желая погнаться за тем, чего так жаждало мое тело, как вдруг по спальне разнесся резкий звук удара.

Черт.

Острая боль разлилась по задней стороне моих бедер.

— Тео, — вскрикнула я от неожиданности и боли, моя спина выгнулась, и я уткнулась лицом в матрас, всхлипывая.

— Вот так, mi alma, позволь мне услышать, как ты кричишь мое имя.

Его ладонь погладила то место, куда он только что ударил, и пока я пыталась прийти в себя, он нанес еще один удар по тому же месту, за которым быстро последовало растирание уже и так чувствительной кожи.

Я заглушила крик в плюшевом одеяле, мое тело напряглось в ожидании следующего удара.

— Ты выглядишь изысканно с моими метками на тебе, mi alma, — похвалил он.

Я ждала продолжения, но шлепков больше не последовало, и на смену им пришло странное разочарование.

Секунду спустя я почувствовала, как он опустился на колени.

Я хотела спросить, что он делает, но это стало ясно, когда он сжал мои ягодицы руками и впился пальцами, раздвигая меня шире. Я резко вдохнула от стыда за то, что была так открыта.

Мои зубы впились в губы, и во рту заполнил привкус меди. Он наклонился и завис над телом, словно выжидая, что я буду делать.

Когда я не двинулась, он прижался ближе и сделал то, чего я никогда не ожидала.

Он глубоко вдохнул.

— Какая отзывчивая, — пробормотал он у моей мокрой киски. — Я едва коснулся тебя, а твоя киска уже дрожит.

Я ахнула так сильно, что мои легкие почти сжались от внезапной смены давления. Затем, без предупреждения, его рот сжался на моем клиторе, прижимая язык к нему.

Лизание. Всасывание. Покусывание.

Его язык работал надо мной, доводя меня до исступления своим ртом при каждом идеально выверенном движении. Его руки сжали внутреннюю часть моего бедра, удерживая меня прижатой к его лицу.

Из его груди вырвался рык, и я потерлась о него. Его зубы предупреждающе прикусили мой клитор, но мне было все равно.

— Те... — Моя