Возмездие - Серайа

сбилось, превратившись в короткие выдохи, а его суровое прикосновение наполняло меня смесью наслаждения и боли. Я была мокрая, до неприличия мокрая. Отогнав эти мысли, я попыталась подавить ноющую боль и придумать, как от него избавиться, потому что ситуация стала критически опасной.

Голова с глухим стуком откинулась назад о стену, и я попыталась сосредоточиться на чем угодно, кроме его шершавых рук на моем теле.

Черт, черт, черт. Возьми себя в руки, София. Предательское тело, прекрати немедленно.

По спине пробежала дрожь, когда тыльная сторона его костяшек поднялась еще выше, приближаясь к тому месту, где он был мне так необходим. Сердце заколотилось в ожидании, но он неожиданно замер, играя с краем моих хлопковых шорт.

Пальцы впились в стену позади меня, цепляясь изо всех сил, чтобы не поддаться порыву обнять его. Мне нужно было вернуть контроль над ситуацией, перехватить инициативу до того, как он раскроет меня окончательно.

Мой взгляд снова упал на Тео, и я встретила его глаза со всей возможной уверенностью, позволяя своему желанию взять верх, прежде чем сменить роли и сыграть возмущенную жену.

Его рука продолжала собственнически сжимать мое внутреннее бедро, когда я разжала кулаки по бокам и обхватила его пальцы своими, медленно скользя ими по внутренней стороне бедра, пока они не остановились прямо там. Прямо там, где он мог узнать, какое влияние он на меня оказывает.

Его тело напряглось, дыхание сбилось, когда я остановилась опасно близко, его костяшки коснулись моей обнаженной киски. Мои глаза оценивали его лицо в поисках реакции, когда я ослабила хватку, надеясь, что он продолжит по своей воле.

Он сглотнул, горло дернулось. Его грудь была совершенно неподвижна, когда он посмотрел на мою руку, и на мгновение я задумалась, дышит ли он вообще.

Его темный взгляд метнулся вверх, задержался на моих губах, прежде чем столкнуться с моим, и огонь в его глазах, знакомый мне до боли, зажег мою душу изнутри. Мы просто смотрели друг на друга какое-то мгновение, и я не могла сделать вдох, даже если бы захотела, а мои веки трепетали.

Я наконец жадно втянула полный рот воздуха, приподнимая бедра и толкая свой обнаженный центр ближе к его руке. Его рука резко оторвалась от моего горла, сжав подбородок так сильно, что зубы впились в щеку, и он подался еще ближе.

Его челюсти были напряжены, пронзительный взгляд приковал меня к месту, а выражение лица предупреждало: «даже не смей меня искушать».

— Ты затеяла опасную игру, mentirosilla,32 — предупредил он.

Но искушать его было единственным способом сохранить свой секрет.

Когда я поняла, что он не сдвинулся с места, моя рука легла на его плечо, пальцы поползли к затылку, запутываясь в волосах. Мои ногти царапнули кожу головы, прежде чем пальцы впились в волосы, заставляя его приблизиться.

Мое сердце колотилось от адреналина, кровь раскалялась, посылая жар по всему телу. Я сильнее выгнула бедра, заставляя грудь коснуться его груди в поисках новых прикосновений.

Я почувствовала, как его тело завибрировало от нерешимости, его натянутая воля боролась между похотью и жаждой ответов.

Он застонал, наконец подаваясь навстречу моим пальцам, и я подумала про себя, что у меня получилось, но тут он наклонился и прошептал мне прямо в губы:

— Я тебе не верю, — хрипло бросил он с издевательской усмешкой, отводя руку чуть ниже.

Тревога заскреблась под кожей.

— Ты мне не доверяешь, — тихо призналась я, пытаясь вызвать его сочувствие.

Отодвинувшись, он склонил голову набок и тихо усмехнулся.

— Нет. Ты не дала мне повода.

Я приоткрыла рот, чтобы ответить, но слова застряли на выдохе, когда его большой палец лениво и нежно погладил внутреннюю сторону бедра, обжигая кожу. Моя хватка на его шее стала мертвой хваткой, я пыталась удержаться на ногах.

Мои ноги бессознательно приоткрылись, приглашая его, желая дать ему лучший доступ. Он втиснул колено между моими раздвинутыми ногами, вжимая мою спину в стену. Моя киска пульсировала, учащенный пульс бился о его бедро, а влага просачивалась сквозь тонкую преграду хлипких шорт.

Блять.

Хотя мне было немного стыдно от мысли, что он может почувствовать это тепло, я поднялась на носочки, наши носы почти соприкасались. Мой живот сжался от того, как близко мы находились, но я отбросила это ощущение.

— Мне плевать, — прошептала я. — Твоя работа — не верить мне. А делать то, что тебе говорят.

Его губы приоткрылись, угольно-черные глаза бушевали, как шторм, а пальцы подергивались на моем лице. Я думала, он наконец отпустит меня, но вместо этого он продолжил вычерчивать крошечные круги на моей коже.

Я опустилась обратно на всю стопу, пальцами дергая за короткие завитки его волос, пытаясь остановить его, потому что моя решимость оттолкнуть его постепенно таяла, и я не знала, как долго смогу сопротивляться.

Он потерся бедром о мои ноги, создавая дразнящее трение, и я прикусила губу, чтобы заглушить рвущийся наружу стон. Его рука оставила мой подбородок, пальцы скользнули по шее и плечу, прежде чем он убрал ее. Он уперся ладонью в стену над моей головой, а затем уронил голову на стену прямо рядом со мной.

Повернув голову, он обдал мою щеку и ухо горячим выдохом. Его губы коснулись мочки уха, заставив меня содрогнуться всем телом. На лбу выступили капельки пота, но я отказывалась отступать перед его вызовом.

Он провел большим пальцем выше по внутренней стороне моей ноги, остановившись там, где его бедро встретилось с моим центром, где мое возбуждение пропитало шорты и оставило след на его брюках.

Он размазал это по ткани, затем поднес тот же палец к моим губам, терпкий запах моего возбуждения затуманил чувства. Он прижался лбом к моей голове, пока не коснулся моего. Его взгляд искал мой, наше дыхание переплелось.

— Ты похожа на нее, — хрипло сказал он.

Это было едва ли громче шепота, но этих веских слов хватило, чтобы лишить меня дыхания. Мне действительно стоило отойти сейчас же. Ничего хорошего не вышло бы из того, что я позволяла ему продолжать этот ход мыслей, но опьяняющий аромат, заполнявший воздух, сковал меня, словно в трансе, лишив возможности двигаться.

Его рука изогнулась вокруг моей спины, скользнув вверх по позвоночнику, и мое тело прогнулось по его воле. Его ладонь обхватила мое плечо, замирая и касаясь выреза белой хлопковой футболки — его белой хлопковой футболки.

Он взглянул вниз, положив ладонь на мою грудь, под левую ключицу, прямо туда, где билось мое сердце.

— Ты чувствуешься как она.

Сдавленный стон