Жена на удачу, или Договор расторжению не подлежит! - Елена Сергеевна Счастная

и тьмы бросилось на Фанассу, опутала гигантскими щупальцами и сдавило так, что казалось, даже воздух сейчас захрустит, словно треснувшее стекло. Но звука не было. Была лишь вспышка ослепительной белизны, которая тут же была поглощена бездонной чернотой.

Багровая магия Анджи не взорвалась. Она… расслоилась, словно радуга, на знакомые, чистые составляющие – серебристый свет, аметистовую энергию зачарования, лазурную магию иллюзий и бархатную тень. Освобождённые стихии рванулись прочь, подобно стаям испуганных птиц, возвращаясь к своим истощённым владельцам.

– Ловите их, удерживайте! – скомандовал Мирэй.

Атика и Фалаэль сориентировались без заминок. Им удалось перехватить потоки и удержать, чтобы они вновь не смешались воедино.

Нам лишь осталось окончательно раздавить Анджи. Но мы поняли вдруг, что наших сил не хватит – мы истратили их слишком много и резерва на решающий удар не осталось. Нам ещё удавалось сдерживать бушующую в щупальцах порождения Фанассу, но это был тупик.

– Слёзы… – проговорил Мирэй. – Выжигают мою магию.

Мой взгляд, до того сосредоточенный на существе, метнулся к нему. Под ногами Мирэя всё дымилось, ослепительный свет, словно огонь по бумаге, полз вверх по его телу – Свет стремился к свету, и контур Паладина не мог выдержать такой концентрации магии. Что делать? Если бы я знала…

– Я попытаюсь надавить ещё, – бросила ему сквозь рёв схватки.

И тут краем глаза заметила шевеление в стороне. Один за другим Владыки приходили в себя и, быстро оценив обстановку, включались в битву. Без лишних вопросов и уточнений. Я ощутила, как моя аура стала легче, когда тёмный Владыка перехватил часть нагрузки на себя, подпитал порождение, встал у меня за спиной, давая защиту.

Аметистовый приблизился к Атике и усилил её заклинание – вместе им удалось отщепить аметистовую магию от общего потока ещё увереннее.

Лазуритовый опустил руку на плечо Фалаэля, и на его лице проступило облегчение – всё-таки опыта в таких делах ему недоставало, и поддержка оказалась очень кстати. Лишь светлый владыка, держась за раненое плечо, остался стоять в стороне, наблюдая за тем, как безумная сила Слёз пытается расщепить Паладина и развеять его в пыль.

– Ну же! – рявкнула я, уставившись на него в упор. – Действуйте, или я лично вас добью!

Странно, но моя угроза возымела действие. Арок сделал шаг вперёд, поднял руки и наконец заключил мощь Слёз в плотный контролирующий кокон. Мирэй покачнулся, опустил голову, будто его вынули из огня, затем он подобрался вновь и напитал наше общее порождение новой порцией света.

Щупальцы вокруг тела Фанассы сжались сильнее, зал наполнил раскатистый довольный рокот существа. Оно стало больше, поднялось под самый свод зала… А затем раздался тихий, высокий звон, будто лопнула хрустальная струна, натянутая между мирами.

Глава 13

Огромный тёмный сгусток, в который превратилось переплетение тел сущности и Фанассы, начал разрастаться. Мы все попятились, стараясь не попасть под удар, или чтобы нас хотя бы не придавило. Невыносимо тугая энергия хлынула в стороны, и у меня даже зашумело в ушах от перенапряжения.

– Отпусти, – шепнул на ухо Владыка. – Попытаешься удержать – выжжешь ауру.

И я отпустила. Мощь порождения выросла многократно, оно буквально полностью поглотило Фанассу, его щупальца уже невозможно стало пересчитать. Всё оно сочилось тёмной магией, и та сгущалась до тех пор, пока очертания этой ужасающей конструкции окончательно не потерялись в её глубине.

И в какой-то миг стало тихо. Нечеловеческие вопли Анджи оборвались, а само порождение перестало, кажется, даже шевелиться. Ещё мгновение назад маги с трудом удерживали нити расщеплённой магии, а теперь они просто рассыпались, а Слёзы Однокрылой вдруг превратились в мутную серую жижу. Похоже, они отработали своё, и смешанная магия окончательно изменила их структуру.

– Что там? – шепнул Фалаэль.

Чёрное марево ещё клубилось вокруг схватки двух чудовищ. Мирэй наконец опустил руки и первым сделал шаг вперёд. Короткое заклинание – и муть начала рассеиваться. А то, что мне увидели вскоре, поразило всех без исключения. Сплетение тел Фанассы и порождения застыло, будто оплавилось. Теперь оно было покрыто спёкшейся коркой, черты оплыли, как нагретый воск.

– Это кокон? – опасливо уточнила Атика. – Выглядит ненадёжно.

– Сомневаюсь, что это кокон, – я покачала головой и наконец сдвинулась с места.

– Постой! – попробовал остановить меня тёмный Владыка.

Но встретившись со мной взглядом, понял, что слушаться его я теперь не намерена. Вместе с Мирэем мы осторожно приблизились к ещё горячему, будто бы тлеющему изнутри клубку. От него исходил странный, незнакомый запах.

Я медленно подняла руку и коснулась его самыми кончиками пальцев. Думала ощутить что-то твёрдое или, может, упругое, но внезапно всё это нагромождение вздрогнуло и начало осыпаться. Никто и опомниться не успел, как от уродливой «скульптуры» остался лишь ворох сажистых хлопьев, а внутри – ничего.

Арок Латзагрим как-то жалко, тихо всхлипнул и бросился разгребать чёрную, пачкающую руки и одежду кучу, но тела Фанассы там так и не обнаружилось, он перерыл всё, и никто не пришёл ему на помощь. Мы с Мирэем лишь обменялись взглядами, я покачала головой – не нужно вмешиваться. В конце концов, Владыка сомневался, не позволить ли Слезам испепелить Паладина, и теперь я чувствовала к нему лишь отвращение с каплей жалости.

Наконец осознав, что от его дочери не осталось ничего, кроме праха, Владыка тяжело опустился в разворошенный пепел и замер, сгорбившись.

В Цитадели воцарилась оглушительная тишина. Некоторое время я ещё прислушивалась, не появится ли Анджи где-то ещё, но впервые чувствовала, что он пропал – полностью. Впервые за последние недели я не ощущала никакого давящего присутствия, не слышала никаких шепотков чужого голоса – вместо этого пришло полное спокойствие и освобождение.

– Владыка, – наконец окликнул Арока Мирэй. – Нам нужно уходить. Смешанная магия ещё долго будет отравлять остров. А наши защитные амулеты почти разряжены.

– Не стоит ли нам убедиться, что Анджи действительно уничтожен? – осторожно уточнил аметистовый Владыка. – Он провёл здесь столько лет…

Каменный грохот где-то в недоступных взгляду глубинах замка заставил его резко смолкнуть. Все мы насторожились, завертели головами. Звук повторился и продолжился нарастающим гулом, под ногами задрожал пол.

– Похоже, здесь всё начинает рушиться! – привёл всех в чувство Фалаэль. Первым делом он схватил за руку Атику, другой махнул нам с Мирэем. – Надо уходить!

На этот раз грохот раздался очень близко, с потолка посыпалась каменная крошка вперемешку с вековой пылью и трухой старых деревянных балок.

– Владыка! – Мирэй схватил Арока за плечи и силой оттащил в сторону, мы все отшатнулись и, сбившись в кучу, быстро последовали к двери, постоянно озираясь в поисках надвигающейся