Жена на удачу, или Договор расторжению не подлежит! - Елена Сергеевна Счастная

Да, сейчас я чувствовала её особенно остро – как пробегающие по коже горячие иголки, слишком тонкие, чтобы причинить боль, но возбуждающие все магические рецепторы.

– Значит, нам нужно быть осторожными, чтобы не напугать их ещё больше… – сделала я вывод. – А сейчас… Я больше не хочу думать о них, – призналась, снова притягивая его к себе для поцелуя. – Только о нас.

Мирэй обхватил меня уверенным кольцом рук и одним рывком опрокинул на постель. Теперь он возвышался надо мной, заслоняя собой комнату, Цитадель, весь этот уставший от передряг мир. Несколько мгновений его взгляд, штормяще-синий и бесконечно серьёзный, изучал моё лицо, а затем он вновь набросился на меня с ещё более голодным, чем раньше, поцелуем.

Буря стихла постепенно, будто Мирэй передумал торопиться. Теперь в движении его губ было лишь томительное, неторопливое изучение. Каждое прикосновение его рук казалось исцеляющим, смывающим с меня следы кошмаров и воспоминаний. Я отдалась этим ощущениям, позволив нашим магиям сплестись в единый, пульсирующий клубок энергии, который звенел в крови и заставлял сердце биться всё быстрее, наполняя тело трепетом и нетерпением.

Мирэй снял с меня одежду медленно, почти благоговейно, словно разворачивал бесценный дар. Его пальцы скользили по коже, оставляя за собой горячие следы, а губы следовали за ними, вышивая на моём теле узоры из шёпота и поцелуев. Я извивалась под ним, теряя контроль над собственным телом, которое хотело вобрать ещё больше ощущений, ещё больше нашей близости.

И наконец между нами не осталось никаких преград – мы слились воедино не стремительным натиском, а медленным, неумолимым погружением, ощущая каждый миг этого соединения. Напряжение, сладкое и невыносимое, нарастало с каждым движением. Больше не было света и тьмы, была лишь всепоглощающая стихия, рожденная из нашего единства.

Я чувствовала, как его магия вливается в меня, пронизывает каждую клетку, а моя, тёмная и глубокая, отвечает ей, обвиваясь вокруг его сущности, сливаясь в нечто третье, цельное и совершенное.

Мы двигались вместе и вместе рождали что-то большее. Синие глаза Мирэя не отрывались от моих, и в них я читала неутолимую жажду познать меня всю до конца. Более того, я готова была позволить ему это.

– Смотри на меня, – прошептал он, когда волны наслаждения начали смывать последние остатки моего сознания. – Я хочу видеть, как ты падаешь.

И я падала – в бездну, наполненную звёздами. Схватившись за его плечи, я вскрикнула, припадая к его приоткрытым губам, чувствуя, как его дыхание сплетается с моим, как наши силы вспыхивают вместе, озаряя комнату красно-золотым светом.

Затем мы замерли, дрожащие и опустошенные, все ещё соединённые. Его лоб упал мне на плечо, дыхание было горячим и тяжёлым. Наши сердца колотились в унисон, постепенно успокаиваясь.

Он не двигался ещё долго, просто держа меня в объятиях, и я чувствовала, как наша общая магия медленно утихает, оседая в нас глубоким, умиротворённым гулом. Я не знала, что ждет нас дальше, сколько нам ещё предстоит вынести ради того, чтобы быть вместе. Не знала, какие испытания приготовит нам судьба. Но здесь и сейчас, в руках своего нежданного светлого мужа, я нашла то, чего у меня не было давно – покой.

– Оставайся, – пробормотала, плавно погружаясь в сон. – Не смей уходить!

– Никогда, – тихо ответил Мирэй.

И в этой тишине, где наши магии сплелись в единое целое, не было нужды ни в каких других словах. Буря осталась снаружи. Здесь же было затишье. И это был самый главный итог нашей битвы.

Эпилог

– Общим решением Совета Арок Латзагрим лишается своего положения Владыки Хрустальных островов, – голос тёмного Владыки Арраниса гулко разнёсся по торжественному залу Кристальной Цитадели, где сегодня были заняты все места.

На оглашения результатов последнего сбора расширенного состава Совета были приглашены все видные маги со всех архипелагов. Даже Верховные – и те были здесь. Сейчас они временно могли покинуть свои места без опаски. Недавняя проверка обстановки на Пепле показала, что там всё настолько спокойно, что почти мёртво. Озеро лавы уничтожило не только Рубиновую Цитадель, но и все её окрестности, а замеры магии не выявили опасного уровня смешения.

Да, за Пеплом ещё следовало наблюдать, но пока никто не горел желанием соваться туда слишком часто. Тёмные пришли к выводу, что запасов уже добытого аскулминта хватит на «карантинный» период, а затем они разморозят остановленную выработку. Но всё будет зависеть от обстоятельств.

Себя я к тёмным уже не причисляла. Казалось, с каждым днём моя магия принимает всё более необычную форму – её уже нельзя было отнести к какой-то определённой фракции. Её наблюдал мой муж, и по особому распоряжению – ещё несколько доверенных магов.

А совсем недавно я начала чувствовать какой-то особенный подъём, но не сразу поняла, с чем это может быть связано. Однако, перебрав несколько вариантов и даже посетив лекаря, всё-таки догадалась, о чём и собиралась сегодня рассказать Мирэю.

– Арок в силу своего психического состояния признан нестабильным и опасным, его силы подлежат ограничению, а сам он – продолжительному наблюдению со стороны избранной комиссии, – продолжал тем временем Арранис. На него сегодня была возложена ответственная задача – огласить всё по пунктам. Суровая внешность Владыки лишь добавляла весомости его словам и приковывала к себе все без исключения взгляды. – И новым Владыкой Хрустальных островов назначен киэр Андоур Брандир!

Какое-то мгновение в зале ещё висела озадаченная тишина – гости осознавали услышанное – а затем всё пространство наполнилось гулом бурных аплодисментов. Андоур плавно встал и, медленно повернувшись вокруг себя, поклонился всем присутствующим, подтверждая, что он готов принять этот пост. С него должна была начаться новая династия Владык Хрустального архипелага. Его стойкость, хладнокровность и сила должны были привести их к окончательному спокойствию.

Сейчас многие признаки отравления смешанной магией уже исчезли, растворились. Там, где она тронула острова меньше всего, всё уже пришло в норму – и это давало надежду на то, что постепенно благоденствие вернётся во все части архипелага.

– Место Верховного мага теперь будет занимать Светлейший Паладин – Мирэй Брандир.

Я повернулась к мужу и крепче сжала его ладонь. Но на лице светлого как будто не отразилось никаких эмоций.

– Ну вот! – хмыкнул Фалаэль. – Я так и знал.

– Да все знали, – поддакнула Атика, которая сидела слева от меня. – Ты что, не рад?

– Чему тут радоваться? – усмехнулся Мирэй, вставая.

Ровно так же,