Поцелуй меня, Док! - Девон Этвуд

— Ты неисправимая развратница, доктор Колдуэлл. Ненавижу быть тем, кто сообщит тебе это.

— Интересно, как выглядит исправимая развратница, — пробормотала я, задумчиво.

Кэл рассмеялся, и когда мы подошли к его машине, он открыл мне пассажирскую дверь. Но прежде чем я успела сесть, он притянул меня к себе, к своей твёрдой груди, и склонился, чтобы мягко поцеловать. Его губы двигались медленно, тепло, будто он был готов провести всю ночь, изучая каждую грань наших поцелуев. Когда он отстранился, то прошептал:

— Я бы и не подумал что-то в тебе менять. Ты идеальна такая, какая ты есть.

Моё сердце взвилось вверх, как стая испуганных скворцов.

— Ты тоже, — прошептала я в ответ.

Кэл слегка улыбнулся и чмокнул меня в скулу.

— Видишь? Мы идеально подходим друг другу. Хотя, возможно, ты передумаешь, когда узнаешь, что я приготовил на нашу поездку.

— Мне стоит беспокоиться? — спросила я, прищурившись.

Кэл обошёл машину и сел на своё место с лукавой, молчаливой улыбкой. Он припарковался совсем рядом с моим домом, и хотя все парковочные места были заняты, на улице в этот час не было ни души. Сумеречный свет заката окрашивал белый салон автомобиля в тёплый медный оттенок, и когда Кэл захлопнул за собой дверь, я позволила себе немного понежиться в этом летнем сиянии.

Кэл повернулся ко мне, и лучи заходящего солнца скользнули по его чётким чертам, как преломлённый янтарь.

— Хочешь сыграть в одну игру?

С тобой? В любую. Особенно если ты будешь смотреть на меня так, как сейчас.

— Зависит от игры, — ответила я, прищурившись с лёгким сомнением.

— Победа тебе гарантирована, — осклабился Кэл.

— Что-то это звучит слишком подозрительно.

Кэл тихо усмехнулся, но больше ничего не сказал — до тех пор, пока мы не выехали за пределы Юджина и не поднялись на съезд к шоссе. Наконец он спросил:

— И что у тебя под юбкой, Шортстоп?

Я метнула на него удивлённый взгляд, не произнеся ни слова.

— Прости?

Когда мы ускорились, Кэл наклонился и постучал по бардачку передо мной.

— Это будет иметь значение, когда ты откроешь его и увидишь, что я приготовил на вечер.

По-прежнему сомневаясь, я поддела защёлку пальцем и открыла отсек. Внутри лежал небольшой чёрный футляр на молнии — совершенно безобидный на вид. Я взяла его в руки и коленом захлопнула бардачок.

— Что это?

— Посмотри сама.

Я скосила на дружелюбного Кэла ещё один быстрый взгляд и расстегнула молнию на тканевом футляре, размером примерно с старый CD-диск. Когда я откинула верхнюю крышку, внутри, в мягком отделении, лежал аккуратный чёрный предмет из силикона, а рядом — нечто, похожее на серебристый пульт. Я медленно повернула голову к Кэлу, глядя на него полуприкрытыми глазами, как сатанинская кукла.

— Что это?

Его белоснежные зубы блеснули в золотом свете заката, струившемся через лобовое стекло.

— Мне просто интересно, сколько ты продержишься. Ты ведь всегда так долго разгоняешься.

— Боже мой, — пробормотала я, бросив взгляд на вибратор и пульт. — Никогда не должна была рассказывать тебе об этом.

— Вполне возможно, — согласился он, всё так же улыбаясь.

Я вновь перевела взгляд с игрушки на него.

— Ты же не всерьёз.

— Я серьёзно, — сказал он, вдруг наигранно посуровев. — Я расстроюсь, если ты не вставишь это в себя, Рут.

— Но мы же едем на церемонию награждения! — воскликнула я, голос у меня скакнул на октаву выше.

— И во время церемонии тоже, — уверенно добавил он.

— О нет. — Я захлопнула крышку футляра. — Ни за что.

— Рут, — сказал Кэл, и его голос стал низким, с предостерегающим тоном. — Ты боишься?

— Я… — Я замялась, задумавшись. А действительно ли боюсь? — Думаю, я колеблюсь потому, что это... необычно. Но не боюсь.

— Ну конечно нет. И ты же не откажешь мне в игре только потому, что она кажется тебе необычной, правда? — Кэл бросил быстрый взгляд в мою сторону, прежде чем снова сосредоточиться на дороге.

— Н... нет, — наконец выдавила я. — Наверное, не откажу.

— Тебе хоть немного любопытно? — продолжил он, уголки губ дрожали от сдерживаемой улыбки.

Я прикусила нижнюю губу.

— Думаю… да.

— Тогда будь хорошей девочкой, вставь это в себя и дай мне поиграть с тобой.

Я сжала ноги. Его голос проник сквозь меня, обвил мои молекулы, впитался в саму суть. Я не могла отделить себя от этого желания — от него. И осознание этого хлынуло во мне, как азарт перед прыжком с парашютом. Я влюблялась в этого мужчину — стремительно, без возможности повернуть назад. Я бросила на него горячий взгляд, следя за его профилем, и щёлкнула защёлкой футляра.

— А ты, случайно, не хочешь пульт… после того, как я это сделаю?

Медленная, самодовольная улыбка приподняла его щеки:

— Можно даже сказать, что я настаиваю, Шортстоп.

Я глубоко вдохнула, стараясь сохранить самообладание, и подняла яйцеобразный вибратор из футляра. У него было гибкое колечко на конце — для удобства, наверное.

— Пожалуйста, только не угробь машину, пока я это делаю, Кэл.

— О, не я тут рискую потерять концентрацию, — усмехнулся он.

Силикон был мягким, почти как замша, но скользкий, и с боку уже светился крошечный синий огонёк. Я бросила неуверенный взгляд на Кэла, раздвинула колени и чуть приподняла бёдра. Кэл скользнул по мне взглядом и тут же вернул глаза на дорогу.

— Хотя… может, я всё-таки в опасности. Чёрт, ты выглядишь чертовски хорошо.

Я бросила на него кокетливый взгляд и скользнула рукой между ног. Пришлось немного отодвинуть кружевные трусики в сторону, и вот игрушка уже была у самого входа — там, где влага собралась лишь от одной мысли, что я собираюсь сыграть в такую игру с Кэлом. Я ввела её внутрь своего вдруг занывшего центра, и она легко скользнула в меня. Я поёрзала, устраивая её поудобнее. Размер был идеальный: достаточно большая, чтобы не выпасть, но не настолько, чтобы мешать. На самом деле, я даже могла бы забыть, что она там.

На всякий случай я потянула за маленькое силиконовое кольцо, убедившись, что всё надёжно. Затем отстегнула изящный овальный пульт от футляра и протянула его Кэлу, посмотрев на него с лёгким подозрением.

— И в чём же заключается твой гениальный план?

Кэл нажал кнопку на пульте.

Жужжание наполнило меня, пронзая мою чувствительную глубину, дрожа в нервах, тянущихся к клитору, и вызвало такой мощный прилив желания, что я задохнулась. Ладони упали мне на бёдра, я напряглась, выгнулась и сжалась вся до кончиков пальцев.

— Ох, чёрт…

Кэл снова нажал кнопку,