Останься со мной - Брук Монтгомери

— Считай, что... может быть.

— Конечно, понравилось. Но, чёрт возьми, как же это было тяжело.

— Да, — кивает он.

— Ты в порядке? — спрашиваю я, когда включается свет и замечаю, какие у него красные глаза.

— Всё нормально. Просто подумал о Билли и о том, как хотел бы успеть с ним попрощаться.

— Я тоже этого хочу для тебя.

— Но знаешь, приятно, что на этот раз у меня не случилась паническая атака, как обычно бывает, когда думаю о нём. Думаю, это потому что ты была рядом.

— Правда? — я крепче сжимаю его руку. — Значит, нам нельзя расставаться никогда.

Он широко улыбается.

— У меня с героем Патрика всё-таки есть кое-что общее. Помнишь, он говорил в начале фильма, что всякий раз, когда в его жизни происходит что-то хорошее, он боится это потерять? Вот это ровно то, что я чувствую, когда становлюсь таким счастливым. Будто не заслуживаю, и это у меня отнимут.

Его слова пронзают меня, разбивая сердце снова, после всего, что я только что пережила. Его честность переворачивает мою душу, и я думаю о том, что никогда не вынесу, если Трипп пострадает по моей вине.

— Я никуда не уйду, — обещаю я, обхватываю его лицо ладонями и целую. — Никто не сможет помешать нам быть вместе и счастливыми.

Ноа будет на седьмом небе, когда я расскажу ей новости, а родители Триппа уже меня любят, так что останется только держать Трэвиса подальше.

— Отвезти тебя домой или хочешь остаться у меня? — спрашивает он, когда мы идём, держась за руки, через парковку.

— Ночевка? Эм, да, пожалуйста! — я засияла при мысли, что проведу всю ночь, свернувшись рядом с Триппом. Наверное, я должна бы нервничать, ведь мы ещё никогда не делали этого раньше, но меня переполняло только предвкушение.

Он усмехнулся, и когда мы подошли к его пикапу, он оттолкнул мою руку, стоило мне дотронуться до дверной ручки. Когда он сам распахнул дверь, я расхохоталась над его настойчивостью не позволять мне открыть её самой.

— Удивительно, что ты вообще позволил мне идти самой, — поддела я его, когда он запрыгнул на своё сиденье.

— Я подумал, что тащить тебя снова на плече могли бы воспринять неодобрительно.

— Ну, на будущее: есть только одно обстоятельство, когда это допустимо. Когда я голая, а ты бросаешь меня, как тряпичную куклу. Вот тогда можно и на плечо закинуть.

Из его горла вырвался низкий рык, и он вцепился в руль обеими руками.

— Ты понимаешь, что ехать до моего дома сорок минут? Обязательно доводить меня до стояка каждый раз, когда мы садимся в мой грузовик?

Я пожала плечами с самодовольной улыбкой.

— Упс.

Но я знала, что не стоит сильно дразнить его, когда снаружи кромешная тьма. На сельских дорогах полно опасностей: то олень выскочит, то какой-нибудь водитель зазевается и резко вильнёт.

Пока мы ехали обратно в Шугарленд-Крик, меня вдруг скрутило, и на серпантине накатила тошнота.

— Всё в порядке? — спросил Трипп, когда я прижала щёку к холодному стеклу.

— Просто немного мутит. Кажется, я съела слишком много сладкого.

— Чёрт, может, остановиться?

Я покачала головой.

— Нет, всё будет нормально, как только мы перестанем ехать.

— Я приторможу. Эти дороги могут вызвать морскую болезнь.

Часть меня хотела сказать ему, чтобы он ехал быстрее и мы быстрее добрались домой, но стоило ему сбросить скорость, как меня отпустило.

— Лучше? — спросил он, когда я выпрямилась.

— Да, странно. Кажется, прошло.

Он взял мою руку и поцеловал костяшки пальцев.

— У меня дома есть лекарства, помогут.

Наконец мы добрались до ранчо, и, когда он припарковался, я на этот раз дождалась, пока он сам откроет мою дверь.

— Хорошая девочка, — подмигнул он, помогая мне спуститься.

— Поосторожнее с такими словами. От них у девушек бельё само исчезает.

— О, а твои трусики у меня и так уже есть.

Я рассмеялась, глядя на его самодовольную ухмылку.

— И где же ты их спрятал?

После нашей сцены в кофейном трейлере я всё-таки заехала домой, переоделась и надела новые. Но я бы не возражала, если бы он сорвал и эту пару, а потом тоже оставил у себя.

— Это мой маленький секрет.

Я фыркнула, пока он открывал дверь и жестом пригласил меня войти первой.

— Если я права, они либо в твоей прикроватной тумбочке, где наверняка хранятся презервативы и смазка, либо в бардачке. Чёрт, надо было проверить!

— Мимо и мимо.

— В одном из ящиков комода?

— Не-а.

Я прошла дальше в его дом. Технически это дуплекс, но Лэнден живёт наверху, так что почти квартира. Я была здесь всего пару раз и никогда не успевала толком всё рассмотреть.

— Подожди... я знаю! — сказала я и пошла дальше по коридору, минуя спальню и гостевую, пока не нашла нужную дверь.

— Куда это ты? — он шёл следом.

— Если найду, заберу назад.

— Не думаю. Я их честно украл.

Я распахнула занавеску в ванной и торжествующе рассмеялась.

— А-ха! Извращенец! — схватила их с душевой лейки.

Трипп выхватил их у меня из рук и поднял над головой.

— Не выйдет, Санни. Это моё.

Я вытянула руку, но даже если бы подпрыгнула на двадцать сантиметров, всё равно не достала бы.

— Правда? Не думаю, что прозрачный розовый — твой цвет.

— Нет? — он приложил их к своему щетинистому лицу. — По-моему, отлично сочетается с моим тоном кожи.

— Боже, ты же маньяк по женскому белью, да? У тебя наверняка в ящиках целая коллекция чужих трусиков.

Я потянулась, когда они оказались в пределах досягаемости, но он снова оказался быстрее и отдёрнул руку, держа их надо мной.

И тут тошнота вернулась.

— Кажется, меня вырвет, — сказала я и развернулась к унитазу.

Стоило поднять крышку, как желудок сжало, и наружу вышло всё: попкорн, M&M's, мармеладки и сладкий напиток.

— Чёрт, Санни, — Трипп опустился рядом, придержал мои волосы и гладил по спине, пока волна за волной накатывала.

Через десять минут я уже не понимала, что ещё может выйти, но рвота не прекращалась. Боль была такая, что я всерьёз подумала, будто у меня лопнул сосуд в глазу.

— Всё, кажется, я закончила, — простонала я, и он помог мне подняться.

— Садись, я принесу воды.

Я опустила крышку и откинулась назад.

Когда он вернулся, то протянул мне розовую бутылочку и стакан воды.

— Ну как, легче теперь, когда всё вышло?

Я открыла бутылку, сделала несколько больших глотков и запила водой.

— Не особо. Знаешь, блевануть при тебе — это, пожалуй, номер один в моём списке «фу». Так что, отлично, избавились от этого на раннем