Шёпот судьбы - Кэтрин Коулз

Рука Холта дрогнула, крепче сжимая мою руку.

— Кроха Уильямс права, — сказал Нэш.

Лоусон выдохнул.

— Мы разговариваем со многими. Всеми, кто имел отношение к нападениям со стрельбой многолетней давности, и всеми, кто оказывался поблизости от недавних атак. Но на допрос пока никого не вызываем. Мы также связываемся со всеми, кто пережил стрельбу десять лет назад, и просим их соблюдать осторожность. Но не распространяться об этом.

Я прокрутила это в уме.

— Вы не хотите никого пугать.

— Нет. Я не хочу паники в моем городе, и не хочу, чтобы виновный заметал свои следы лучше, чем он уже это делает, — согласился Лоусон.

Я крепче сжала руку Холта, подыскивая нужные слова.

— А если был третий стрелок?

Я не высказывала свои подозрения с того третьего и последнего разговора с полицией десять лет назад. Тогда исполняющий обязанности начальника заставил меня почувствовать себя истеричным ребенком, разуму которого нельзя доверять. И я ему поверила.

— Я знаю, что врачи сказали, что я могла не мыслить здраво из-за потери крови и раны, но я бы поклялась, что в тот вечер в доме был третий человек.

Лоусон наклонился вперед в своем кресле.

— Ты же говорила, что ошиблась. Что их было только двое.

— Тогда копы… они заставляли меня сомневаться во всем, что я помнила, если это не соответствовало их версии.

— Засранцы, — пробормотал Холт.

Лоусон послал ему укоризненный взгляд.

— Поверь мне. Я тоже не в восторге от того, как они тогда вели дела. Но они находились под чертовски большим давлением, пытаясь замять эту историю. Это привело к тому, что они форсировали события там, где, вероятно, не должны были этого делать. У правды есть своя временная шкала.

Но время, потраченное на то, чтобы докопаться до правды, иногда может нанести непоправимый вред. Они знали это лучше, чем большинство, потому что видели, как Роан был сломлен вопросами о том, был ли он замешан. Неважно, что никто из нас в это не верил. Это подозрение изменило его, и с тех пор он уже не был прежним.

Нэш пристально посмотрел на меня.

— Рэнди и Пол всегда клялись, что их было только двое. Никого другого. Ты не думаешь, что они хотели бы, чтобы их подельник прохлаждался вместе с ними на нарах?

Я высвободилась из руки Холта, и на этот раз он отпустил меня, как будто почувствовав, что мне нужна свобода движений. Я переплела пальцы вместе, покачиваясь с пяток на носки.

— Я снова и снова прокручивала в голове тот вечер, даже когда это было последнее, о чем я хотела думать. Я слышала кого-то внизу. Абель сказал мне, что полиция уже в пути, и я подумала, что это они пробираются наверх. Я думала, что со мной все будет в порядке.

Мускул на челюсти Холта дико дернулся, и он вцепился в спинку кресла.

Я не позволила этому остановить меня. Я должна была это сказать.

— Я слышала, как кто-то поднимался по лестнице, а потом сказал: «Где, черт возьми, Холт? Они нужны нам оба».

Атмосфера вокруг меня наэлектризовалась. Я никогда не говорила никому, кроме полиции о том, что слышала. Никогда не рассказывала об этом Холту. Каждый раз, когда я пыталась поговорить о том, что произошло, он останавливал меня, говоря, что не стоит переживать все это заново.

Я повернулась к нему.

— Я была рада, что тебя там не оказалось, — прошептала я. — Я бы не пережила, если бы с тобой что-то случилось.

На лице Холта отразилось столько эмоций. Они сменялись так быстро, что я едва могла распознать одну, прежде чем появлялась другая. Затем он устремился ко мне. Притянул меня в свои объятия.

— Я здесь, Кузнечик.

Надежда вспыхнула в моей груди. Эта надежда пугала, но я не могла от нее отказаться. Я схватила его за футболку, сжав ткань в кулаки.

— Я рада, что с тобой ничего не случилось.

— Нам нужно возобновить то дело, — заявил Нэш.

Я повернулась в объятиях Холта к Лоусону и Нэшу, но Холт не отпустил меня. Тепло его тела просачивалось мне в спину, принося слишком сильное утешение.

— Прошло десять лет.

Лоусон начал что-то печатать на клавиатуре.

— Никогда не знаешь, что можно найти. Все улики и записи все еще у нас. Я достану их, чтобы мы могли все обсудить.

— Нужны дополнительные руки? — предложил Холт.

Лоусон покачал головой.

— Я буду держать тебя в курсе, но участвовать в расследовании тебе нельзя. Если мы что-то обнаружим, твое присутствие может поставить под сомнение доказательства.

Холт стиснул челюсти, но кивнул.

— Позвони мне, если что-нибудь найдешь.

— Обязательно.

Холт развернул меня к себе, убирая волосы с моего лица.

— Я заеду за тобой в конце смены.

— Спасибо.

— Помни: никуда не ходи одна.

Я поморщилась.

— Я помню. И меня целый день будут окружать копы. Думаю, я буду в безопасности.

— Мы позаботимся о том, чтобы Кроха Уильямс не попала в неприятности, — сказал Нэш с ухмылкой.

Лоусон послал Нэшу строгий взгляд, а затем снова повернулся ко мне.

— Холт прав насчет осторожности. Мы не знаем, связаны ли с этим следы возле твоего дома. Но пока не узнаем обратного, должны предполагать, что это так.

Мой желудок сжался, и Холт метнул взгляд в сторону Лоусона. Я постаралась скрыть беспокойство.

— Я буду осторожна. Обещаю. Но сейчас мне пора приступать к работе.

Холт опустил голову, чтобы коснуться моих губ легким поцелуем.

— Позвони мне, если я тебе понадоблюсь.

Я проглотила комок эмоций, вставший в горле. Как часто мне хотелось это сделать? Бесчисленное количество раз. Я бы все отдала, чтобы услышать голос Холта на другом конце линии.

— Хорошо.

Я заставила себя отступить на шаг.

— Пойду на свое рабочее место.

Холт кивнул.

— Я провожу тебя.

Мы вышли из кабинета, и все взгляды тут же устремились на нас. Но подошла только Эмбер.

— Что сказал начальник? Джо Салливана вызовут?

Мой желудок свело.

— Я не думаю, что он больше под подозрением, чем кто-либо другой.

Эмбер уставилась на меня, и ее карие глаза вспыхнули еще ярче.

— Мне казалось, что из всех людей ты будешь добиваться справедливости. Джо Салливан такой же, как его брат, и все это знают.

— Для меня это больше похоже на охоту на ведьм, чем на правосудие. Тебе не кажется, что Джо уже достаточно натерпелся?

Гневный румянец окрасил щеки Эмбер.

— Да ты шутишь. Ты его еще и защищаешь?

— Я никого не защищаю. Просто говорю, что