По ту сторону экрана - Мафэй Цзян

– Не подходи ко мне! – вскрикнул он, и на его висках проступили вены.

– Цзян Хао… – Вэй Янь остановилась в метре от него. В ее глазах плескался необъятный океан вины и боли, словно сейчас внутри нее что-то с треском ломалось, но Цзян Хао был к этому безразличен. – Посмотри на меня. Я же… Я не желаю тебе зла, выслушай меня.

– Я не хочу с тобой разговаривать.

– Прости меня…

– Уйди, – огрызнулся Цзян Хао, резким движением отодвинув Вэй Янь с дороги.

Он подошел к шкафу, наспех натянул толстовку и направился в прихожую.

– Ты куда, Цзян Хао?

– Не твое дело.

– Ты… Когда ты вернешься?

Цзян Хао молча хлопнул входной дверью. Вэй Янь показалось, что в этот момент схлопнулся ее мир, уничтоженный от взрыва бомбы, которую она сама бросила. Вэй Янь скатилась от бессилия и безысходности вниз по стене, закрыв руками лицо.

Не может же все закончиться вот так глупо и нелепо. Что она наделала? Зачем она это вообще сказала?

Вэй Янь еще с детства говорили, что ее язык – ее враг. Она могла запросто наплести чушь и, не подумав, обидеть этим человека. Она могла ляпнуть невпопад и в лучшем случае выставить дурочкой себя, в худшем – других. Из-за ее слов могли произойти ссоры, а порой и прекращалась дружба.

Вэй Янь меньше всего хотела, чтобы эта дружба разрушилась. Вэй Янь был так необходим Цзян Хао. Он стал очень дорогим человеком.

Вэй Янь ведь знала, как остро реагировал Цзян Хао на эту тему. И даже разговор о Ху Фэн и Цзян Шэне, возникшая в их отношениях трепетная близость не были поводом поступать так опрометчиво.

Она должна была себя контролировать. Но не смогла. Вэй Янь и правда по уши влюбилась в Цзян Хао.

Она поняла это совсем недавно и вроде бы даже приняла. Рвущиеся наружу чувства были подобны урагану, захватывающему все нутро. Так хотелось теснее прижиматься к Цзян Хао во время объятий, касаться чаще, смотреть дольше. Вэй Янь любовалась и влюблялась с каждым днем все сильнее.

Ее бесили сватовские хихиканья Ху Фэн и Ху Мин. Даже во время совместного обеда с Цзян Хао они воодушевленно трещали и подшучивали.

– Так это тот самый, который согласился стать твоим другом? С ума сойти, ты так на него смотришь… Он твой парень?

– Ху Фэн, нет! Перестань! Он просто мой друг! Как я на него смотрю? Совершенно обычно, – зашипела на подругу Вэй Янь.

– Ты смотришь на него так, словно втюрилась по самое не хочу. Перестань отрицать очевидное, Лао Вэй, – подхватила Ху Мин, пряча смех в ладошке.

– А-Мин, вы сговорились, что ли?! Ты постоянно поддакиваешь Ху Фэн, потому что она твоя старшая сестра, да?

Вэй Янь только и делала, что шикала на неугомонную парочку, чтобы Цзян Хао не услышал их непристойности. Они хохотали и просто не понимали, насколько щекотливый вопрос поднимали.

Но они были правы с самого начала.

Сейчас бы ей самой шикнуть на себя прошлую.

Цзян Хао очень интересный собеседник, его приятно слушать, с ним приятно находиться рядом. Он очень душевный и глубокий. Каждый вечер, проведенный с ним, наполнялся уютом и теплом, заставляя сердце Вэй Янь замирать от счастья и умиления. Такого единения она не испытывала ни с кем. Ни с кем не ладила так хорошо, как с Цзян Хао.

Ни с кем ей не было так хорошо, как с ним. Вэй Янь не хотела терять Цзян Хао.

Она готова была поступиться собственными чувствами ради того, чтобы остаться рядом. Ей было бы просто как дважды два закопать в себе эту любовь, которая была совершенно не к месту, отбросить на обочину сознания все мечты об отношениях. Все это для того, чтобы и дальше непринужденно общаться с Цзян Хао, подкалывать его и смеяться над тем, как он сердится, класть голову ему на плечо, когда они едут с пар в автобусе, вместе гулять, фотографироваться, готовить, делать домашку, смотреть фильмы, играть в приставку… Да даже просто поддерживать связь. Не разлучаться. Не терять эту дружбу. Но Вэй Янь все сломала.

Она хранила каждое совместное воспоминание и меньше всего хотела, чтобы Цзян Хао остался лишь воспоминанием.

Она хотела, чтобы он был в ее дурацкой жизни клоунессы, улыбался ей, не менял отношение к ней. Чтобы просил дать руку, искрометно ругался, ворчал. Вэй Янь большего не надо. Плевать на чувства. Только бы это не заканчивалось…

В Цзян Хао невозможно было не влюбиться. Вэй Янь однажды уже это сделала и попалась в эту сладкую ловушку во второй раз. К сожалению, она не была против.

Любить Цзян Хао – это самое лучшее, что случалось с Вэй Янь. Но в то же время и самое худшее.

Любить его одновременно и прекрасно, и тяжело. Трепетные взаимодействия растекались по душе приятной патокой, но понимание, что они не имеют развития и не могут перейти на другой уровень, убивало.

Любить Цзян Хао – заведомо проигрышная игра. Вэй Янь на нее согласилась, но нарушила правила.

Цзян Хао бежал что есть мочи по дороге прочь от дома.

Ему было так противно. Казалось, что его окунули в грязь по самую макушку. Будто бы он был запятнан и осквернен теми словами, и отмыться уже не представлялось возможным.

Цзян Хао чувствовал, будто его предали. Вэй Янь обещала, но солгала. Ее слова не стоили и выеденного яйца.

Когда Вэй Янь произнесла признание, она будто поменялась в глазах Цзян Хао. Сразу перехотелось ее касаться, говорить с ней, она стала в его глазах поломанной и бестолковой. Все. Она влюблена, у нее замутнен разум. С ней уже каши не сваришь. Ну почему в него? Почему Вэй Янь?

Не сдержавшись, Цзян Хао ударил кулаком по стене. Удар, еще удар, и вот уже костяшки обжигала боль, а из ссадин сочилась кровь. Он опустился на корточки и стремительно выдохнул через нос. Вспомнил слова Вэй Янь, ее безмятежное выражение лица и то, как она бесстыдно терлась о его шею, и к горлу подступила тошнота. Цзян Хао с брезгливостью потер ту сторону шеи, где лежала Вэй Янь, почти ощутил неприятную липкость. Он провел ногтями по коже, пытаясь соскоблить ощущение проехавшегося по шее носа и тепла дыхания. Цзян Хао замычал от гнева и бессилия.

Грудь спирало от теснящей ее ненависти