Развод по-драконьи. Ты утратила ценность - Эйрена Космос

— Госпожа Кэролайн, — тихо произносит она.

Тетушка окидывает Мираю холодным взглядом.

— Ты все еще здесь? — в ее голосе сквозит едва скрываемое презрение. — Что ж, полезно иметь старую прислугу. Они хотя бы знают свое место.

Что она несет? Как может такое говорить моей няне?

— Мирая, милая, — снисходительно обращается к ней тетя, — будь добра, накрой нам стол для ужина. Что-нибудь легкое, но питательное. И отнеси мои вещи в лучшие гостевые покои. У меня четыре сундука, они в экипаже.

Мирая неуверенно смотрит на меня, и я решительно качаю головой.

— Тетя, — голос мой звучит спокойно, но твердо. — Мирая не прислуга в этом доме. Она мой друг и находится здесь на правах члена семьи.

Тетя замирает с полуоткрытым ртом. Ее брови взлетают так высоко, что еще немного и они сольются с линией роста волос.

— Друг? — Кэролайн явно в шоке. — Айви, милая, ты, должно быть, шутишь. Дружба с прислугой — это… это просто неприлично! Это нарушение всех норм этикета!

— Меня не интересует этикет, тетя, — резче, чем хочется, отвечаю я. — В моем доме действуют мои правила. И одно из них — уважительное отношение ко всем, кто здесь находится, независимо от их происхождения или положения.

Кэролайн смотрит на меня так, словно у меня внезапно выросла вторая голова.

— Милая, — понижает она голос, — ты совсем одичала в этой глуши. Что подумают люди?

— Мне все равно, что они подумают, — пожимаю я плечами. — Мирая была со мной с пеленок. Она любила меня, оберегала. Она моя семья, тетушка. И если ты хочешь гостить в моем доме, то придется принять мои правила. Или ты можешь вернуться в столицу.

Я говорю все это спокойно, стараясь не повышать голос. Не хочу обидеть тетю — несмотря ни на что, она часть моей семьи. Но и Мираю я в обиду не дам.

Кэролайн смотрит на меня долгим взглядом. В ее глазах мелькает… страх? Или, мне кажется?

— Хорошо, — наконец произносит она, скрипнув зубами. — Твой дом — твои правила. Хотя твой отец перевернулся бы в гробу, если бы узнал, что его дочь водит дружбу с прислугой.

Не перевернулся бы. Я-то знаю.

— Я проконтролирую, чтобы кучер принес багаж, — говорит она, поправляя прическу. — А то этот недотепа еще уронит мои вещи в ту же лужу, в которую завез меня.

С этими словами она выходит за дверь, гордо подняв подбородок.

Не проходит и минуты, как снаружи снова раздается пронзительный крик.

— О боги, что теперь? — бормочу я, спеша к выходу.

Глава 49

Выбежав на крыльцо, я едва успеваю заглушить вздох. Опять он за свое.

Посреди двора, прямо перед тетушкиным экипажем, возвышается Ксар. Его чешуя, обычно сияющая медным блеском, сейчас покрыта слоем грязи и копоти.

Дракарион выглядит так, будто вылез из Бездны. Его громадные крылья полураскрыты, создавая зловещую тень в свете заходящего солнца.

Тетушка Кэролайн стоит прямо перед ним заледенев. Ее рот открыт в немом крике, а глаза расширены настолько, что, кажется, они вот-вот выкатятся из орбит.

Ксар склоняет свою массивную голову к тетушке и выдыхает облако горячего пара в ее сторону. Идеально уложенные волосы моментально обвисают, а макияж начинает стекать тонкими ручейками.

— Ик! — Кэролайн подпрыгивает на месте, хватаясь за сердце.

Она медленно поворачивается ко мне, не сводя глаз с дракариона, словно боится, что он нападет, стоит ей отвернуться.

— Ай-ви, — шепчет она прерывающимся голосом, — это… это чудовище… оно… оно всех нас сожрет!

Ксар издает звук, похожий на глухое урчание. Я прекрасно знаю, что это его смех, но для тети это, должно быть, звучит как предвкушение пиршества.

— Боги всемогущие, спасите нас! — причитает она, пятясь к крыльцу. — Хотя… пусть лучше сначала кучера съест! Старый дурак все равно в лужу меня завез! А мы… мы спрячемся в доме!

Она дергает меня за рукав, пытаясь утащить обратно в дом.

— Как его отвлечь? — лихорадочно шепчет она мне на ухо. — У этой твоей… — она косится на Мираю, стоящую за моей спиной, — … подруги есть кот, верно? Давай бросим ему кота! Или курицу! У тебя есть курицы? Или коза? Что едят эти… эти…

Я смотрю на тетушку, не в силах понять, шутит она или всерьез предлагает скормить Мираиного кота дракариону.

«Смотри, сейчас глаза у дамочки окончательно выскочат», — раздается в моей голове насмешливый голос Ксара.

Дракарион явно наслаждается произведенным эффектом. Еще бы — не каждый день увидишь аристократку, готовую пожертвовать чужим котом, лишь бы спасти свою шкуру.

— Тетя, — вздыхаю я, стараясь говорить спокойно, — Ксар не опасен. Он мой друг и никого не тронет. Уверяю тебя.

— Друг? — тетушка смотрит на меня так, словно я только что призналась в величайшем преступлении. — Ты… ты дружишь с этим… с этим…

— С дракарионом, — терпеливо подсказываю я. — Да, дружу. Ксар — верный компаньон и защитник.

Тетушка издает слабый стон и прикрывает глаза рукой в перчатке. Затем, видимо, решив, что это плохая идея — не видеть приближающуюся опасность, резко распахивает их снова.

Ксар, словно нарочно, делает шаг вперед, и тетушка с невероятной для ее возраста скоростью оказывается за моей спиной.

— Милая племянница, — шепчет она, вцепившись в мои плечи, — ты… ты уверена, что это… существо тебя не съест?

— Абсолютно уверена, — я сдерживаю улыбку. — Ксар питается преимущественно рыбой и дичью. Людей он не ест.

«Хотя некоторых стоило бы», — снова звучит в моей голове голос дракариона, и я бросаю на него предупреждающий взгляд.

Тетя, прижимаясь ко мне как испуганный ребенок, бочком перемещается так, чтобы я полностью закрывала ее от Ксара.

— Айви, дорогая, — говорит она нервно, — займись, пожалуйста, багажом. Этот никчемный кучер, кажется, спрятался под экипажем.

Я перевожу взгляд и действительно замечаю дрожащие ноги, торчащие из-под кареты.

— А я… я, пожалуй, пойду в дом, — продолжает тетушка, делая осторожный шаг к двери. — Мне нужно… нужно освежиться после дороги.

С этими словами она разворачивается и практически бегом устремляется к входной двери, придерживая юбки так высоко, что становятся видны ее щиколотки — невиданное нарушение приличий