Развод по-драконьи. Ты утратила ценность - Эйрена Космос

Так и есть, няня суетится на кухне и, кажется, она на взводе.

— Айви, девочка моя! — бросается она ко мне. — Слава богам, вы вернулись!

Ее взгляд скользит по Драгону, и я замечаю, как она слегка кланяется.

— Господин генерал.

Он коротко кивает в ответ.

— У вас все в порядке? — в доме как-то пусто. — С Райгаром все нормально? — спрашиваю я.

Мирая мнётся, а Драгон заметно напрягается.

— Он… ушел, Айви. Сегодня утром.

Дракон же еще слаб!

— Куда?

— Он не сказал, — говорит она, вытирая руки о фартук. — Но оставил для тебя письмо.

Мирая направляется к столу в углу комнаты, но не успевает сделать и пары шагов, как Драгон произносит:

— Мне нужно отлучиться. Ненадолго.

Я поворачиваюсь к нему, удивленная этим внезапным заявлением.

— Что? Сейчас?

— Да. Есть дела, которые не терпят отлагательства, — его глаза темнеют. — Я вернусь к утру.

Прежде чем я успеваю что-то произнести, Мирая подходит с конвертом.

— Вот письмо от господина Райгара, дорогая.

Драгон смотрит на него так, будто няня не бумагу мне протягивает, а как минимум яд. Не обращая на мужа внимание, я бегу письмо.

Боги, мне же показалось или генерал и правда рыкнул?

Нет, не показалось. Вот как Мирая бледнеет.

— Я должен идти, — говорит муж, направляясь к выходу. — До моего возвращения постарайся ни во что не влезть. Айвилена.

Что он говорит? Да еще с таким тоном! Вот же…

Да только некому уже показывать свое возмущение. Дракона уже и след простыл. Какой же он несносный!

Выдохнув, я открываю письмо.

"Уважаемая Айвилена,

Я не имею права больше пользоваться вашим гостеприимством. Я получил весть, которую не могу игнорировать. Знайте, что я никогда не забуду вашу доброту и заботу. Вы спасли мне жизнь, и я в вечном долгу перед вами.

С глубокой благодарностью и уважением,

Райгар"

Ладно, с этим понятно. Главное, что ему стало лучше. И теперь не надо присматривать за раненым драконом. Время сосредоточиться на своей проблеме. У меня остался месяц и одна неделя. Время летит с молниеносной скоростью.

— А где Ксар? — спрашиваю я Мираю, складывая письмо.

При упоминании дракариона ее рыжий кот, дремлющий в кресле, внезапно шипит, выгнув спину.

— Он куда-то улетел сегодня утром, Айви, — отвечает Мирая, успокаивающе поглаживая кота.

Надеюсь, вскоре он вернется. Что-то мне неспокойно на душе.

Затем я замечаю это…

Обычно затянутые молочной пеленой глаза няни, выглядят намного яснее.

— Твои глаза… они стали лучше?

Мирая улыбается, счастливо кивая говорит:

— Да, госпожа. Лирен помогла мне. Она замечательная целительница.

— Это просто прекрасно, — обнимаю я няню. — Но, может, тебе не стоит так усердствовать в домашних хлопатах? Нужно ведь беречь себя.

— Все хорошо, дитя мое. Я ведь привыкшая. Да и Лирен заверила, что умеренные физические нагрузки мне не навредят.

— Ну раз лекарка так сказала, то ладно. Я отнесу цветок в свои покои, — говорю я. — И отдохну немного. День был… насыщенным. Затем спущусь.

— Конечно, милая. Я приготовлю нам ужин.

— Спасибо, — еще раз обнимаю я няню.

Поднимаясь по лестнице, я бережно несу драгоценный цветок. Моя комната встречает меня привычным уютом, и я с облегчением опускаю кувшин на рабочий стол.

Наконец-то у меня есть основной ингредиент для зелья! Теперь осталось только правильно его приготовить. А там уже все должно получиться. Я должна распутать этот клубок интриг.

Боги, как же сложно!

Подойдя к окну, чтобы проветрить комнату, и слышу женскую ругань.

— Что это?

Знакомый голос. Слишком знакомый.

Глава 48

Выбежав из комнаты, я перепрыгиваю через две ступеньки. Сердце колотится где-то в горле. Этот голос невозможно забыть — высокий, пронзительный, с характерными интонациями потомственной аристократки.

Тетушка Кэролайн.

Распахиваю входную дверь и замираю на пороге. Точно. Она стоит посреди двора, подобрав юбки роскошного дорожного платья цвета спелой сливы. Рядом — изящный экипаж, запряженный парой гнедых лошадей. А у ног тетушки — огромная лужа, в которую она, судя по всему, только что ступила своими модными туфельками.

— Какой ужас! Какое безобразие! — визжит она, обращаясь к съежившемуся кучеру. — Ты не мог остановить экипаж в другом месте? Эти туфли стоят больше, чем ты зарабатываешь за год!

Кучер, невысокий седой мужчина, лишь ниже опускает голову.

— Простите, миледи. Я не заметил лужу в темноте.

— Не заметил? У тебя глаза есть? Или ты слепой крот? — тетушка Кэролайн взмахивает веером с такой силой, что бедняга отшатывается.

Я делаю шаг вперед, и гравий шуршит под моими ногами. Тетушка резко оборачивается.

Секунда — и ярость сменяется невероятной радостью.

— Айви! Дорогая моя! — произносит она, расставляя руки для объятий.

— Тетя, — улыбаюсь я, подходя к ней. — Какой неожиданный визит.

Мы обнимаемся, и я чувствую запах ее любимых духов — сладкий, тяжелый аромат жасмина, слишком густой и навязчивый.

Тетушка прижимает меня к себе, но эти объятия какие-то ненастоящие. Что-то не так.

— Я так соскучилась по тебе, дорогая, — говорит она, отстраняясь и внимательно меня оглядывая. — Решила приехать и проведать тебя. Надеюсь, ты не против?

Ее улыбка не затрагивает глаз. В голубых, как у меня, радужках плещется что-то иное. Беспокойство? Тревога?

— Конечно не против, — отвечаю я, хотя внутри все сжимается. Кэролайн никогда не приезжает просто так. Она всегда преследует какую-то цель. — Входи, пожалуйста. Дорога, должно быть, была утомительной.

— О, милая, ты даже не представляешь! — театрально вздыхает она, подхватывая меня под руку. — Эти ужасные дороги, эта пыль, эти трактиры… Я думала, не доеду живой!

Мы направляемся к дому, и я замечаю, как тетушка украдкой оглядывает двор, словно ищет что-то. Или кого-то.

— Я могу остановиться у тебя на несколько дней? — как бы между прочим спрашивает она. — Мне так хочется провести с тобой больше времени. Мы столько не виделись!

Ага, около трех недель. Целая вечность, конечно, — мысленно добавляю я, но вслух говорю:

— Разумеется, тетушка. Ты можешь гостить столько, сколько пожелаешь.

Врать не стану — мне хочется сказать обратное. Но выставить тетю за дверь — значит нажить себе врага. А врагов у меня и так предостаточно.

В гостиной нас