Развод по-драконьи. Ты утратила ценность - Эйрена Космос

Мирая, стоящая на крыльце, не может сдержать смех. Она прикрывает рот рукой, но ее плечи все равно трясутся от сдерживаемого хохота.

Она незаметно подмигивает Ксару и следует за Кэролайн в дом, очевидно, чтобы проводить ее в гостевые покои.

Вздохнув я направляюсь к экипажу. Наклоняюсь, заглядываю под него и вижу трясущегося кучера.

— Уважаемый, — говорю я мягко, — вы можете выйти. Дракарион не причинит вам вреда.

Старик смотрит на меня недоверчиво, но медленно выползает из своего убежища.

— Вы… вы уверены, миледи? — спрашивает он хриплым от страха голосом.

— Совершенно уверена, — я протягиваю руку, помогая ему подняться. — Будьте добры, отнесите багаж леди Кэролайн в дом. Мирая покажет вам, куда его поставить.

Я достаю из кармана пару серебряных монет и вкладываю в его мозолистую ладонь.

— За ваши труды и… неудобства, — добавляю я с легкой улыбкой.

Кучер смотрит на монеты с изумлением, затем кланяется.

— Благодарю, миледи! Сейчас все сделаю!

Он спешно принимается развязывать сундуки, привязанные к задней части экипажа, бросая опасливые взгляды на Ксара, но уже с гораздо меньшим страхом.

Я возвращаюсь к дракариону, который терпеливо ждет меня, развалившись во дворе.

— Ты ужасен, — говорю я, но без настоящего упрека в голосе. — Зачем ты так напугал мою тетю?

«Она забавная, — отвечает Ксар, — и слишком напыщенная. Таким полезно иногда бояться».

— Где ты был все это время? — спрашиваю я, осматривая его грязную чешую. — Выглядишь так, будто в болоте купался.

«Почти угадала, — Ксар фыркает, выпуская струйку дыма из ноздрей».

Ладно, об этом позже. Нам нужно поговорить наедине, без посторонних ушей.

— Пойдем на задний двор, — говорю я тихо. — Мне нужно с тобой кое-что обсудить.

Ксар поднимается, отряхиваясь, и следует за мной. Мы обходим дом и оказываемся в тихом саду, где нас точно никто не подслушает.

Сердце бьется быстрее. То, что я собираюсь сделать — просить у дракариона часть его самого — может, стоит мне жизни. Ну, может, не жизни, но Ксар будет зол.

— Ксар, — начинаю я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, — мне нужна твоя помощь. Очень важная помощь.

Дракарион склоняет голову набок, внимательно глядя на меня своими золотистыми глазами.

«Слушаю тебя, Айви».

Я делаю глубокий вдох. Сейчас или никогда.

Глава 50

— Мне нужна твоя чешуя. Для зелья.

Ксар замирает. Его глаза сужаются, а из ноздрей вырывается тонкая струйка дыма. Воздух вокруг нас словно сгущается, наполняясь напряжением.

«Ты просишь часть меня, Айви, — его голос звучит непривычно серьезно. — Ты знаешь, что это значит для дракариона?»

Я сглатываю комок в горле. Конечно, я знаю. Чешуя дракариона — это не просто защитный покров. Это часть его сущности, его магии, его души.

— Да, — тихо отвечаю я. — Знаю. И не стала бы просить, если бы был другой выход.

Время словно останавливается, растягиваясь в бесконечность между нами.

Ксар молчит, не отводя от меня взгляда. От волнения сердце колотится о ребра — неужели он откажет? Что я буду делать тогда?

«Айви, — наконец раздается его голос в моей голове, — ты понимаешь, что чешуя дракариона — это не просто часть тела? Это часть нашей сущности, нашей магии. Отдать ее добровольно — значит лишиться части этой силы».

— Понимаю, — шепчу я.

Слишком эгоистично с моей стороны просить дракариона о таком. Даже ради своего спасения. О чем я думала? Найду другой способ выбраться из этой ямы.

— Прости, — наконец отвечаю я. — Я думала о себе, а не о тебе, Ксар. Не надо жертвовать своей силой.

Дракарион выпускает струйку дыма из ноздрей — признак глубоких раздумий. Затем медленно склоняет голову.

«Глупая! Ты — это я. Так что я дам тебе чешуйку, но с одним условием»

— Каким? — ошарашенно хлопаю ресницами.

— Каждое утро ты будешь чесать мне за ухом, — мечтательно зажмуривается Ксар. — И животик.

Боги…

— Ты серьезно?

— Конечно, — кивает дракарион.

Он сумасшедший! Но я не лучше. Мы друг друга стоим.

— Хорошо, — киваю я. — Спасибо тебе большое.

Ксар расправляет крыло и поворачивается ко мне боком. Где-то под крылом, в месте соединения с телом, его чешуя мельче и тоньше.

«Возьми отсюда. Эти чешуйки регенерируют быстрее».

Дрожащими руками я приближаюсь к нему. Ксар невероятно горячий.

— Это… больно? — спрашиваю я, осторожно касаясь краешка небольшой медной чешуйки.

«Терпимо, — отвечает он. — Как для вас потерять волос или ноготь. Неприятно, но не смертельно».

Кивнув, я собираю всю свою решимость, аккуратно подцепляю чешуйку. Она сидит крепко, но после нескольких осторожных попыток поддается и отделяется от тела Ксара. Дракарион вздрагивает, но не издает ни звука.

Чешуйка теплая и удивительно легкая. Она переливается в лучах заходящего солнца всеми оттенками меди и золота.

— Спасибо, Ксар, — голос мой дрожит от нахлынувших эмоций. — Ты не представляешь, как это важно для меня. И прости за боль.

Бросаюсь я к дракариону и обнимаю его массивную шею. Слезы текут по моим щекам, капая на его грязную чешую. Мне никогда не выразить словами, что значит для меня его жертва.

— Только знаешь что, — говорю я, отстраняясь и вытирая слезы, — тебе бы помыться не помешало. Ты ужасно воняешь!

Ксар фыркает, выпуская облако пара.

«Вот так благодарность! Отдаешь девушке часть своей души, а она говорит, что ты воняешь!»

Мы оба смеемся, и напряжение момента рассеивается. Я прячу драгоценную чешуйку в карман платья и легонько хлопаю Ксара по боку.

— Серьезно, тебе стоит помыться. За домом есть пруд, достаточно глубокий даже для тебя.

«Я знаю, — отвечает он. — Я там часто плаваю. Иди в дом, Айви. Я позабочусь о себе».

Кивнув и, еще раз погладив его по морде, я направляюсь к дому. Мне хочется плясать. С помощью спутника я сегодня сделала еще один шаг к свободе от метки правосудия.

В доме меня встречает Мирая. Она выглядит немного усталой, но улыбается.

— Айви, — говорит она, — твоя тетушка устроилась в гостевых покоях. Сказала, что ее не следует беспокоить до полудня.

— Спасибо, Мирая, — я улыбаюсь в ответ. — Уже поздно, почему бы тебе не остаться на ночь? Не стоит идти домой в темноте.

Мирая колеблется.

— Пожалуйста, Мирая.