Нежеланный жених - В. Ф. Мейсон

К черту моего отца и к черту моего брата тоже. Они оба могут катиться и гореть в аду, мне плевать. В любом случае, они не должны иметь такую власть над моим настроением.

Хотя его слова об Орионе задерживаются в моей голове, пока я быстро принимаю душ и переодеваюсь в летнее платье и босоножки на высоком каблуке.

Я проверяю свое отражение в зеркале, наношу немного макияжа и провожу щеткой по своим длинным волосам.

Именно тогда я замечаю кое-что на полу у двери.

Красная роза с прикрепленной к ней запиской.

Наклонившись, я поднимаю ее, читаю и улыбаюсь.

Доброе утро, Жена.

Следуй за розами, у меня для тебя особенный сюрприз.

Орион

Прижав розу к носу и вдыхая сладкий аромат, я выхожу из комнаты и вижу еще больше роз в коридоре, ведущем прямо к лестнице. Я иду по их следу, подбирая каждую, пока не дохожу до входной двери. Мои брови сдвигаются в замешательстве.

Именно тогда я вижу Леона, который усмехается мне и указывает на Тимоти, стоящего у машины. В одной руке он держит розу, а в другой — ведро, вероятно, для тех, что уже у меня в руках.

— Вам нужно проехаться до места, миссис Райт, чтобы увидеть сюрприз.

— И вам нужна куртка, так как там может быть ветрено. Уже осень. — Строгий голос Матильды доносится сзади, когда она направляется ко мне, держа в руках коричневую куртку, которая подходит к моему платью, и накидывает ее мне на плечи. — Вы выглядите прекрасно.

Должно быть, я проснулась в каком-то другом измерении, раз Матильда в хорошем настроении. На самом деле, они все ведут себя как гордые родители, собирающиеся отправить своего ребенка на выпускной.

— Что происходит?

— Наш мальчик наконец-то пытается быть романтичным впервые в жизни. Позвольте ему это и перестаньте задавать вопросы, — отвечает она, похлопывая меня по щеке. — Молодец, девочка моя. — Ее лицо снова становится серьезным, когда она переводит взгляд на Тимоти. — Чего ты ждешь? Отдай ей розу и вези ее на место, пока не поздно.

С этими словами Матильда подталкивает меня к машине. Я делаю, как она говорит, складывая розы в ведро, которое Тимоти передает Леону. Оказавшись внутри автомобиля, я откидываюсь на спинку сиденья, и смех срывается с моих губ, пока боль от слов отца утихает.

Это может быть не навсегда, и Ориону может надоесть, и он бросит меня, как только получит то, чего хочет от этого брака.

Однако сейчас я собираюсь насладиться этим по полной, а со всеми разбитыми сердцами разберусь позже.

И это неизбежно, не так ли?

Любовь никогда в жизни не была на моей стороне.

Орион

Сняв наушники, я поднимаюсь и прижимаю руку к окну. Я изучаю великолепный вид с высоты, пока ярость скользит по моим венам, отравляя мой разум и наполняя меня одной-единственной мыслью.

Истребить.

В ту минуту, когда мы поженились, и я понял глубину своей одержимости — той самой, которой я никогда не планировал давать волю, но которая тем не менее поглотила меня — я решил установить прослушку и жучки на всю ее технику, чтобы следить за ее жизнью двадцать четыре на семь.

Безумно ли это и неэтично?

Да.

Плевать ли мне?

Нет.

Я ни на грамм не доверял ее отцу и не хотел, чтобы он строил какие-то идиотские планы и втягивал ее в них, чтобы убедить меня дать их фирме еще один шанс.

Я принял решение касательно их фирмы еще несколько недель назад, после прочтения всех сообщений, которые этот ублюдок продолжал ей слать, проявляя к ней неуважение снова и снова. Это одна из причин, почему я нанял специальных менеджеров и поручил им саботировать любые решения или идеи, которые могли прийти в голову Гранту и сыграть им на руку. Он и так не блистал умом, так что это не было трудной задачей. К тому же, вечеринки он предпочитал всему остальному.

Но этот разговор?

Слушать то, что этот ублюдок и его сын вытворяли с моей женой?

Мои защитные инстинкты по отношению к ней уже вышли за рамки рационального или здорового. Я никогда в жизни никого не хотел так сильно, как ее, но после прошлой ночи, когда она безвозвратно стала моей… они превратились во что-то безумное и всепоглощающее.

Я бы сжег весь мир ради нее и уничтожил любого, кто хоть как-то причинил ей боль. В прошлом, настоящем или будущем — не имеет значения.

На этой Земле не останется человека, который причинит вред моей жене и уйдет безнаказанным, ведь ее боль хуже моей собственной. Она стоит на первом месте превыше кого бы то ни было и чего бы то ни было, и каким-то образом эти чувства… это собственничество… эта потребность, которая не знает границ и просто требует и требует от меня все большего… пробудили ту часть меня, которая спала почти восемнадцать лет.

Ту часть меня, которую мне удавалось контролировать и превращать во что-то полезное, обуздывая желания, которые в какой-то момент привели бы меня в тюрьму.

Однако все изменилось, и я не успокоюсь, пока не исполню эти желания.

Достав телефон, я пролистываю свои контакты в поисках одного конкретного человека.

Хотя я знаю бесчисленное множество мужчин с сомнительной моралью, только один из них будет держать язык за зубами и предоставит мне необходимые ресурсы, чтобы сделать то, что нужно, дабы утихомирить зверя, бушующего внутри меня.

Он поднимает трубку на второй гудок, его голос звучит грубо и с усмешкой.

— Что ж, это неожиданный звонок.

— Разве?

— Если ты ищешь Актеона, то я понятия не имею, где он. Он сорвался куда-то по делам. — Он зевает. — Так что, если это все…

Леви Скотт уже развил в себе наглость посылать людей к черту, даже не произнося этих слов. И то, что он отмахивается от меня, из всех людей, было бы забавным, если бы он действительно не считал себя непобедимым и могущественным.

Учитывая его возраст, это раздражает, хотя я, должно быть, был таким же в свои двадцать с небольшим. И скорое замужество его сестры с Рашем — еще одна забавная вещь, потому что мой кузен не отличается терпением. Так что я не уверен, как он справляется с характером своего будущего зятя.

— У меня к тебе просьба о выслуге.

Проходит несколько мгновений, прежде чем он отвечает, и я слышу, как он щелкает зажигалкой.

— Почему я?

— Потому что