(не) Равные - Мила Крейдун

— Кто ты? — изумлённо выдохнул древний фараон.

— Я поставил её слева, там, где моё сердце, чтобы во все века люди знали, что я люблю её, — процитировала она его слова, которые он однажды приказал высечь в одном из храмов на статуе его любимой Нефертари.

— Что? — вырвалось у него помимо воли.

Он вообще удивлялся так когда-нибудь?

Она развернулась и выскочила из комнаты.

А Рам так и остался стоять, держась за стену.

Что. Это. Было?!

Глава 28. Ответная Метка

Ктара влетела в покои повелителя и только потом позволила себе остановиться, тяжело привалившись к стене и закрыв рот ладошкой от ужаса произошедшего.

Что она наделала?!

Бывшая рабыня бросила осторожный взгляд на королевскую постель и растерялась ещё больше.

Рядом с повелителем спал, скрутившись в позе эмбриона, ещё один мужчина. Незнакомец. Хотя…

Она нахмурилась, улавливая что-то знакомое, а ещё…

Мега зашевелился, провёл рукой по пустому месту рядом и резко сел на постели.

Их взгляды встретились.

Ктара смотрела в расширившийся зрачок, даже, кажется, слышала учащённое сердцебиение Сильнейшего, которое неторопливо замедлялось.

Он словно чего-то испугался и постепенно приходил в себя.

— Я укусила властителя вампиров, — почему-то выпалила она.

— Ясно, — коротко отозвался правитель планеты, не шелохнувшись.

— Мне плохо после туннеля. Я постоянно хочу пить и не могу утолить жажду. Я даже не помню, как оказалась внизу. Он просто вдруг оказался рядом и так пах… — Ктара на мгновение прикрыла глаза, напряжённо сглотнув. — Простите, — опомнилась она, страшась посмотреть Ему в глаза.

— Ты не только укусила его? — послышалась сталь в волевом голосе, от которого у неё всё дрожало в груди.

Не от страха.

Именно от звука его голоса.

Всё в ней буквально отзывалось на всё, что было связано с Ним!

Как же тогда…?

— Да, — призналась она. — Я не знаю, как это произошло. Не понимаю. Ни происходящее. Ни себя. Ни вас. Почему мне кажется, что вы даже не накажете меня? — подняла она зелёный взгляд, пытливо заглядывая в жидкий янтарь повелителя мира.

Он лениво спустил ноги с постели, поднялся и пошёл к ней.

Не спеша.

Чтобы не напугать?

Или давал возможность любоваться им?

В любом случае, она наслаждалась вторым и совершенно не чувствовала необходимости в первом.

Она больше не боялась его, — с изумлением отметила про себя Ктара, задирая голову, чтобы не лишиться возможности тонуть в жидком янтаре его невероятных глаз.

Сильнейший нежно коснулся её щеки рукой. Она прикрыла глаза от удовольствия и потёрлась ею о его огромную длань.

Открыла глаза и сделала то, на что бы никогда (никогда!) не осмелилась ранее.

Скользнула ладошками по мощной, словно высеченной из камня груди, собрала в них футболку, обтягивающую это совершенство и дёрнула. На себя.

Но разве можно сдвинуть гору?

Нет.

Ктара сама налетела на него.

На эту ледяную глыбу, которая совершенно никак не отреагировала на её наглость.

Он просто смотрел.

Ни его лицо, ни глаза совершенно ничего не выражали.

Ему не нравилось? Он ждал? Или просто позволял?

«Плевать!», — рванула Ктара в жёстким волевым губам, слыша рык.

Чувствуя, как сильные руки подхватили её, сжавшись на ягодицах.

Она обвила мощный торс ногами, задыхаясь от жарких поцелуев и страсти Сильнейшего, обрушившейся на неё, словно шторм, давно ждавший своего выхода.

Повелитель мира прижал её к стене, послышался треск кирпичной кладки, но более важным, усладой для ушей, был звук расстегивающейся молнии на Его джинсах.

Ктара застонала, выгибаясь, теснее прижимаясь, изнемогая от нетерпения, жажды уже совсем иного рода.

Огромная головка легко скользнула во влажные врата и замерла.

Ктара удивлённо распахнула глаза, посмотрев на Мегу, ибо и ей он не позволял двигаться, зафиксировав железной хваткой сильной руки.

Аргайл тихо рассмеялся, видя некую детскую обиду в глазах Истинной.

— Смотри на меня, — улыбаясь, приказал он. — Поняла?

Она с готовностью кивнула, облизав пересохшие губы, в которые ему тут же захотелось впиться, но не сейчас.

«Не сейчас», — думал он, скользя второй рукой выше по её спине, наслаждаясь ощущением её кожи и мышц под подушечками пальцев.

Его ладонь легла на её плечо и осторожно надавила.

Изумлённые зелёные глаза распахнулись шире.

«О, да», — думал он, медленно насаживая её на себя и кайфуя от горячей влажной тесноты своей кошечки, её потрясения и восторга новых, незнакомых для неё ощущений.

Она буквально поедала его глазами, скользя жадным взглядом по каждой чёрточке его лица. Снова и снова, снова и снова. Словно впервые видела. Словно не могла налюбоваться. Словно не могла поверить… и вновь рванула к нему, едва не поедая в поцелуе, пока он неистово забивал себя в неё. Снова и снова. Снова и снова. Словно подтверждая тем самому себе, ей, миру, что она принадлежит ему.

«Навсегда!», — почувствовал он её оргазм, долгожданные сокращения, жадно обхватившие его член, словно принимая, соглашаясь.

И её клыки…

Зверь зарычал в исступлении, извергаясь в Единственную, которая пометила его ответной Меткой. Признала. Подтвердила. Согласилась.

И отдалась.

Навсегда!

Сквозь пелену блаженства Мега ощутил в покоях посторонние запахи.

Повернул голову и окинул затуманенным взглядом потрясённо замерших львиц, с какого-то хера решивших заглянуть в самый неподходящий момент.

— В чём дело? — прорычал он, тесно прижимая к себе Пару. Стоя к ним вполоборота, словно хотел укрыть её от них. Или возможной опасности? — Что-то стряслось? — уточнил он.

— Простите, Ваше Величество, — отозвалась Аои. — Мы именно так и подумали.

— Услышали грохот, — добавила Валла. — По стене пошла трещина.

Аргайл перевёл взгляд на стену, к которой совсем недавно прижимал Ктару.

Действительно.

Он не рассчитал силу?

— Ты в порядке? — обеспокоенно попытался он заглянуть в глаза малышки. Не чувствуя в ней повреждений. Или боли.

— Да, — сияли они зеленью пуще прежнего, словно преобразившись, изменившись. Став ярче. Насыщеннее.

— Всё в порядке, — повернулся он к самкам. — Свободны.

Львицы покинули покои.

— Тебе надо отдохнуть, — сказал Аргайл Паре, чувствуя её усталость.

Она сейчас была как сытая кошка.

Ктара согласно кивнула.

Они повернулись к постели и замерли, встретившись со спокойным багровым взглядом бывшего одичавшего, который совершенно очевидно пришёл в себя, полностью исцелившись.

Привлекательный шатен средних лет с безупречным телосложением, как все двуликие.

— Аргайл, полагаю, — произнёс бывший прайм леопардов.

Нынешний Мега помнил его. С тех пор, когда был ещё совсем мальчишкой.

После того, как люди уничтожили его Семью, они начали нападать на более сильных двуликих, которые могли занять место царя или как-либо объединить свой вид для борьбы.

Лир входил в их число.

Охотники не смогли его достать. Убили лишь Единственную