Жвачка 2 - Э. Мадес

Ко мне их приводят совсем малютками — ровесницами Эмс или чуть старше. В таком возрасте сложно дать характеристику и предугадать, что будет после наступления пубертатного порога.

Часто случается «синдром Ирины Вязевой».

Вот ты — взрослая девушка, поставившая всё на балет. Ты горишь делом, всей душой мечтаешь о сцене, но собственное тело предаёт, становясь профнепригодным.

По возможности я стараюсь отсекать таких девочек на взлёте, как только улавливаю первые звоночки. Привожу в пример Иру.

С особо упёртыми родителями говорю жёстко.

Для тех, кто моих слов не понимает, как и для «Варвар», у меня подготовлены прайс-листы клиник пластической хирургии с выделенными маркером ценами на липосакцию бёдер, живота и коррекцию груди.

Обычно после совета начинать откладывать деньги на «светлое болезненное будущее» их детей уже сейчас на меня пишут жалобы, но мне плевать.

Пусть лучше ненавидят меня, чем ломают детей.

Итог всё равно один: в лучшем случае — массовка в кордебалете, в худшем — уход со сцены в никуда, без должного образования и шанса на нормальную жизнь.

Балет — это не профессия. Это диагноз, который не лечится даже после выхода на «пенсию», что уж говорить о нереализованных амбициях?

А компенсировать внутренний погром удаётся далеко не всем.

Я скорее исключение.

За прошедшее время Шон немного усмирил свою ревность и вечное желание метить территорию. Может, смирился с присутствием Аристова, а может, дело в том, что Лиам стал нашим буфером, и теперь наши с Матвеем отношения сошли на нет — мы вообще практически не пересекаемся.

Он сидит с дочкой, пока я в студии, и наоборот. В те дни, когда у него плотный график — сумасшедшие тренировки и спарринги, — у нас с Эмми девчачьи делишки.

А может, Шон спокоен, потому что у Матвея с Ингрид «всё серьёзно». Информация из первых уст — Нельсон ведь врать не станет, верно?

Ха-ха.

Как бы там ни было, Миллер выдохнул.

У Лиама на носу важная выставка в Париже. Мы долго спорили, и, когда я всё же решилась отпустить с ним малышку, в чат вошёл недовольный папаша, с мнением которого, чёрт возьми, теперь тоже приходится считаться.

Аргументы в стиле: «у меня завал», «у тебя финальная неделя подготовки», «в Париже живёт Микки-Маус и есть розовый замок» — в итоге перевесили.

Последняя неделя перед боем у Аристова — это всегда режим зомби: дикий дефицит калорий, изматывающая сгонка веса и натянутые нервы.

В таком состоянии ему не до аниматорства, и к тому же без Лиама нам с Матвеем пришлось бы контактировать в лоб, что гарантированно закончилось бы катастрофой по всем фронтам.

Присутствие Ли на выставке — чистая формальность, так что почти всё время они с Эмми планируют тонуть в сахарной вате и штурмовать замок Спящей Красавицы.

Малышка буквально горит идеей увидеть сказку Уолта Диснея наяву.

Я смотрю, как Лиам аккуратно пакует её крошечный чемодан, и внутри всё сжимается. Кажется, с их отъездом из этой квартиры уедет сама жизнь.

Останемся только мы с Шоном, который, к слову, сияет от предвкушения и обещает «утопить меня в любви и романтике».

Перед нами открылась чудесная возможность — пять дней в пустом общем пространстве. Только мы. Без свидетелей и теней бывших.

Шон выглядит как человек, выигравший крупный приз. А я… я пытаюсь убедить себя, что именно этого и хотела. Пытаюсь не думать о том, что тишина в большой квартире может оказаться слишком оглушительной.

Ещё из хорошего: я всё же решилась. Рассказала своим об Эмми и пригласила всех на свадьбу. Прилететь должны полным составом, даже дедушка.

Я воспользовалась советом Матвея — наступила на горло собственной гордости и сделала этот тяжёлый первый шаг. Попросила прощения у дедушки за всё сразу, а после мы провисели в Скайпе несколько часов, наверстывая годы молчания.

— Ну ты даёшь, Мирочек, — ворчал дед, и в его голосе слышалась знакомая смесь любви и раздражения. — Дать бы тебе по шее за такие выкрутасы. Скрыла правнучку, ни разу не привезла… Если бы не Матвей, так и помер бы, не оттанцевав на твоей свадьбе и не подержав на руках правнучку.

Он задвинул целую речь о том, как мечтал передать свой клуб внукам и что теперь Аристов ему «действительно внук» — ну конечно же, — раз подарил правнучку.

Дедуля не удержался и вставил шпильку про то, что я «дурака валяю и изобретаю велосипед». Мол, есть у Эмми отец — зачем искать нового?

Правда, на своей правоте он сильно не настаивал, очевидно побоялся раскачать нашу едва склеенную лодку примирения.

Сдержанно кивнул, когда я отрезала:

— Замуж выхожу не для того, чтобы искать Эмми папу, а потому что хочу быть счастливой и любимой. Сама. Как женщина, а не только как мать.

Глубоко вдыхаю аромат специй, смешанных со сливками. Нужно проверить готовность пирога.

Открыв духовку, выпускаю пар, обволакивающий всю кухню уютом.

Вечер перед вылетом в Париж обещает быть напряжённым. В воздухе висит слишком много недосказанного, а чемоданы напоминают о том, что уже завтра тишина в этом доме станет невыносимой.

Я готовлю ужин на шесть персон, упрямо настраиваясь на волну позитива и дружелюбия.

Попрощаться с Эмс придёт Матвей. Шон, разумеется, не смог остаться в стороне и изъявил желание присутствовать — «хозяйский контроль» прежде всего. А чтобы «русский медведь» не скучал в нашей компании, будет и Ингрид.

По разумению Миллера, это идеальный ход: мои опасения вот-вот сбудутся, и нам действительно предстоит дружить семьями.

На случай неловких пауз у нас заготовлена уйма безопасных тем.

Впереди бой Матвея. Я даже в мыслях не произношу «если» — в нашей семье, той, что в России, в его победе никто не сомневается.

Он должен выиграть, должен выйти из клетки абсолютным чемпионом, и для моих близких это событие почти сакральное.

Дедушка извёл всех: то сжимая кулаки так, будто сам собирается выйти в октагон, то хватаясь за сердце.

Через четыре дня после боя — очередной слёт бомонда. Билеты в ложу на «Лебединое» лежат в ящике стола, глядя на меня с немым упрёком.

С превеликим удовольствием пропустила бы этот выход, ведь на следующий день у Эмми день рождения. Но кого из «прайда» это волнует?

«Озеро» я знаю наизусть — каждую ноту, каждое па, — и воспоминания о том времени у меня, мягко говоря, не радужные.

К сожалению, Шон непреклонен: ему нужна идеальная пара. Возможность напомнить всем, что будущая миссис Миллер в прошлом